— Хорошо, босс, — Амир самодовольно ухмыляется. — Не пойму, чего ты так скис. Свидание с нашей красоткой прошло не так, как ты планировал?
Качаю головой и продолжаю складывать бумаги. Самое ценное, конечно, останется в сейфе. Кроме меня, шифр не знает никто. Амир будет приглядывать, ему я доверяю. В конце концов, что может случиться за неделю?
— У меня были совсем другие планы, — нехотя отвечаю. — Алиса не будет делать аборт. И переубедить её, похоже, не получится.
— Понятно, — Амир сразу мрачнеет. — Плохая новость. И чего же она тогда хочет?
— От меня, похоже, ничего, — сердито выплёвываю слова. Почему меня это так злит? — Наверное, тот парень-однокурсник запудрил ей мозги. Она с ним встречается.
— Так это же отлично! — приятель вновь расцвёл. — Совет им да любовь! Если бы Алиса хотела погубить твою репутацию, она бы уже это сделала. Журналюги бы давно уже жевали эту новость. Мой тебе совет — забей. Забудь про неё. Займись своими делами, наконец. На свадьбу только деньжат подкинь, и хватит с неё. В конце концов, ребёнок — это не только твоя ответственность, но и её тоже. Ты же ей не обещал, что будешь заботливым отцом? Она сама во всём виновата. Пусть сама нянчится с пискуном, если ей так хочется…
С грохотом ставлю чемодан на стол.
— Как ты можешь так говорить о малыше? — сердито прерываю Амира. — И потом, это не просто абстрактный ребёнок. Это мой ребёнок! Понятно тебе? Мой, — мои пальцы сжимают ручку чемодана. И хотя я злюсь, в груди начинает разливаться непривычное тепло. Странно. Я впервые произнёс это вслух, и это меня согрело. Подарило какой-то новый путь, проложило новую дорогу.
Мой ребёнок. Частичка меня. Это так… фантастично! Аж дух захватывает.
Амир насмешливо фыркает, вырывая меня из мыслей.
— Почему бы тогда тебе его не усыновить? — презрительно цедит он. — Признай его. Дай свою фамилию. Пусть Алиса много лет тянет теперь с тебя алименты! А сыночек подросший попытается оттяпать у тебя часть бизнеса. Ты этого хочешь?
— Я не знал, что ты так ненавидишь детей, — покачал я головой.
— Не детей, а таких вот мамаш, которые готовы ради денег пойти на всё!
— Ладно, — прерываю его. — Мне некогда. Я еду в аэропорт.
— А как быть с Алисой?
— Наблюдение за квартирой снять. Вячеслава пока в отпуск до моего возвращения.
Грустно вздыхаю. Жаль, не успел сделать, что задумал. Придётся всё отложить. Но я ведь вернусь. Алиса и не заметит, как пролетит время, и вообще не узнает, что я отсутствовал. Снова поймал себя на странной мысли — мне что, пришло в голову ей отчитываться, чем я занимаюсь? Очень странно. Никому раньше не докладывал о своих планах — кроме рабочих моментов, разумеется. Что же изменилось?
Ничего. Кроме того, что я узнал, что скоро стану отцом.
Встряхиваю головой. Может, поездка и правда немного освежит мои мозги. Я еду, и немедленно.
Амир молча провожает меня взглядом. Но я знаю, что он чётко выполнит всё, что я сказал.
…Ставлю чемоданчик на стол и окидываю взглядом знакомый кабинет. Тут ничего не изменилось. Всё лежит на своих местах, будто я и не уезжал вовсе. Чувствую себя превосходно. Я всё уладил, виновные понесли наказание. Правда, пришлось задержаться до самого фестиваля, но оно того стоило. Сладко потягиваюсь, испытывая удовлетворение и приятную усталость.
— Дорогой, я так тебя ждала!
Виолетта врывается в мой кабинет без стука. На ней короткое летнее платье, но дорогое, не будничное. Волосы идеально уложены. За месяц она их высветлила до такого состояния, что саму девушку и не узнать. Ещё и линзы, кажется, синие надела. Возможно, она прямо со съёмки программы. Но у меня такое хорошее настроение, что я не ругаюсь и даже приветливо улыбаюсь ей.
— Что ты тут делаешь, Ветка?
Руки девушки оказываются на моих плечах. Она тянется своими увеличенными в салоне губами к моим, надеясь урвать поцелуй. Но я слегка уклоняюсь, и девушка прижимается лицом к моему плечу.
— Ветка, — промурлыкала она. — Раньше ты так никогда меня не называл… У нас новый этап отношений?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Слегка отодвигаю её от себя. Девушка смотрит на меня, и её глаза туманятся, затмеваясь страстью. Она тяжело дышит, жадно сверлит меня своими яркими голубыми радужками.
— Ты так классно выглядишь, — мурлычет она. — Загорел, отдохнул… Хорошо там, в Симферополе?
— Неплохо. Слушай, у меня есть ещё дела, — мягко отвожу её руки от себя. — Давай позже поговорим. Хорошо?
— Позже я поеду на съёмки, — девушка закусывает губу и смотрит на меня исподлобья. Обиделась. А я этого не люблю. Слегка треплю её пальцами за подбородок.
— Позже, солнце, позже, — мягко отвечаю ей. — Я тебе сам позвоню.
— Ты не позвонишь, я тебя знаю.
— Почему? Вот мой телефон, он включен, — в знак доказательства выуживаю дорогой телефон из кармана пиджака и показываю ей. Он тут же начинает светиться и издавать тихое жужжание. — Извини, Амир звонит. Ну, что там у тебя? — бодро спрашиваю уже в трубку.
— Слушай, я только что узнал, — голос друга звучит взволнованно. — Насчёт Алисы. В общем, беда случилась…
— Что произошло? — я пугаюсь так сильно, что рука с телефоном начинает дрожать. — Что с ней?
— Она в больнице. Уже несколько дней. И говорят, состояние критическое!
Глава 41
— Почему ты мне ничего не сообщил?!?
Хватаю Амира за грудки сразу, едва он входит в мой кабинет, и с силой швыряю в стену. Я в бешенстве. Амир уклоняется от моих тычков, а я тяжело дышу, сдерживаясь из последних сил.
Хорошо, что Виолетта ещё здесь, а то бы приятель не досчитался нескольких зубов! Как сквозь туман, чувствую на своих плечах руки девушки. Она оттаскивает меня назад. Постепенно прихожу в себя и разжимаю пальцы, отпуская Амира. Тот нервно поправляет на себе всклокоченную рубашку, быстрым жестом приглаживает волосы.
Злобно выплёвывает слюну на пол.
— Виолетта, выйди-ка, пожалуйста, вон, — цедит сквозь зубы.
Ветка пулей вылетает из кабинета. Умная девочка. Хоть и в блондинку перекрасилась, мозги на месте сохранились. Я же отхожу назад, приводя в порядок дыхание. Мне кажется, Амир готов начать рукопашную. Но вместо этого ловлю на себе сердито-обиженный взгляд парня.
— Ты что, совсем там спятил, что ли? — восклицает он. — Да я сам только что узнал! Ты приказал снять наблюдение за Алисой. А я был немного занят. Твоими делами, между прочим, — язвительно добавляет, встряхивая в воздухе пачкой бумажных скоросшивателей. Они всё это время, похоже, были зажаты у него подмышкой. В недоумении хлопаю глазами, не понимая, о чём речь вообще. — Если так интересуешься состоянием своей зазнобы, бери машину и поезжай к ней! Только боюсь, у тебя есть дела поважнее, чем залетевшая девчонка.
— Что это у тебя? — тычу пальцев в документы. Под ложечкой начинает посасывать от неприятных предчувствий. Амир обиженно сопит секунд десять, затем всё же делает несколько шагов к моему столу и раскладывает папки на столе.
— Перед отъездом ты просил меня найти крысу, которая сливает деньги, — говорит он, а я тем временем листаю одну из папок. Аккуратные ряды цифр, какие-то расчёты, сметы… Акты сверок. И прочая чепуха, в которой я никогда толком не разбирался. Зачем он мне всё это приволок? У меня же есть бухгалтеры на это! Целый отдел заседает и получает за это деньги! Выдыхаю, укладывая очередную папку на стол.
— И как, нашёл? — интересуюсь.
— Представь себе, да, — снова язвит Амир. — Крыса — это ты!
— Чего?
Папка падает у меня из рук. Что за шутки такие дурацкие? Смотрю на Амира, но он серьёзен как никогда. И сердит. И кажется, расстроен. Никогда раньше не видел его таким, за все годы знакомства. Только сейчас замечаю, что Амир выглядит уставшим: под глазами залегли тёмные круги, щёки ввалились и на них неаккуратная щетина.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Даже если настанет конец света и континенты сдвинутся со своих мест, Амир явится смотреть на это в аккуратном дорогом костюме и с идеальной причёской. А тут я впервые вижу Амира таким мятым и небритым! Это о многом говорит!
