понимал плохо, но общую суть можно было выхватить. Речь шла про несчастный случай. Один из близнецов утонул.
— Жизнь умеет удивлять, — заметил Хаген. — Мой брат хотел убить меня, но умер сам. Хоть и не по-настоящему. Отец объявил его покойником. В реальности же просто отправил в уединенное место. На одну из наших старых военных баз. Надёжное укрытие на острове в Северном море. Выдержит даже ядерный удар. Помимо бункера там есть огромный особняк, несколько зданий для прислуги. Пожалуй, такое описание может звучать мрачно, однако природа там живописная, и все обустроено с комфортом. Сейчас мало что напоминает о прошлых временах. Никакого оружия там не осталось. С учетом пристрастий моего брата, держать там нечто подобное было бы небезопасно. В общем, Мортон получает все, что пожелает. Уровень жизни у него высокий.
Любопытно. Хагена как будто напрягает это положение вещей. Брат в изоляции. На каком-то там острове. Но он совсем не волнуется о том, что предлагает мне этого братца грохнуть.
— Я бьюсь об заклад, многие мечтали бы оказаться в подобных условиях, — заключает он.
Может и так. Но явно не тогда, когда там торчит его долбанутый брат.
— Но Мортон никогда не был доволен таким положением. Он всегда хотел получить больше. И после смерти нашего отца, ситуация усугубилась. Теперь мне придётся решить проблему радикально. Мой отец такое бы не одобрил. Он считал, что Мортона можно контролировать. Но я не готов рисковать. Последние пару лет мой брат практически на свободе. Да, конфиденциальность он соблюдает. Не показывается на публике. Только это совсем не гарантирует, что он оставил свои идеи. Я уверен, Мортон ищет путь избавиться от меня раз и навсегда.
Хаген опять замолчал и нахмурился.
— Вы закончили со снимками? — вдруг спросил он.
Я отодвинул фотографии и статьи от себя. Хаген забрал их и отправил обратно в карман пиджака.
— Думаю, на сегодня вы получили достаточно информации. Это не последняя наша встреча, поэтому мы успеем ещё многое обсудить.
Я не верил ему. Ни на секунду. Лживый тип. Хотя его слова про братца смахивали на правду.
Но это ничего не меняло. Я должен уничтожить их обоих. И плевать, как высоко они забрались.
22
— Собирайся, — говорит Марат, выглядываясь в окно.
В мою сторону он так и не поворачивается, полностью сосредоточен на том, что происходит снаружи перед отелем.
Внутри поднимается дурное предчувствие. Хотя с чего бы взяться хоть чему-то хорошему?
По лицу Марата ничего нельзя понять. Выражение абсолютно непроницаемое.
Он изменился. В этом нет ничего удивительного. После трех лет в тюрьме нельзя не измениться.
А ведь я даже не знаю, что с ним там происходило. Сознательно отказалась от любой информации, не хотела быть в курсе никаких новостей. Хаген не раз предлагал. Конечно, не прямо. Через Бьорна, через своих людей.
Мне хватало того, что я слышала об этой тюрьме прежде. Оттуда никто не убегал.
— Что там? — роняю глухо.
Резко встаю с кресла и подхожу к нему. Хочу увидеть то, что видит он.
Сердце ухает вниз. Во рту резко пересыхает.
Перед отелем несколько внедорожников. Дорога заблокирована. Наверняка, пожарный выход тоже контролируют.
— Ты готова? — без эмоций бросает Марат.
Как будто есть вещи, которые мне нужно собрать.
Молчу.
Тогда он поворачивается и смотрит прямо в мои глаза.
— Пойдем, — бросает коротко.
Тяжелая ладонь опускается на мое плечо, слегка сжимает, увлекая в сторону выхода из номера.
— У тебя есть план? — прочищаю горло.
— Раньше ты во мне никогда не сомневалась.
Раньше в моей жизни не было Хагена. Отличное время. А ещё раньше я могла контролировать свою жизнь сама. И совсем недавно это чувство вернулось обратно. Только встреча с Маратом опять рушит мир, который я так тщательно выстраивала. В реальности. В мыслях.
Я думала, все в прошлом. Позади. Я преодолела эту странную зависимость.
Горечь разливается внутри.
Что дальше?
Марат так и держит руку на моем плече. Направляет. Он выглядит абсолютно спокойным и уверенным, как будто ничего особенного не происходит. Такое чувство, будто и правда контролирует ситуацию. Но это нереально.
Мы спускаемся вниз. Выходим из отеля.
И меня накрывает шок, когда незнакомцы в чёрных костюмах приветствуют Марата. Тот отвечает. Всего несколько фраз.
Стоп. Это же испанский? Знаю только отдельные слова.
Когда Марат успел выучить язык?
Похоже, в тюрьме он время зря не терял.
Общение длится не больше минуты, и даже не зная языка, понимаю, что Марат здесь главный. Он сам управляет этими людьми.
Такой поворот выбивается из общей картины моего восприятия. Марат одиночка. Он приехал ко мне один, и потом тоже никого не подключал для прикрытия. Мы удирали от погони вдвоём. А теперь вдруг оказывается, у него есть целая команда.
Хаген в курсе?
Вдоль позвоночника льётся холод.
Слишком много вопросов. И я не уверена, что хочу получить ответы.
— Пора ехать, — Марат обращается ко мне и открывает дверцу.
Занимаю место на заднем сиденье.
Он усаживается рядом.
— Куда мы едем? — спрашиваю, прочистив горло.
— Увидишь.
Марат достаёт телефон. Всего пара гудков — из динамика доносится мужской голос.
Опять идёт разговор на испанском.
Смотрю по сторонам. Оборачиваюсь. Мы едем в кортеже машин. Нас прикрывают.
Как и когда Марат успел об этом договориться? Неужели я не слышала звонок? Пропустила какой-то разговор?
Хотя он отправлял несколько сообщений. Точно. Вот и ответ.
Слежу за дорогой. Понимаю, мы направляемся в аэропорт.
Безумие. Так нас легче всего поймать. Хаген наверняка взял под контроль каждый аэропорт в городе.
Мы несёмся прямо в ловушку на полной скорости.
Или… у Марата и правда есть план?
Похоже на то. Когда-то я и правда доверяла ему.
