– Корнуолл, сколько можно ждать? – спросил вошедший человек недовольным голосом. – Я уже три месяца вынужден скрываться и вести себя, как загнанный в ловушку зверь. Мне надоело прятаться. И клянусь Сатаной, если ты еще раз попросишь немного времени или посоветуешь запастись терпением, то я либо собственноручно посажу тебя на кол, либо отдам в руки инквизиторов. Так что, видишь: особого выбора у тебя нет.
– Тогда и вы, мессир, последуете за мной на костер, – небрежно бросил колдун.
– Шелудивый пес! – гневно воскликнул пришедший и наотмашь ударил Корнуолла. – Ты вздумал мне угрожать? А ты знаешь, что я с тобой сделаю?
Человек выхватил меч и приставил острие к груди колдуна, распластанного на полу.
– Да как ты смеешь, презренный, говорить такое мне? Я – твой господин, твой хозяин, а ты – мой слуга, безвольный раб. Ты делаешь только то, что Я прикажу…
– Мессир, а вам не надоело меня постоянно запугивать? – спокойно произнес Корнуолл, глядя своими пронзительными глазами на собеседника. – Вам прекрасно известно: пока миссия моя не выполнена, я вам нужен. И вы не только ничего не предпримите против меня, но, наоборот, будете охранять и защищать. Поэтому отпустите гнев, оставьте ваши угрозы… Тем более что дело уже сделано.
– Что? – убирая меч и помогая колдуну подняться, переспросил его спутник. – Я не ослышался?
Корнуолл вытащил из-за пазухи небольшой предмет и протянул его человеку.
– Вы ведь эту вещицу ждете с таким нетерпением? – осведомился колдун. – Вот, держите!
Его господин выхватил предмет из рук колдуна и с жадностью во взоре стал рассматривать вещь.
– Как тебе удалось это сделать?
– Для того, кто продал душу дьяволу, нет ничего невозможного, – усмехнулся колдун.
– Отлично… Ты прощен, Корнуолл. Оплошаешь, сожгу! – возвращая вещицу колдуну, произнес второй заговорщик. – Что ж, игра началась!..
Ближе к ночи на замок обрушилась гроза.
Сильнейший ливень сопровождался мощными раскатами грома. Его протяжные рокочущие переливы то затихали, то вновь сотрясали воздух со страшной силой. Временами на черном небе неистовые вспышки молнии на мгновение оставляли причудливые сияющие линии. Казалось, все живое замерло под неукротимым натиском природы.
Габриэлла сидела в своей комнате около окна и задумчиво прислушивалась, как за окном шумит дождь. Она любила грозу. Любила слушать простую, но в то же время ритмичную музыку дождя. Ее страшили, но одновременно и завораживали всполохи молний, которые, казалось, раскалывали небо. Внезапно сильнейший раскат грома разразился прямо над замком. Вздрогнув от неожиданности, девушка поежилась. Как хорошо, что от гнева небес ее оберегают толстые каменные стены. Как же неуютно сейчас тем, кто волею судьбы оказался в пути. Последний раз выглянув в окно и закрыв деревянную створку, Габриэлла юркнула в постель.
Была уже глубокая ночь, но чувство тревоги, внезапно охватившее девушку, никак не давало ей уснуть. Закутавшись в одеяло, Габриэлла перебирала в памяти события минувших месяцев, удивляясь, как же быстро летит время. И хотя гроза постепенно уходила прочь, но дождь продолжал лить с прежней силой, выбивая равномерную монотонную дробь. Внезапно сквозь шум ливня, девушка услышала тихие крадущиеся шаги по коридору замка. Сначала ей показалось, что она ошиблась, но шаги явно приближались: их звук становился все отчетливее.
Отбросив одеяло и сев в кровати, Габриэлла вся обратилась в слух. На какое-то мгновение она подумала, что ей все почудилось. Облегченно вздохнув, девушка уже собралась вернуться под теплое одеяло, но тут же ясно услышала звук крадущихся шагов около своей двери. На миг они затихли, но потом стали медленно удаляться. От страха Габриэлла вся сжалась в комок и мысленно поблагодарила Бога за то, что с недавних пор стала запирать дверь на засов. Но любопытство все-таки взяло вверх над страхом и, набросив меховую накидку, девушка тихо подошла к двери и прислушалась. Таинственные шаги становились все тише и тише. И тогда Габриэлла решилась. Несмотря на то, что ее била дрожь, она нашла силы взять себя в руки и осторожно отодвинула засов. Выглянув наружу, девушка опять прислушалась. Но тут неожиданно раздался новый раскат грома, заставивший Габриэллу вздрогнуть. Не зная, что ей предпринять, девушка колебалась: вернуться ли в комнату или проследовать за незнакомцем? Она уже склонялась к первому решению, как вновь в конце коридора отчетливо раздались шаги. Твердо решив выяснить эту загадку, Габриэлла, крадучись, медленно пошла следом за незнакомцем. Пройдя небольшой коридор, таинственный незнакомец остановился. Что-то пробормотав вполголоса, он повернул направо и стал подниматься по узкой винтовой лестнице, которая вела в одну из многочисленных башен замка. Засомневавшись в том, нужно ли продолжать преследование, девушка осталась стоять как вкопанная. Но, не желая отступать, Габриэлла все же решилась на отчаянный поступок: ступая как можно тише, она поспешила за незнакомцем. Но, поднявшись на несколько ступенек по винтовой лестнице, она чуть не столкнулась с таинственным человеком лицом к лицу. Видимо, что-то услышав и заподозрив слежку, он замер и вслушивался в каждый шорох. Невзирая на то, что девушка от неожиданности отпрянула назад, она все-таки сделала попытку рассмотреть неизвестного. Но все, что смогла заметить Габриэлла – это черный плащ, в который был закутан незнакомец. Лицо его было спрятано под глубоко надвинутым капюшоном. Постояв немного на ступеньке, скрытой от незнакомца поворотом лестницы, Габриэлла не выдержала сильного напряжения и стремглав бросилась в свою комнату. Вбежав в нее, она закрыла дверь и задвинула засов. Только теперь, когда она вновь оказалась в защищенном месте, Габриэлла поняла, какой она подвергалась опасности. Девушка бросилась на кровать и зарылась лицом в одеяла и подушки. От охватившего ее страха тело сотрясала дрожь, зубы выбивали дробь, а по лицу струился холодный пот. Да и как могло быть иначе: по замку ходил загадочный и странный неизвестный! Кто он? А вдруг это и есть тот таинственный убийца, в одночасье лишивший ее семьи?
Только когда прекратился дождь и на горизонте появились первые признаки зарождавшегося дня, Габриэлла смогла немного успокоиться и унять нервную дрожь. С трудом дождавшись прихода служанки, девушка тотчас же послала Арабель за Буффоном. Габриэлле необходимо было поговорить с кем-нибудь, а шут ее отца оставался единственным в замке человеком, кому девушка доверяла безгранично. Буффон был озадачен столь ранним вызовом госпожи и без промедления поспешил к ней. Когда он оказался в комнате Габриэллы, ему сразу бросилось в глаза лихорадочное состояние девушки. Он понял, что случилось нечто неординарное. И действительно, бессонная ночь, испуг и нервное возбуждение сделали свое дело: лицо Габриэллы выглядело безжизненным, а в потухших глазах поселился страх. Кутаясь в теплую накидку, она сидела в кресле и молчала, устремив пристальный взор прямо перед собой.
