– Хорошо. Чего не сделаешь ради тебя.
Он тихо рассмеялся глубоким и низким смехом, воспламенив и вмиг иссушив мою кровь.
– Шици все еще не нашли?
– Завтра я отправлюсь на Белошелковую гору вместе с последователями палаты Тысячи забот, чтобы обыскать формации.
Это был, пожалуй, самый быстрый способ. Только там, на Небесах, знают, сколько мое тело провело в той ледяной пещере и долго ли еще протянет. Так что, разумеется, чем скорее я его найду, тем лучше. Однако я сразу подумала о другом:
– Если мое тело не найдено, что же ты закопал в могиле на запретной территории?
Мо Цин дернул рукой, и что-то выскользнуло из его рукава.
– Вот это. Как найдем твое тело, я снова надену его на тебя.
Я присмотрелась к вещице в руках Мо Цина и не смогла сдержать удивленного возгласа.
– Выходит, ты раскопал мою могилу?
– Да, – честно ответил он и вручил мне маленькое серебряное зеркальце. – Считай, что это подарок в обмен на бабочку.
– Не считается! Ты и так мне его подарил, оно уже мое. Как можно подарить одно и то же дважды? И даже хочешь обменять его на бабочку, нечестно! Я отказываюсь!
Я собиралась обмануть Мо Цина и вытребовать что-нибудь новенькое, но заметила, что он вдруг ушел в себя.
– Что такое? – спросила я.
– Как… ты узнала, что это мой подарок?
«Ой…»
Я прикрыла рот рукой. Кажется, проболталась… Я широко раскрытыми глазами уставилась на него. Лунный свет падал на Мо Цина сзади, поэтому его лицо было в тени. Я же стояла напротив, так что мой глуповатый изумленный взгляд наверняка не остался незамеченным.
Много лет назад под древней аркой у горных врат пьяная я провела с Мо Цином ночь, а затем провалилась в глубокий сон. Наутро, пока я крепко спала, он повесил мне на шею зеркальце. Но мое забытье продлилось больше полугода и стерло из памяти все, что произошло за те три дня, поэтому о нашей любовной связи никто даже не догадался и Мо Цин был уверен, что лишь он один знает о той ночи. Эту тайну он запечатал в собственном сердце и никому не раскрывал, мне в том числе. Тогда как я могла узнать, что зеркальце подарил Мо Цин? Я так уверенно заявила, что дважды дарить одно и то же нельзя, однако… откуда все узнала?
Чтобы скрыть удивление, я наклонила голову и в мгновение ока придумала тысячу отговорок. Правда, каждая из них, казалось, была несовершенна и не выдерживала проверки. Поэтому я расслабилась, снова подняла голову и увидела, что Мо Цин все еще ждет ответа. Его глаза испытующе глядели на меня, тая какие-то неуловимые эмоции.
Я стиснула зубы:
– Хорошо! Это была я! Я за все отве…
Мо Цин мгновенно сорвал лист и прижал к моим губам, прервав слова, которые я собиралась произнести.
– Сложи еще одну.
Он решил сменить тему. Я удивилась и все же не стала настаивать:
– Могу сделать стрекозу, хочешь?
Мо Цин наклонил голову, глядя на яркую луну.
– Лучше бабочку. Тогда две бабочки образуют пару.
Я перевела глаза на него, но он отвернулся, а вот его уши порозовели.
Мо Цин прав, не так уж важно, как я узнала о зеркальце, главное, что мне все известно. А раз одно упоминание смущает нас обоих, лучше сохранить это молчаливое взаимопонимание – так он решил.
Я тихо вздохнула и принялась мастерить вторую бабочку. Утихомирить взбудораженное сердце никак не удавалось: двусмысленность, повисшая между нами, давила поистине мучительно. Казалось, наши руки разделил клочок бумаги, в то же время не мешая ощущать тепло от его ладони… Все это просто не могло не задевать струны моей души.
Так и не произнеся ни слова, я закончила поделку. Пока Мо Цин оглядывал ее, первая бабочка вспорхнула с его пальцев, подлетела выше и, дважды покружив вокруг своей пары, унесла ее прочь. На первый взгляд они обе выглядели хрупкими, но, бодро порхая вместе, дарили ощущение радости жизни.
Я взяла Мо Цина за руку и медленно пошла за двумя бабочками из листьев. Губы юноши слегка изогнулись, а тепло его ладони заставило меня влюбиться вновь.
В эту ночь ветер и луна на горе Праха пробудили в моем сердце нежность и любовь, которых я никогда не испытывала прежде…
Глава 11. Смута
К концу часа Крысы Мо Цин переместил нас обратно во дворец Не-зло. Будь наше время не ограничено, я гуляла бы с ним рука об руку еще три дня и три ночи…
После того как душа Чжиянь вернулась, Мо Цин наскоро собрался, взял меч Невыносимой Тяжести и отправился в путь – искать Шици и Цинь Цяньсяня в формациях на Белошелковой горе. Что-то подсказывает мне, что он уже сыт по горло такими днями, когда у него просто не было выбора.
Кроме меча, Мо Цин больше ничего не взял с собой. Впрочем, с его нынешним уровнем духовных сил, какими бы мощными ни были формации, ему ничто не угрожает. Единственная трудность – найти, в какой ловушке застряли Шици и Цинь Цяньсянь.
Двое суток я прождала на горе Праха, бездельничая, обучая Чжиянь чужеземным боевым искусствам и навещая Цзыю на Призрачном рынке. Паренек ходил в обменный пункт и пересматривал свое прошлое каждый день: он очень боялся все позабыть.
И тут я вспомнила о его старшем брате, Цзыюе. Если бы тот умер где-нибудь на горе Праха, он определенно попал бы на Призрачный рынок, однако Цзыю ничего о нем не слышал, а значит, его брат еще жив. Тогда что же он сейчас делает? Раз Цзыюй был мне предан, поладил ли с Мо Цином после моей смерти? Или, покинув школу Десяти тысяч убиенных, в гордом одиночестве теперь бродит по Цзянху?
Я поручила Чжиянь выяснить что-нибудь о Цзыюе. К несчастью, Темные стражи не спешили распространяться о нем и другие ученики тоже ничего не знали, так что расследование не дало результатов.
На третий день Мо Цин все еще не вернулся, зато что-то изменилось на горе Праха, как и во многих стражниках дворца Не-зло. Чжиянь не заметила этого, потому что присоединилась к школе недавно, но я сразу уловила странности. Все нутро говорило мне: что-то не так.
Мо Цин не объявился и на четвертый день. Прошло так много времени, что забеспокоилась даже Чжиянь:
– Ли Чэньланя нет так много дней… Даже если он не нашел моего дядю, все-таки должен был вернуться, чтобы увидеть тебя. Почему же нет никаких вестей?
Я напряженно выслушала ее и в тот же вечер обошла гору Праха. Ни на одном склоне и пике, казалось, не было ничего необычного, зато, облетая дворец Не-зло, я заметила начальника Темной стражи. Его лицо скрывала толстая черная ткань. Эй, разве Мо Цин не послал его искать Шици и Цинь Цяньсяня? Он ведь должен прочесывать земли далеко отсюда!
Однако в этот момент он давал задание Темному стражу в углу:
– Пошлите еще людей наблюдать за Южной горой и к резиденции Сыма Жуна в городе Фэнчжоу. Не теряйте бдительности.
Я навострила уши, скрестила руки на груди и подлетела, холодно глядя на него.
Дав указания, тот осмотрелся по сторонам и вошел во дворец Не-зло. Затем повернулся на запад, отыскал третий камень и трижды топнул по нему. Я подняла бровь и взглянула на него еще подозрительнее. Зачем начальнику стражи понадобилось подземелье под главным пиком?
Под каждой вершиной горы Праха располагались подземелья. Некоторые, такие как темница под пиком Лунных забав, предназначались для обычных преступников вроде Лю Цанлина, а вот под главным запирали самых могущественных врагов, которых я хотела приручить. Позже они либо погибали, либо сдавались и присягали мне на верность, но после моей смерти у Мо Цина, похоже, не было желания заставлять кого-либо подчиниться. Он благосклонно принимал чужую волю, поэтому эта темница почти опустела. Единственным заключенным был… человек, который недавно объединил силы с Цзян У, чтобы совершать преступления как внутри, так и вне школы, – властитель Северной горы Юань Цзе. Неужто именно он нужен командующему Темной стражей?
Подземелье оберегала особая формация, в которой не действовала техника Мгновенного Перемещения. Только запустив потайной механизм во дворце Не-зло, можно было спуститься, и о существовании этого механизма знали лишь начальник Темной стражи и глава школы.
