вас зовут? – Он встал напротив меня.
– София Грандэ, господин магистр.
– Второе «превосходно» на этом потоке, – кивнул Сэт, пронзив меня острым взглядом. – А где первое?
Он оглядел моих однокурсников, но никто не открыл рта.
– У него как раз семейные обстоятельства, – вздохнула я, понимая, что придется отдуваться за нас двоих с Финистом.
– В таком случае, госпожа Грандэ, сегодня я буду вашим партнером. У вас, конечно, красивые глаза, но искренне надеюсь, что мой предшественник поставил вам «превосходно» не за них.
Кто-то за моей спиной, очевидно, наслышанный о сожженном пальто, прыснул издевательским смехом.
– Что смешного я сказал? – Распиливающий взгляд Сэта переместился с меня на весельчака. – Рассказывайте. Будем смеяться вместе.
– Она подожгла пальто Рэнсвода, – с трудом сдерживая смех, немедленно проговорил тот.
Неожиданно губы магистра изогнула издевательская улыбка.
– Госпожа Грандэ, вы мне уже нравитесь.
В толпе однокурсников раздались осторожные смешки.
– А вы все – нет! – рявкнул он, и в зале снова поселилась испуганная тишина. – А сейчас самый смешливый перечислит принципы слияния.
Раздалось невнятное бормотание.
– «Отвратительно» за первый практикум в этом полугодии, – спокойно заключил Сэт. – Следующий.
У меня не было слов. Я просила гаргулий вместо Рэнсвода ниспослать нам кого-нибудь нормального. Что именно они не расслышали в этой простой фразе и прислали ненормального Эйвана Змея?
– Госпожа Грандэ? – Он повернулся ко мне.
Удивительно, но слова тут же появились. К счастью, нужные.
Я отчеканила вызубренные накануне правила, словно секретное донесение: быстро, четко и без запинок. На одном дыхании. В конце воздух, правда, закончился, так что звуки выдавливала.
– С теорией закончили! – сжалился он над теми, до кого не дошла очередь, и кивком приказал мне выйти.
Вспоминая Финиста «добрым» словом, я встала перед однокурсниками и сцепила в замок нервно дрожащие руки. Закладывая вокруг меня круги, резким громким голосом Змей начал рассказывать, что слияние позволяет создавать общие заклятия, усиливать партнера.
– И делиться резервом, – добавил он, бросив на меня острый взгляд, словно знал, что каждый день за закрытыми дверями мы с Рэнсводом успешно делимся этим самым резервом. – Но это настолько высокая магия, что вряд ли вы до нее когда-нибудь доберетесь, господа бытовики. Создайте световой шар, госпожа Грандэ. Начнем с азов.
Я призвала мгновенно забурлившую магию. Сквозь сжатые пальцы вырвались лучи яркого света. Очевидно, что усердствовать не стоило, но сила первородного огня буквально рвалась наружу, желая озарить огромный мрачный зал с хмурыми тенями по углам. Притушив яркость, я раскрыла кулак, и аккуратный шар, постепенно раздуваясь в размере, завис между нами с магистром.
В следующий момент Сэт протянул руку, без страха огладил светляк. Нас учили держаться на расстоянии от созданных другим магом заклятий, но преподаватель спокойно подхватил шар. По залу разнесся единодушно-удивленный вздох. Магия медленно таяла на его ладони, бледнела. И испарилась без следа, не причинив ровным счетом никакого вреда.
– Научитесь прикасаться к чужой магии, – проговорил он в изумленном молчании зрительного зала, и на его ладони вспыхнула идеально ровная сфера. – Возьмите, госпожа Грандэ.
Я с опаской протянула подрагивающие от напряжения руки.
– Сопротивляться – естественно, – повторил он слова Рэнсвода, сказанные недавно за ужином, а потом добавил от себя: – Но игнорируйте этот вдолбленный в голову инстинкт.
Шар скользнул в мои сложенные лодочкой ладони. Казалось, магия осторожно и податливо прикоснется к рукам, но она шарахнула с такой агрессивной силой, что странно, как не встали дыбом волосы. Вот бы, наверное, была умора.
– Химерово отродье! – в сердцах выругалась я так громко, что, наверное, услышали даже в коридоре.
Издевательское эхо подхватило вопль, вознесло к высоченному потолку, и воцарилась гробовая тишина. Погасив мерцающий в воздухе шар щелчком пальцев, с потрясающим спокойствием Сэт резюмировал:
– «Отвратительно» за это занятие, госпожа Грандэ.
Он отвернулся, всем видом показывая, что потерял интерес к неумехе, и скомандовал:
– Пробуйте, господа бытовики. У вас два часа, чтобы научиться принимать чужую магию если не с радостью, то хотя бы без бранных ругательств.
Я стояла как дура, не понимая, куда себя деть и что делать, и ловила себя на том, что постоянно обтираю о мантию зудящие ладони. В крови гудел первородный огонь, плечо безбожно ломило. Понятия не имею, чего добивался этот «избранный змей», когда вливал в обычный светляк столько силы, что хватило бы осветить переулок, но прикасаться к его магии было больно и неприятно.
Он искоса глянул на меня.
– Не замирайте, госпожа Грандэ. Идите. Ваше занятие закончено.
Рэнсвод мне казался наместником высшего демона на земле? Ха-ха три раза! Просто раньше мы не были лично знакомы с Эйваном Змеем.
– Почему? – вырвалось у меня. Не иначе как от удара чужим заклятием случилось помутнение рассудка.
– У вас же нет партнера, – кривовато усмехнулся он. – Как вы собираетесь выполнять упражнение?
С непроницаемым видом я направилась к стеллажам с вещами.
– Господа бытовики, в следующий раз вы заходите в этот зал или с партнером, или вообще не заходите. Это всем ясно?
Ответом послужил нестройный хор унылых голосов.
До конца занятий дотянуть не вышло. К вечеру сила совершенно перестала слушаться, и последний практикум по бытовой магии грозил перерасти не в копошение с веревочками, а в магическую катастрофу. Наскоро попрощавшись с Альмой, я сбежала домой – в смысле, домой к Рэнсводу.
Стрелой пронесшись по комнатам, ворвалась в кабинет. Обстановка в нем царила умиротворенная. На диване, уютно свернувшись клубочком, дремала Дуся. Сам магистр читал за столом какую-то потрепанную временем рукопись. В воздухе остро пахло дорогим табаком. С той ночи на крыше преподавательской башни Киар при мне не курил, но вторжение в его угодья определенно оказалось внезапным.
Не произнося ни слова, я швырнула пальто на диван и схватилась за застежки на мантии. Обалдевшая кошка соскочила на пол. Рэнсвод не донес до рта дымящуюся тонкую сигариллу. Смяв ее в большой хрустальной пепельнице, он поднялся из-за стола и с сочувствием уточнил:
– Настолько плохо?
– Мягко сказано.
Напрочь забыв, что надо бы стыдливо повернуться спиной, я спустила с плеча широкий ворот…
Не знаю, что именно изменилось, но после сегодняшнего слияния магии Киар, похоже, не почувствовал ставшую привычной слабость. Деликатным, вкрадчивым движением поправил мне блузку и спросил мягким голосом:
– Что у тебя сегодня стряслось?
– Практикум по высшей магии, – со вздохом отозвалась я и оглянулась через плечо: – Вы знакомы с нашим новым преподавателем?
– Эйваном Сэтом? – Рэнсвод изогнул брови. – Он мой бывший однокурсник. Превосходный маг и очень хотел получить эту должность. Что-то не так?
– По сравнению с ним вы были настоящей душкой! – объявила я. – Если что, это не от слова «душила», а от «душевного человека».
– То есть ты мне сделала комплимент? – в его словах сквозила ирония.
– Еще какой! – Я сгребла с дивана вещи. – Кстати, как Дусэя оказалась в кабинете?
– Твоя Дуся, – со смаком он подчеркнул плебейское имечко хвостатой аристократки, – орала под дверью. Жестоко оставлять животное взаперти.
– Вы сильно рискуете. Если она сожрет рыбок, то вряд ли Тайный
