Читаем без скачивания Пикник на острове сокровищ - Дарья Донцова

Впереди вспыхнул красный свет, я нажал на педаль тормоза и замер, около меня рывком остановилась древняя иномарка, год производства машины определить невозможно, понятно лишь одно: она живет на свете лет двадцать, не меньше. За рулем восседала женщина постбальзаковского возраста, справа от нее удобно устроилась лохматая бело-рыжая собака с длинной интеллигентной мордой. Ярко-розовый язык свешивался из пасти, колли явно было жарко.

От резкого торможения у престарелой иномарки отлетело держащееся «на честном слове» зеркало. Оно упало впереди машины. Женщина, запричитав, выскочила из машины и пошла… назад. Колли же, выбежав вслед за хозяйкой, рванула в обратную сторону, псина мгновенно обнаружила потерю и принялась звонко лаять. Водители повысовывались из окон и с интересом наблюдали за событиями.

– Замолчи, – велела хозяйка, – я зеркало ищу.

– Гав, гав, гав! – заливалась колли.

– Иди на место!

Собака продолжала звать хозяйку.

Женщина отмахнулась от псины и продолжала осмотр дороги, колли тем временем не замолкал.

– Видал, – подмигнул мне круглолицый мужик из стоявшей рядом красной «девятки», – обезьяна с гранатой! Собака и та умнее.

Я открыл дверь и крикнул:

– Девушка!

Тетка обернулась:

– Вы мне?

– Да. Зеркало…

– Не вмешивайтесь не в свое дело, – заорала она, – нахал! Какая я вам девушка!

– Слышь, бабка, – развеселился водитель «девятки», – твоя собака…

– И не трогайте Жака! – взвизгнула водительница. – Ну народ! Что вам пес плохого сделал?

Жак тем временем, поняв, что хозяйка не внемлет его лаю, схватил зеркало, добежал до иномарки и ловко запрыгнул в салон. Красный свет сменился зеленым. «Девятка» стартовала с места, женщина кинулась к своей машине, я тоже поехал вперед, и к следующему светофору мы прибыли вместе: «девятка» слева, я справа, иномарка посередине. Из-за духоты окна у всех машин были открыты, и я услышал нервный голос хозяйки Жака, жаловавшейся кому-то по мобильному телефону.

– Зеркало потеряла! Где теперь такое купишь! Да пыталась найти, но у меня Жак, идиот полный, начал лаять, мужики вокруг загудели, приставать стали, звать в ресторан, и мне пришлось уехать! Козлы!

Жак, державший в зубах зеркало, скосил на меня блестящий карий глаз, мне показалось, что пес смеется. Тетка, не удосужившись взглянуть на собаку, ныла в трубку:

– Вот незадача! Без зеркала никуда.

– Слышь, шумахер, – проорал водитель «девятки».

– Вы ко мне обращаетесь? – церемонно поинтересовалась женщина.

– На собаку позырь!

– Отстаньте.

– Башку поверни.

– Что вы ко мне пристали!

– Да на кобеля посмотри! – надрывался водитель «девятки».

– Если не прекратите, я позову гаишника, – пригрозила владелица собаки, – думаете, раз военный, то вам все можно!

– С чего ты решила, что я военный? – изумился шофер.

– У меня отец такой же, – ответила дама, – полковник! Если к кому привязался, ни за что не отвяжется, – и в трубку: – Так вот, милая, я теперь без зеркала! Беда, ой, беда!

Поток машин пополз вперед, я, посмеиваясь, встал на разворот. Вот вам типично женское поведение, прелестницы не любят слушать никого, кроме себя. И я, и парень из «девятки», и пес пытались привлечь внимание хозяйки иномарки, объяснить ей: вот оно, зеркало, даже не разбилось. Ан нет, дама для себя решила: Жак лает по глупости, я нахал, а владелец «девятки» идиот-полковник, и вообще все представители сильного пола козлы. И сейчас вместо того, чтобы радоваться обретенной пропаже, она рыдает в трубку. Интересно, как скоро мадам посмотрит на Жака, который, похоже, умней хозяйки?

Глава 18

Добравшись до нужного дома, я поднялся на третий этаж и позвонил в дверь раз, другой, третий. Никто не спешил открыть, странно… Сережа, бесхитростный мальчик, сообщил недавно, что тетя Рая легла спать…

– Кто там? – недовольно спросили из квартиры.

– Мне нужна Раиса Шумакова, – обрадовался я.

Дверь распахнулась, на пороге стояла стройная дама, облаченная в голубой халат.

– Иван Павлович! – изумленно воскликнула она.

– Уж простите, – быстро произнес я, – мне Сережа сказал, что тетя Рая дома, потому я и примчался.

– Вот болтун, – нахмурилась Рая, – вернется из бассейна – получит за длинный язык.

– Не ругайте ребенка, он ничего плохого не совершил, – улыбнулся я, – у меня срочное дело, поэтому я и посмел вас побеспокоить. Вы не знаете, где Лена? Ольгушка волнуется.

– Заходите, – неохотно предложила Раиса, – только у нас неприбрано, мы с сестрой сутками на работе, а от Сережи толку нет.

Продолжая бубнить, Шумакова провела меня на грязную кухню, сдвинула на край стола чашки с остатками чая и сказала:

– Садитесь. Только где находится Лена, я понятия не имею.

– Вы не встречались после похорон Егора?

– Нет, – быстро ответила Раиса.

– Странно.

– Почему? Нормально! Я же работаю!

– Ольгушка сказала, что Лена вчера поехала к вам с ночевкой.

– Старуха перепутала!

– У нее порядок с памятью, никакого маразма не наблюдается.

– Я не говорила, что она идиотка! – раздраженно перебила меня Раиса. – Но Лены тут нет!

– Хорошо, – кивнул я, – тогда не подскажете, где ваш муж?

– Я свободная женщина!

– Простите, ваш бывший супруг, Юрий Трофимов.

Лицо Раисы вспыхнуло огнем.

– Да кто вам сказал?

– Про Юрия? – улыбнулся я. – Он сам.

Шумакова схватила салфетку, смяла ее и удивленно протянула:

– Вы знакомы с Юрой?

– Можно и так сказать. Трофимов брал справку в загсе для вас.

– Для меня? Какую?

– Для поездки в Голландию с сыном.

– У меня нет детей, – заявила Раиса.

– Думаю, это правда, – согласился я, – а вы где познакомились с Леной?

– В институте, – ответила Рая, – мы учились в одной группе…

– Вы близки?

– Очень, – кивнула Рая, – Ленка моя лучшая подруга.

– Следовательно, вы бы не стали спать с Егором?

Шумакова распахнула глаза.

– Я не принадлежу к категории баб, которые уводят чужих супругов. Вокруг много свободных мужиков, может, кому и не везет, но я на отсутствие любовников не жалуюсь.

– Отчего-то мне кажется, что вы не из тех, кто делится бывшими мужьями с подругами. Знаете, как бывает, Аня и Маня в отличных отношениях, потом Аня разводится с супругом, последний женится на Мане, и снова всем хорошо.

– Нет, – улыбнулась Рая, – этот вариант не для меня.

– Значит, Юра солгал. Он мне рассказывал о мальчике, которого вы родили от Егора Дружинина!

Рая захлопала ресницами.

– Чушь собачья! Вообще…

И тут зазвенел мобильный, лежавший на столе возде чашки с остатками кофе.

Шумакова взяла трубку.

– Слушаю. Да, я. Конечно, знаю! Не может быть! Врете! Ой! Говорите адрес, скорей! Еду! А-а-а… Хорошо… нет! Сами звоните! Нет! Не могу! Нет! Нет! Пишите телефон, ее зовут Ольга Андреевна. Хотя не надо! Не знаю, не сейчас!

Заплакав, Рая отшвырнула мобильный, тот упал на пол и закатился под стол.

– Что случилось? – испугался я.

Раиса зарыдала сильней. Я принадлежу к когорте мужчин, которых выводят из равновесия женские слезы, поэтому сейчас я заметался по кухне: невесть зачем кинулся к холодильнику, бросился к плите… Лишь через несколько минут я догадался налить в одну из чашек воды и подать Рае. Она залпом все выпила и прошептала:

– Вы знали?

– Нет, – на всякий случай ответил я. – О чем?

– Мне звонили из больницы, – запинаясь, прошептала Рая, – Леночка умерла. Перед смертью она назвала мой телефон… теперь я должна позвонить Ольгушке… ой, нет, не могу… Иван Павлович, милый, помогите! Вы обязаны! Ну Ленка! Ну наломала дров! Вы меня послушайте! Вы должны помочь! Вы же не бросите меня сейчас?

У Раи явно начиналась истерика.

– Хорошо, – кивнул я, – быстро одевайтесь и пошли к машине, по дороге все расскажете.

Рая поступила в институт социологии случайно. Вообще-то ей хотелось изучать иностранные языки, стать первоклассной переводчицей и разъезжать по всему миру. Но она реально оценивала свои возможности. Откуда у ее мамы возьмутся деньги на репетиторов и взятки, без которых в приличное место не попасть? В общем, Раечка подала документы в заштатное место и без особого труда поступила в вуз.

От сессии до сессии живут студенты весело, старое правило работает и в наши дни. Активная Рая сразу перезнакомилась со всем курсом и стала бегать на вечеринки. Очень скоро она сблизилась с такой же активной Леночкой Медведевой, приехавшей в столицу из городка со смешным названием Пряники.

Лена жила в общежитии, в маленькой комнатенке, где теснились шесть кроватей. Душ и туалет располагались на этаже, на кухне стояло три старых плиты. Жизнь в подобных условиях была пыткой, стипендии хватало на три дня, чтобы снять квартиру, не было средств.

Рая от души жалела подругу, но чем она могла ей помочь? Шумакова сама жила в стесненных обстоятельствах, вместе с родителями и старшей сестрой. Когда предки уезжали на дачу, Рая зазывала к себе Леночку, и та, проведя два часа в душе, восклицала: