Телохранители попросили его показать им все, что могло представлять интерес с точки зрения безопасности Кристианы. Даже их не оставило равнодушным то, что они увидели в лагере, особенно дети, которые были здесь повсюду — они смеялись, бегали наперегонки, играли, как, впрочем, и многие взрослые. Местные жители производили впечатление чрезвычайно счастливых людей, которые непрестанно улыбались и радовались жизни. Даже пациенты медицинского центра демонстрировали дружелюбие и хорошее настроение.
Воспользовавшись приглашением Мэри, указавшей на пустое место за столом, Кристиана перелезла через скамью и села. По одну сторону от нее сидела Лора, разговаривавшая по-французски с Дидье, по другую — Эрнст, беседовавший на швейцарском диалекте немецкого с Сэмюелом и Максом. Все трое были швейцарцами, правда, Сэмюел был наполовину израильтянином и служил в обеих армиях. Кристиана пару раз рассмеялась, прислушиваясь к их разговору. Затем повернулась к Лоре и обратилась к ней по-французски. Ответа не последовало. Девушка откровенно игнорировала ее, продолжая болтать с Дидье. Она явно имела к ней какие-то претензии, хотя Кристиана даже не догадывалась, чем могло быть вызвано подобное отношение.
Смирившись, Кристиана переключилась на Мэри Уокер, сидевшую напротив. Мэри рассказала ей об эпидемии СПИДа, с которой они пытались бороться, и о черной лихорадке. Это была разновидность чумы, вызывавшая почернение лица, ладоней, живота и ступней. В разговор включился Джефф, добавивший еще несколько жутких подробностей. Все это звучало ужасно, тем более за столом. Но Кристиана слушала с огромным интересом, особенно то, что касалось борьбы со СПИДом. Мэри, в частности, сообщила, что через пару недель ожидается визит бригады «Врачей без границ». Они регулярно посещали лагерь, привозя с собой даже хирургов, если требовалась сложная операция. Кроме того, они прилетали по срочным вызовам, но в большинстве случаев Мэри и Джефф справлялись сами, оперируя острые аппендициты и производя кесарево сечение. Как в шутку заметил Джефф, «они тут мастера на все руки». Он был очень высокого мнения о «Врачах без границ», которые летали по всей Африке на небольших самолетах, предоставляя медицинские услуги даже в зонах боевых действий и самых труднодоступных уголках континента.
— Поразительные ребята, — с чувством заявил он, накладывая себе огромную порцию десерта.
Худой и жилистый, он обладал тем же отменным аппетитом, что и остальные мужчины, сидевшие за столом. Женщины ели меньше, но тоже отсутствием аппетита не страдали. Все они много работали и, судя по всему, наслаждались совместными трапезами по вечерам. Днем каждый перекусывал на ходу, а на завтрак, как сообщила Кристиане Мэри, все собирались в шесть тридцать в этой же палатке. Рабочий день начинался рано. Местные женщины, работавшие на кухне, научились готовить европейские блюда с учетом вкусов и привычек сотрудников центра. Мэгги, единственная американка в команде, заявила, что ей не хватает здесь только мороженого, добавив, что оно снится ей по ночам. Уехав так далеко от дома, она казалась абсолютно довольной жизнью, как и вся остальная компания, кроме Лоры. Девушка выглядела печальной и практически ни с кем не разговаривала, не считая Дидье, с которым они потихоньку переговаривались по-французски. Кристиану и ее друзей Лора просто игнорировала, в то время как остальные прилагали все усилия, чтобы познакомиться с ними поближе. Джефф налил Кристиане бокал вина, и они выпили за ее приезд. Макс и Сэмюел, похоже, уже освоились и чувствовали себя как дома. На протяжении всего вечера было много добродушного подшучивания — и на французском, и на английском, и на немецком. Это был настоящий интернациональный обед.
Было уже поздно, когда наконец все поднялись из-за стола и вышли в теплую африканскую ночь. Сэм и Макс приняли предложение мужской половины компании сыграть в карты, пообещав присоединиться через пару минут. Они хотели убедиться, что Кристиана удобно устроилась — ведь именно это было целью их приезда. Джефф и Мэгги, взявшись за руки, направились в свою палатку, остальные женщины медленно побрели к своей. Фиона еще не вернулась, и все решили, что она задержалась принимая роды. Смертность новорожденных в Восточной Африке была ужасающей. Большинство младенцев умирали в течение двадцати четырех часов после появления на свет. Фиона по мере сил пыталась улучшить эту статистику, уговаривая местных женщин беречься и стараясь присутствовать при каждых родах.
На вопрос Кристианы, не слишком ли рискованны подобные поездки для самой Фионы, Мэри Уокер ответила, что местность вокруг довольно безопасна. Несмотря на близость границы с Эфиопией, за годы, прошедшие после заключения перемирия, здесь не было никаких стычек и беспорядков. Впрочем, отношения между двумя странами оставались напряженными. Эфиопия считала, что ее интересы ущемлены, и по-прежнему жаждала получить выход к морским портам. Однако в Синейфи было спокойно, и молодая акушерка пользовалась любовью своих подопечных. Одна из женщин, Урсула, учительница из Германии, работавшая с местными ребятишками, рассказала Кристиане, что Фиона всегда берет с собой пистолет и готова воспользоваться им по назначению, если понадобится. В принципе ношение оружия не поощрялось, но для Фионы, учитывая обстоятельства, делалось исключение.
Лора молча шагала впереди. Она была все такой же угрюмой и продолжала поглядывать на Кристиану с очевидной, но необъяснимой враждебностью.
Продолжая болтать, женщины вошли в палатку и стали переодеваться в ночные пижамы. Кристиана не отказалась бы принять душ или ванну, но ей объяснили, что это невозможно. В лагере имелся душ, которым можно было пользоваться по утрам или рано вечером. Впрочем, Кристиана была готова к неудобствам. Она даже старалась убедить себя, что не боится змей и львов, которыми ее пугали соседки по палатке. Это было безобидное поддразнивание, которому подвергались все новички. Атмосфера очень напоминала летний лагерь, и Кристиане это нравилось. Именно этого она ожидала, на это надеялась и уже любила своих новых подруг и местных женщин, красивых, экзотичных и улыбчивых.
Одна из женщин проводила ее в туалет неподалеку и подождала снаружи, так как Кристиана все же вспомнила о змеях. Но все обошлось. Здешняя уборная представляла собой примитивную конструкцию с деревянным сиденьем и дырой в полу, присыпанной известью. Внутренне содрогнувшись, Кристиана решила, что со временем привыкнет. Другие же привыкли.
Она заснула, едва коснувшись головой подушки. Женщины еще немного поболтали, обсуждая вполголоса новенькую. По общему убеждению, она оказалась очень милой девушкой и хорошим прибавлением к их команде. Они решили, что она происходит из приличной семьи, возможно, с деньгами. Вежливая, сдержанная, образованная, бегло говорившая на нескольких языках, она тем не менее держалась очень просто, чем заслужила всеобщую симпатию.
