– Ублюфки!.. – послышалось сдавленное хрипение. – Вы…
От избиваемого Мешен’Руж-аха ударила тугая теплая волна. Креол и Шамшуддин отшатнулись назад, как если бы их толкнули. Противник вскочил на ноги и зло оскалился. Похоже, он с самого начала целенаправленно нарывался на драку – только не ожидал, что Креол нападет так резко, безо всякого предупреждения.
Шамшуддин крутанул кистью – тяжелый табурет взмыл в воздух и понесся на Мешен’Руж-аха. Однако тот выкинул вперед ладони, и перед ним замерцало оранжевое свечение. Табурет ударился в него – и отскочил, как от толстой подушки.
– Щит Таммуза!.. – воскликнул Креол, сжимая кулаки.
Положение хуже, чем казалось. Щит Таммуза – не самое простое заклятие. Если Мешен’Руж-ах вызывает его с такой легкостью, он, пожалуй, может претендовать на звание подмастерья. Вероятно, его обучение уже подходит к концу.
Подавальщики и сама хозяйка питейного дома уже скрылись на кухне. Разумный человек не станет встревать в ссору магов. Даже если закон на твоей стороне, это слабое утешение для кучки пепла.
Креол двинулся медленным шагом, начитывая заклинание, освоенное в прошлом месяце. Мешен’Руж-ах принялся изгибаться всем телом, издавая глухие неразборчивые звуки. От него пошел горячий едкий пар, воздух наполнился густым туманом. Дыхание Эрешкигаль – очень опасное заклятие, способное расплавить одежду и кости, превратив человека в дымящуюся лужицу. Однако Мешен’Руж-ах все-таки еще недостаточно опытен, чтобы применять такие чары в полную мощь. У Креола и Шамшуддина только заслезились глаза и зачесалась кожа.
Шамшуддин поднял в воздух несколько кружек и кувшинов с ближайших столов. Они завертелись бурным вихрем, натыкаясь на Щит Таммуза и отлетая назад. Но некоторые угодили и в Мешен’Руж-аха – в отличие от магических доспехов, магические щиты защищают только с одной стороны. Тяжелый кувшин ударил несчастного парня между лопаток – тот вскрикнул от боли, теряя концентрацию. Щит Таммуза заколебался, утрачивая стабильность.
– Х-ха!.. – выкрикнул Креол, бросаясь вперед. Плотно сжатые пальцы засветились красным, с ладони сорвался язык пламени. Заклятие Огненного Меча.
Пылающий клинок с противным шипением прорвал нестабильный Щит Таммуза и замер у самого горла Мешен’Руж-аха. Тот скрипнул зубами, с ненавистью глядя на противника, и медленно сложил руки на груди. Так шумерские маги признают поражение.
– Вас двое, а я один, – угрюмо процедил Мешен’Руж-ах. – Так нечестно.
– Все честно, – тяжело дыша, произнес Креол. – Проиграл – значит, проиграл, нечего жаловаться.
Огненный Меч рассыпался искрами. Креол встряхнул пальцами, сбрасывая остаточные чары. Они с Шамшуддином висели на волоске. Маны оба способны удерживать совсем немного, заклинаний освоили тоже всего ничего. Огненный Меч Креола может существовать секунд двадцать, не дольше. Если бы Мешен’Руж-ах не поторопился сдаваться, то расшвырял бы противников, как котят.
Хотя кто знает? Вдруг его мана тоже полностью изошла на Щит Таммуза и Дыхание Эрешкигаль? Сражения учеников вообще редко затягиваются – слишком уж быстро истощаются боеприпасы.
– Снимай тунику, – потребовал Креол, легонько толкая Мешен’Руж-аха в плечо.
– Что ты сказал? – зло сощурился тот.
– Говорю, снимай тунику. И пояс. И сандалии. Все снимай. Твоя одежда будет платой нам за твои оскорбления.
– Вы… вы понимаете, кто я?! Вы знаете, кто мой учитель?!
– Знаем. А ты знаешь, кто мой отец? И мой дед?
Ногти Мешен’Руж-аха больно впились в ладони. Крыть нечем. Магистр Дильмар – один из самых уважаемых членов Гильдии, но сравнения с архимагами Креолом и Алкеалолом он явно не выдерживает. Пожелав поиздеваться над сопляками много младше себя, Мешен’Руж-ах сам оказался унижен и опозорен.
Через минуту он стоял нагишом. Обозленный Креол не позволил ему оставить даже набедренной повязки. Велев хозяйке питейного дома записать в долг все выпитое им, Мешен’Руж-ах торопливо вышел на улицу. Надо побыстрее вернуться во дворец учителя и надеяться, что по дороге не встретится никто из знакомых.
А Креол с Шамшуддином довольно ухмыльнулись и уселись обратно за стол. Рядом тут же вырос невозмутимый подавальщик с еще одним кувшином пива.
После схватки в урском питейном доме прошло девять дней. Креол и Шамшуддин, воодушевленные первой в своей жизни победой над другим магом, пребывали в приподнятом настроении. Конечно, Мешен’Руж-ах еще не полноценный маг, а ученик, но ученик более сильный и опытный, чем они двое.
Есть повод отпраздновать.
– Как думаешь, брат, что сказал бы учитель, если бы узнал об этом? – спросил Шамшуддин, поглаживая ягодицы пухленькой рабыни.
– Сказал бы, что мы никчемные выродки и нам просто невероятно повезло, – пожал плечами Креол.
– Думаю, ты прав. А что сказал бы твой почтенный отец?
– Сказал бы, что ему наплевать и у него есть дела поважнее, чем слушать наши бредни.
– Печально. А что сказал бы твой почтенный дед?
– А вот он сказал бы, что гордится мной и ожидает дальнейших свершений. Дедушка суров на расправу, но и на похвалу не скупится. Если есть за что хвалить, конечно.
Креол отправил в рот последнюю оливку и недовольно посмотрел на чашу. Кончились. И раб машет опахалом как-то лениво.
– Работай усерднее! – рявкнул ученик мага.
Темнокожий верзила начал махать немного быстрее. Креол откинулся на подушках и уставился в потолок. Шамшуддин отвлекся от ласкания прелестей наложницы и посмотрел на побратима.
– Чем думаешь заняться сегодня, брат? – спросил он. – Опять пойдем в город? Или предпочитаешь потратить время на совершенствование в Искусстве?
– Не знаю, не решил еще… – лениво проворчал Креол.
В пиршественную залу тихо вошел дворцовый управляющий. Такой же раб, как все прочие, но пользующийся значительными привилегиями. Управляющий вправе распоряжаться казной, покупать и продавать других рабов, отдавать приказы страже.
Конечно, часть стражи – тоже рабы, но часть – свободные наемники. И эти две части постоянно приглядывают друг за другом. Вольные следят, чтобы рабы не взбунтовались, рабы следят, чтобы вольные не предали хозяина. Согласия между ними нет ни в чем, они постоянно враждуют.
– Молодой господин, погода портится, – встревоженно произнес управляющий, наклоняясь к Креолу.
– Значит, в город сегодня не пойдем, – лениво произнес тот. – А как она портится?
– Песчаная буря, господин. С юго-запада надвигается песчаная буря.
– Разве они бывают в этом сезоне? – удивился Креол.
– Очень редко. И никогда – такой силы. Это очень странно, господин.
Креол поднялся на ноги и запустил пятерню в смоляную шевелюру. Пальцы сомкнулись, послышался тихий щелчок, и ученик мага неодобрительно уставился на крошечное пятнышко, испачкавшее ноготь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
