Никто не спорил. Приняв Эвру в наши ряды, мы помчались прочь от Мерлы, Урчи, мистера Тайни, Эванны и мёртвого мистера Толла и поспешили через лагерь на поиски Шенкуса и его похитителей.
Как только мы расчистили туннель, служивший выходом из стадиона, мы увидели, что наша добыча разделилась: справа Р.В. убегал с Шенкусом, направляющимся в центр города, слева же — Морган Джеймс и Дэриус улепётывали по склону холма к реке, которая текла неподалёку.
Ванча взял ответственность на себя и быстро принял решение. — Элис и Эвра — со мной. Мы пойдём за Р.В. и Шенкусом. Даррен, Харкат и Дебби — берите на себя Моргана Джеймса и мальчика.
Лучше бы я пошёл спасать Шенкуса, но Ванча был опытнее меня. Покорно кивнув, я качнулся влево с Харкатом и Дебби и мы отправились за убийцей и его учеником. Моя головная боль постоянно жестоко вспыхивала и я был наполовину слеп, как будто катился вниз по склону. Кроме того, шум шагов, когда я бежал по тротуару, был пыткой для моих ушей. Тем не менее, как полувампир я мог бежать быстрей Харката или Дебби и вскоре вырвался вперед и быстро сократил расстояние между нами и Морганом Джеймсом и Дэриусом.
Джеймс и Дэриус остановились, когда услышали о моём приближении и повернулись, чтобы принять расплату. Я должен был подождать Харката и Дебби, а не противостоять им в одиночку, вооруженный только ножом, но ярость захлестнула меня. Я сыграл на невнимательности, когда они открыли огонь — Джеймс из винтовки, Дэриус из арбалета. Отличная особенность вампиров — пулями и стрелами вреда не причинишь. Спустя секунду, я кинулся на них вне себя от ярости, жаждущий мести.
Джеймс качнулся на меня и замахнулся своей винтовкой. Он ударил меня по правому плечу, в которое стрелял Дэриус. Я взревел от боли, но не дрогнул. Я замахнулся с ножом на Джеймса, целясь в его полуискороженное лицо. Он уклонился, и Дэриус ударил меня кулаком в ребра, когда я промахнулся. Я оттолкнул мальчика и замахнулся на Джеймса снова. Он улыбнулся и крепко схватил меня, поваливая на землю.
Мое лицо прижалось к левой стороне головы Моргана Джеймса. Кожа сморщенная и красная, его зубы выставлены позади тонкой плоти губ, его глаз как ужасный шарик в середине разрушенного, травмированного беспорядка.
— Нравится? — булькнул Джеймс.
— Прекрасно! — насмехался я, перекатываясь на него сверху,тыкая его в глаз своим большим пальцем.
— Я убью тебя! — поклялся Джеймс, разрывая мой захват и подводя свое колено к моему животу.
— Посмотрим! — проворчал я, падая немного назад, затем возвращаясь на него. Я сумел воткнуть свой нож, но только ему в руку. Я знал, что мальчик избивает меня своим стрелковым оружием, пытаясь отогнать меня. Я проигнорировал его и сосредоточился на Джеймсе Моргане. Я был сильнее вампета, но он был большим и закаленным бойцом. Он извивался подо мной,толкая меня своими коленями и локтями в живот и пах, плевал мне в глаза. В моей голове была болезненно белая стена света. Мене хотелось закричать и закрыть уши ладонями. Но вместо этого я укусил Джеймса за левую руку и оторвал от нее кусок.
Джеймс завизжал как кошка и столкнул меня, придавая силу его боли. Когда я упал в сторону, Дэриус тяжело пнул меня в голову, и я потерял ориентацию на секунду или две. Когда я отошел, Джеймс уже был на мне. Он отодвинул мою голову назад левой рукой и поднял мой собственный нож, — который я обронил в борьбе – правой рукой, собираясь перерезать мне горло.
Я схватился за нож. Пропустил. Схватился снова. Попал в сторону. Схватил в третий раз – потом остановился, напрягая мускулы и закрыв глаза. Джеймс немного задрожал от восторга. Он думал, что я сдался. Но он не знал, что я заметил Харката позади него, размахивающего топором.
Раздался шикающий звук — Дэриус начал кричать предупреждение — потом тяжелый глухой удар. Мои глаза открылись. Я мельком увидел голову Моргана Джеймса, откатывающуюся в темноту, отделенную от ее тела одним сильным ударом топора Харката. Затем хлынул кровь из культи шеи Джеймса. Я снова закрыл глаза, когда я был залит взрывом горячей красной жидкости. Джеймс безжизненно упал. Я толкнул себя, открыл глаза, вытер кровь с лица, и выскользнул из—под обезглавленного тела Моргана Джеймса.
Дэриус стоял рядом со мной, тупо смотря на его срубленного компаньона. Кровь попала и на мальчика тоже, обливая его брюки. Я встал. Мои ноги дрожали. Моя голова была переполнена белым шумом. Кровь застыла в моих волосах и капала с лица. Я хотел быть больным. Но я знал то, что я должен сделать. Ненависть мотивировала меня.
Выхватив мой нож из безжизненной руки Моргана Джеймса, я прижал лезвие к плоти горла Дэриуса и схватив его волосы свободной рукой. Я зарычал, когда прижал нож сильней, ни как человек, ни как вампир. Я стал диким животным при лишении жизни молодого мальчика.
Глава 19
Дебби остановила меня. — Нет! — закричала она, резко возрастая позади меня. В ее голосе был такой ужас, что даже в разгар моей кровожадности, я остановился. Она остановилась около меня, тяжело дыша, широко раскрыв глаза от ужаса. — Нет! — прохрипела она, отчаянно качая головой.
— Почему нет? — рыкнул я. — Он ребёнок! — плакала она.
— Нет — он сын Стива Леопарда, — возразил я ей. — Убийца, как и его отец.
— Он никого не убил, — возразила Дебби. — Морган Джеймс убил мистера Толла. Теперь и он мёртв. Вы квиты. Ты не должен убивать мальчика тоже.
— Я убью их всех! — закричал я безумно. Это как будто я стал другим человеком, кровожадным жнецом. — Каждый вампирец должен умереть! Каждый вампет! Каждый, кто помогает им!
— Даже дети? — болезненно спросила Дебби.
— Да! – заорал я. Моя головная боль стала хуже, чем когда—либо. Это было, как будто раскаленные булавки толкали через мой череп изнутри. Часть меня знала, что это было неправильно, но большая часть была захвачена ненавистью и желанием убить. Та беспощадная часть кричала о мести.
— Харкат, — Дебби обратилась к маленькому человеку. — Заставь его увидеть смысл!
Харкат покачал головой без шеи. — Я не думаю, что смогу остановить его, — сказал он, уставившись на меня, как будто он не знал меня.
— Ты должен попробовать! — завопила Дебби.
— Я не знаю, если я, … имею право, — пробормотал Харкат.
Дебби повернулась ко мне снова. Она заплакала. — Ты не должен этого делать, — рыдала она. — Это — мой долг, — сказал я натянуто.
Она плюнула мне в ноги. — Это — то, что я думаю о твоем долге! Ты станешь монстром, если ты убьешь этого мальчика. Ты будешь не лучше чем Стив.
Я остановился. Ее слова вызвали воспоминания глубоко внутри меня. Я думал о мистере Крепсли и о его последних словах мне прежде, чем он умер. Он попросил меня не посвящать свою жизнь ненависти. Убить Стива Леопарда, если мне представиться шанс — но не предаваться безумным поискам мести.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
