раз проверив системы своего скафандра - все функционирует оптимально, все резервы близки к максимальным значениям - она направилась в туннель за капсулой, оглядываясь каждые несколько десятков шагов, чтобы убедиться, что капсула все еще там.
Она прошла по плавно изгибающемуся туннелю сотню шагов, после чего он расширился еще больше. От пола исходил голубой свет, а выше по стенам тянулись бледно-зеленые полосы. Чику поискала отпечатки ног или ладоней, свидетельствующие о том, что здесь побывал кто-то другой, но поверхности были безупречны.
Впереди, обведенный зеленым контуром на одной из стен, возвышался вертикальный прямоугольник двери. От прикосновения Чику зеленые линии запульсировали и засветились ярче, когда дверь опустилась обратно в свое углубление и скользнула в сторону. Мягкое янтарное сияние приветствовало ее. Лестница, с такими острыми краями, словно ее недавно вырезали лазером из мрамора, уходила вверх. Продолжать спускаться по туннелю казалось гораздо менее рискованным вариантом, но Чику должна была знать, куда ведет лестница.
Она поднялась. Лестница представляла собой пологую спираль. Она насчитала три полных оборота, прежде чем добралась до прямоугольного помещения наверху, размером примерно с небольшую ванную комнату. В одной из стен была вделана еще одна дверь. Преисполнившись уверенности, Чику открыла ее и шагнула в узкое пространство за ней.
Она была в воздушном шлюзе.
После того, как дверь за ней закрылась, комнату начал заполнять воздух. Шлюз вскоре завершил свою работу, и она вошла во внешнюю дверь в конце короткого коридора с грубо высеченными стенами из камня. За ним виднелась завеса зелени, пронизанная резким голубым светом.
Чику пошла вперед, наклоняясь и нагибаясь, чтобы не повредить свой костюм об острые края скалы. Пол туннеля представлял собой утрамбованную землю или грунт, и вокруг нее в изобилии цвела растительность. Она отодвинула в сторону свободно свисающую занавеску - путаницу веток и листьев, закрывавших проем, - и вышла в полное великолепие дневного света.
Она не знала этого места.
Это было неправильно и невозможно, но так оно и было. Она не просто рассматривала существующую комнату с новой точки зрения. Это было место, где она никогда раньше не бывала.
Камера была не особенно велика по меркам "Занзибара", но ни в коем случае не мала по человеческим меркам - до другой стороны крутосклонной долины, над которой она сейчас возвышалась, оставалось всего два-три километра. Помещение было значительно длиннее, чем в ширину, а потолок представлял собой изогнутую поверхность, расшитую гранями фальшивого неба. Участки прямоугольной темноты обозначали места, где кусочки неба перестали работать или упали на землю.
Здесь не было никаких признаков цивилизации: ни городов, ни деревушек, ни дорог. Но там была какая-то неровная, извилистая тропинка, зигзагами спускавшаяся от крытого входа через заросли деревьев и перелески ко дну долины примерно в двухстах или трехстах метрах ниже.
Еще раз проверив функции своего костюма - все было в порядке - Чику начала пробираться вниз по тропинке, все время следя за тем, куда она ступает. Слева от нее был крутой обрыв.
Участки отсутствующего неба - загадочные дневные созвездия - наводили на мысль о распаде, но большая часть неба все еще функционировала, и в этой комнате росли деревья. Время от времени все еще должен идти дождь, стекающий из тонкой сетки потолочных воздуховодов. Сам факт существования здесь экосистемы доказывал, что температура не может стать неприятно холодной или теплой. Это было чудо как надежной философии дизайна, так и элементарной живучести живых организмов. То, что это место сохранилось, было данью уважения как человеческому мастерству, так и естественной жизнестойкости деревьев, растений и экологии почвы.
В нескольких шагах впереди, там, где тропинка огибала небольшой скалистый выступ, что-то вырвалось из земли. Шок от этого заставил ее пошатнуться, размахивая руками для равновесия, в то время как сердце бешено колотилось в груди. Потом она начала смеяться. Это существо было птицей, вылетевшей из укрытия. Восстановив равновесие, снова уверенно держась на ногах, она смотрела, как она летит на фоне неба с черными узорами. Какое-то пухлое гнездящееся на земле существо.
Таким образом, экология в Тридцать седьмой палате выходила за рамки растений и деревьев. Конечно, многие птицы были насекомоядными. Она задавалась вопросом, насколько изолированным на самом деле было это место; было ли оно герметично закрыто с момента отъезда.
К Чику вернулось самообладание, и она возобновила осторожный спуск, в то время как птица кружила над головой. Хотя дно долины было густо покрыто лесом, здесь также были поляны и более широкие участки открытой местности. Когда угол ее зрения сменился, она мельком увидела мутное зеркало небольшого озера или пруда, обрамленного деревьями. Еще дальше она могла видеть странное, слегка неестественное на вид сочетание полукруглой поляны и отвесной скалы, гладкой и плосколицей, как надгробная плита. Краем глаза она заметила, как что-то исчезло в зарослях деревьев.
Медленное, тяжеловесное и серое, как валун на ножках.
Она моргнула. У нее не было никаких сомнений. Она видела слона.
Чику усмехнулась, качая головой одновременно с удивлением и недоверием.
- Хотя, на самом деле, тебе не стоило беспокоиться, - сказала она вслух восхищенным полушепотом. - У нас и так больше слонов, чем мы знаем, что с ними делать.
Чику приняла решение. Присутствие слона доказывало, что воздух пригоден для дыхания. Ей хотелось попробовать его на вкус, вдохнуть в легкие, сравнить с воздухом, которым она дышала с момента отъезда. Она протянула руку и отпустила регулировочный клапан сбоку от шейного кольца. Раздалось шипение, за которым последовал безболезненный хлопок в одном ухе. Чику сняла шлем с кольца и жадно вдохнула.
Воздух был на вкус разочаровывающе обычным.
Она сунула шлем под мышку и продолжила спуск. Но не успела она пройти и нескольких десятков шагов дальше по тропе, как услышала тонкий, искусственный вой. Он был на пределе слышимости - она бы никогда не услышала его в шлеме.
Чику остановилась. Птица уже давно улетела, но звук, казалось, доносился из воздуха. Она медленно обернулась, пытаясь определить источник шума. Звук превратился из жужжания насекомого в ровное электрическое жужжание, неизменное по высоте, но увеличивающееся по амплитуде.
И тут она увидела это. Справа от нее, скользя по склону долины, быстро приближался маленький летательный аппарат, серебристый или белый. Она наблюдала за этим с дурными предчувствиями. Нигде на "Занзибаре" не было летательных аппаратов. Она задавалась вопросом, был ли это беспилотник или игрушка, брошенная бесцельно кружить по комнате.
Она смогла получше разглядеть судно, когда оно накренилось, огибая утес. У него была одна большая пара крыльев спереди, пара поменьше сзади и
