Читаем без скачивания Протозанщики 2. Марш оловянных - Сергей Брацио

мы вправе ожидать от Израдца,

но глупости от демона не ждите —

– вернуться в рабство вряд ли он избрал.

– Считаешь, что Израдец, в свойственной ему манере, замыслил что-то против пиджаков? Пусть подлое, но в общих интересах?

– Коварен демон наш и замыслы скрывает,

но точно не дурак, хоть и подлец.

– Почему ты все время обзываешься? – раздался наигранно рассерженный голос Израдца.

В дверном проеме, оглядывая разрушения, появился «молодой старик», жестом останавливая казаков. За спиной толпилось несколько «пиджаков», придерживая неподвижных друзей.

– Ставьте здесь и уходите, – по-хозяйски распорядился демон, – Как я понимаю, криков радости от встречи не будет?

– А стоит радоваться? – Руслан внимательно всмотрелся в лицо демона, заставив того отвернуться, – Что принес, решение или новую беду?

– Да разве ж можно заранее знать, как вы отнесетесь. Вы ж все… это… с особым мнением! Ладно, слушайте. Насколько я понял, вы почти проиграли? Здесь последний очаг сопротивления, и ваша капитуляция – дело времени?

– Понять это нетрудно, даже гаду, – тихо, но отчетливо произнес Андрей.

– Ну вот, опять началось, – вздохнул демон.

– Что с ребятами? – Михаил указал на все еще недвижные фигуры.

– Ах, ну да. Сейчас разморожу.

Казаки окружили друзей, готовые поддержать тела.

– ДВИЗА́ТИ4! – спокойно произнес Израдец, и четыре тела упали на руки казаков, – Принимайте. Через пару минут оклемаются.

– Что ты сказал? – закричал Михаил, – Тоже пользуешься гаждением? Смеешь…

– Тихо, служивый. Какое гаждение? Старорусский это.

– Да, – подтвердил Ждан, – «Двигайтесь!» – он им сказал, а вы что услышали?

– Не врет лукавый – сказано по-русски, – согласился и Андрей.

– Мерзким языком даже я не пользуюсь, – признался Израдец.

– А чей это язык-то? Кто на нем разговаривал? Откуда он взялся на наши головы?

– Да почитай, что и никто, – задумчиво выдавил демон, – Искусственный язык, придуманный. Во времена становления христианства в Европе. Тогда церковь там говорила на латыни, вот, в противовес ей, Савриил и изобрел наречие. Вернее, даже не изобрел – он ничего не может создавать – а лишь извратил латынь, добавив каркающих-харкающих звуков. Но вложил в нее столько злобы, что превратил каждое слово в заклятие.

– Ерунда какая-то, – передернул плечами Михаил, – Вот взял добавил звуков к готовым словам и получил заклятия? А если бы добавил не «Х», а «М»? Чтобы было?

– То же самое! – ответил Израдец, – Слова, буквы, символы – сами по себе они ничего не значат. Важны смыслы, которыми их наполняют. Вспомните хотя бы свастику. Ее начертания можно проследить на протяжении тысячелетий во многих культурах, и она выражала вполне себе мирные понятия. Но то, чем напитал ее Гитлер сделало из свастики символ ужаса и человеконенавистничества. Теперь для многих ее смысл таков. И он был бы тем же, какой бы знак не избрали себе нацисты.

– «Что значит имя? Роза пахнет розой,

Хоть розой назови ее, хоть нет», – тихо пробормотал Антип, потирая затекшие руки.

– Именно! Важны смыслы, и то, чем наградил гаждение Савриил как раз из этой же серии. «М» там или «Х» – никакой разницы.

– Опять нас демон учит жизни, – послышался недовольный голос Рустама, с трудом поднимающегося на ноги, – Сначала пусть расскажет, о чем договорился с Предводителем… этих пиджаков!

– Для этого я и здесь. Договорились, что он не погубит протов, если я уговорю вас сдаться.

– Что? – громыхнул Ждан.

– Сдаться, – спокойно повторил Израдец, – Повторить по буквам?

– Ты утомляешь нас интригой театральной!

Давай ты сразу скажешь, что к чему?

Какие планы породил твой злобный гений,

какую роль отвел ты нам в игре.

– Злобный гений?! – ухмыльнулся Израдец, – Пусть так, но все же гений.

– Дайте-ка я разок!.. – не выдержал Ждан, хватаясь за огромную дубину.

– Ладно, не ерепенься. Слушайте. Мог бы ничего не говорить, но скажу. Цените мою доброту!

Получилось так, что, потеряв власть над Израдцом, Савриил потерял и связь с вождями бунтовщиков. Какие-то единичные контакты случались, но в целом они не меняли картины. Савриил мечтал соединить два Мира в один – в Ничто, и управлять всем через ручного демона. Проты нарушили эти планы, вернув Израдцу независимость, и поток распоряжений для главарей восстания иссяк. Сейчас они действовали по инерции, выполняя последний им известный приказ. И, тем не менее, побеждали.

Медь почти переродилась! Лишь сопротивление протозанщиков не дает завершиться процессу. Всем ясно, что дальнейшая борьба невозможна – одна хорошая атака и протам конец, а, следовательно, конец и Миру. Но, как только Медь сгинет, в путах страданий окажутся не только защитники, но и бунтовщики – от вождей до рядовых.

– И? – нахмурился Ждан.

– И, когда победят вас, Медь переродиться в Ничто, увеличив мой Мир. Увеличив мои территории! Увеличив многократно подданных. Или кто-то тут считает, что я должен отказаться от такого варианта? Сопротивляться тому, что получается само?

– О, Ваше Величество, поздравляю со столь живописным приобретением! – съязвил Антип, указывая в окно на смердящую пустыню.

– Ты этим видом хочешь испугать,

того, кто с порожден зловоньем? – покачал головой Андрей.

– Никак не пойму, что ты предлагаешь, – спрыгнул со стола Руслан, – Сдаться? Позволить тебе завладеть Медью? И преспокойно, добровольно, обречь себя на страдания в Больничке?

– Звучит красиво, но, к сожалению, нет. Прекратить сопротивление, но нигде не мучиться. К тому же, когда Медь сгинет, восставшие и их вожди окажутся в самом пекле. Обещаю! Вы должны уйти и доделать начатое – добить Савриила.

– Оставив Медь?

– Медь обречена! – рявкнул демон.

– Даже если удастся погубить Савриила, нам некуда возвращаться! В Серебро не пускают, – размышлял вслух Руслан, – Зачем же нам помогать тебе? Чтобы потом страдать в аду?

– Да? – вскинул брови Израдец, – Не пускают? Совсем отгородились от вас? Ну, тогда… возвращайтесь сюда. Я не собираюсь обеспечивать вам цветущий Рай, но тишину и покой гарантирую. Дом и небольшая территория вокруг будут в вашей власти. Клянусь!

– Заманчивая перспективка, – присвистнул Антип.

– Тебя и твою подружку это не касается, – ухмыльнулся Израдец.

– И ей?!! – закричал бандит, – И Алене в ад?!!

– Ну нет, сатанисток же сразу приглашают в Золото! – издевался демон, – Или новость, что девка – юззи? Или то, что она таскается за нами, должно стать прощением?

Алена побледнела, ноги подкосились, но Антип вовремя поддержал подругу.

– Не слушай, – наставительно вставил Руслан, – Не Израдцу решать, кого куда и за что.

– По-моему, только я теперь и решаю.

– Достаточно нам мелких, гадких дрязог, – громко заявил Андрей, останавливая споры, —

Решить нам надо главное сейчас.

Сдаем ли Медь, идем бить Савриила?

Во имя возрождения Миров…

– А сам, что думаешь? – развел руками Руслан, – В конце концов, это твой Мир. Ты Наместник.

– Во-первых, думаю, что Медь не