— Гвенвивар! — упрямо продолжал звать Дзирт, крепко прижимая фигурку к груди, к самому сердцу, несмотря на то что она стала невыносимо горячей и плащ его уже начал дымиться, а пальцы немилосердно жгло.
Он решил ни за что не отпускать ее. Чувствуя, что скоро потеряет Гвенвивар навсегда, он решил держать статуэтку у сердца до самого конца, как солдат, обнимающий умирающего товарища.
Его оклики становились все тише и горестнее, потому что в горле стоял тугой комок. Теперь горели уже и пальцы, но Дзирт продолжал сжимать фигурку.
И тут вмешалась Кэтти-бри. Повинуясь внезапному отчаянному порыву, девушка, сама разрываясь от боли и горя, резко ухватила Дзирта за руку и выбила статуэтку на землю.
Сперва Дзирт испугался, но потом он почувствовал ярость и отчаяние, словно мать, которая видит, как опускают в могилу гробик ее ребенка. Едва статуэтка коснулась земли, Кэтти-бри выхватила Хазид'хи, занесла оружие над головой, и по краю зачарованного лезвия засветилась тончайшая красная полоска.
— Нет! — выкрикнул Дзирт, бросаясь на нее.
Но было уже поздно. Мысли Кэтти-бри спутались, голубые глаза наполнились слезами, но она собрала остатки мужества и предприняла последнюю отчаянную попытку, с размаху опустив меч. Хазид'хи разрубал камень, так случилось и на этот раз, именно в то мгновение, когда Гвенвивар втянуло в брешь.
Появилась вспышка, потом руку девушки пронзила острая пульсирующая боль, и ее швырнуло на землю. Дзирт бросился вперед, прикрывая рукой голову, как раз в тот момент, когда голова фигурки отлетела, выпустив в воздух целый сноп бушующего огня.
Через секунду пламя стихло и из разбитой статуэтки повалил густой сизый дым. Дзирт медленно выпрямился, Кэтти-бри пришла в себя, и оба уставились на стоявшую перед ними встрепанную Гвенвивар, у которой все еще дымилась шкура.
Дзирт упал на колени и обеими руками обнял пантеру. Они ползком двинулись к Кэтти-бри, все еще сидевшей на земле смеясь и плача, обессилев после мощного удара волшебной силы.
— Что ты сделала? — спросил ее дроу.
Девушка не сразу нашлась что ответить. Она так и не поняла, что случилось, когда Хазид'хи вонзился в волшебную фигурку. Она перевела взгляд на клинок, который больше не светился, на лезвии которого появились зазубрины.
— Похоже, угробила свой меч, — негромко ответила она.
* * *
Немногим позднее Дзирт опустился на постель в своей комнате на верхнем уровне Мифрил Халла, с тревогой глядя на пантеру. Гвенвивар вернулась, и чутьем он понимал, что, если бы Кэтти-бри не разрубила фигурку, кошке пришлось бы намного хуже.
Однако и так хорошего было мало. Пантера была страшно утомлена; растянувшись перед камином, она опустила голову и прикрыла глаза. Однако Дзирт понимал, что сон ей мало чем поможет. Гвенвивар была созданием Астрального уровня и могла по-настоящему восстанавливать силы только среди звезд. Несколько раз Дзирту приходилось удерживать пантеру в материальном мире довольно долго, но, проведя хотя бы на один день больше обычного срока, Гвенвивар бывала совершенно истощена.
Сейчас лучшие мастера Мифрил Халла, большие умельцы, внимательно изучали фигурку, пытаясь найти способ починить ее, а Бренор отправил посланника в Серебристую Луну, прося помощи у госпожи Аластриэль, самой могущественной волшебницы по эту сторону Великой пустыни Анаврок.
Дзирт гадал, сколько на все это уйдет времени и удастся ли вообще починить статуэтку. Сколько еще протянет Гвенвивар?
Тут в комнату без всякого предупреждения ворвалась Кэтти-бри. Достаточно было одного взгляда на ее лицо с высохшими полосками от слез, чтобы понять — что-то случилось. Дзирт соскочил с кровати и сделал шаг к очагу, где висели его сабли.
Но девушка преградила ему путь и заключила в такие крепкие объятия, что оба свалились на кровать.
— Как мне этого хотелось, — с жаром сказала она, вцепившись в Дзирта.
Дроу, ошалев от неожиданности, тоже обнял ее. Немного вывернувшись, он посмотрел в глаза девушки, пытаясь понять, в чем дело.
— Мы предназначены друг для друга, Дзирт До'Урден, — всхлипывая, произнесла Кэтти-бри. — С того дня, как мы впервые увиделись, я лишь о тебе и думаю.
Это было совсем нелепо. Дзирт попытался высвободиться, но осторожно, чтобы не обидеть девушку, однако она держала его очень сильно.
— Взгляни на меня, — плакала она. — Скажи, что ты чувствуешь то же самое!
Дзирт посмотрел на нее испытующим взглядом. Конечно, она ему не безразлична. Он действительно любил ее и даже пару раз представлял себе, как произойдет нечто подобное.
Но сейчас все было как-то дико, слишком неожиданно, без предупреждения. У него появилось смутное ощущение, что с ней что-то случилось, какой-то странный сбой, вроде того что повсеместно творилось с магическими предметами.
— А как же Вульфгар? — едва вымолвил он, поскольку Кэтти-бри так тесно прижалась к нему, что волосами совсем закрыла ему лицо. Бедный дроу вдыхал их сладкий запах и с трудом сопротивлялся непобедимому очарованию девушки, живому теплу ее сильного тела.
Кэтти-бри так резко откинула голову, как если бы он ударил ее:
— Кто?
Теперь оторопел Дзирт.
— Возьми меня! — взмолилась девушка.
Дзирт лишь молча вытаращил глаза.
— Владей мною! — кричала она.
— «Владей мною?» — чуть слышно повторил Дзирт.
— Сделай меня орудием твоего мастерства, — не умолкала она. — Молю тебя! Это мое предназначение, единственное, чего я жажду! — Вдруг она замолчала и отстранилась на расстояние вытянутой руки, глядя на Дзирта широко раскрытыми глазами, словно ее вдруг посетила какая-то неожиданная мысль. — Я лучше других, — лукаво добавила она.
«Каких таких других?» — хотел выкрикнуть Дзирт, но не в силах был произнести ни слова.
— Ведь и ты сам, — продолжала девушка, — лучше этой женщины, с которой я сейчас!
К этому моменту Дзирт уже почти взял себя в руки, но эти слова стали последней каплей. К черту деликатность, решил дроу, вывернулся, оттолкнув ее, высвободился из объятий, скатился с кровати и вскочил на ноги.
Кэтти-бри метнулась за ним, обвила руками его ноги и вновь вцепилась со всей силой.
— Не отвергай меня, любимый! — кричала она с таким жаром, что Гвенвивар даже приподняла голову и глухо зарычала. — Владей мной, умоляю тебя! Лишь в твоих руках я вновь обрету целостность!
Дзирт нагнулся, намереваясь обеими руками оторвать ее от себя, и тут заметил на бедре Кэтти-бри нечто, что заставило его остановиться, нечто невероятное, но зато все объяснявшее.
