— Ты весь дрожишь от холода, — сказала она, откинувшись назад. — Давай хоть немного отдохнем. От такого состояния недалеко и до лихорадки. Ложись. Мы втроем тут согреемся. Но сперва тебе нужно просушиться.
Кара приподнялась на локте и удивленно спросила:
— Но как ты высушишь его без огня?
Никки отмахнулась и велела:
— А ну-ка, ложитесь вы оба!
Ричард послушно улегся; Кара, поколебавшись, последовала его примеру. Никки склонилась, почти касаясь их, и положила правую руку на голову Ричарда, а левую — на голову Кары. Ричард ощутил покалывание магической силы, но приятное, теплое — не такое, как при лечении раны. Над головою Кары он увидел слабое свечение и подумал, как это удивительно: Никки так доверяет Каре, что использует магию, помогая ей! Обычно применение магии к одной из морд-сит давало им возможность перехватить магическое воздействие и подчинить себе человека, владеющего даром. Еще более удивительным показалось Ричарду то, что Кара доверяет Никки, позволяя применять к себе магию. Морд-сит очень не любили магов.
Никки медленно повела руками вниз, чуть-чуть не касаясь их тел. Когда она остановила руку над сапогами Ричарда, он вдруг обнаружил, что и тело, и одежда его совершенно сухие.
— Ну, как вам это? — спросила Никки.
— Я бы предпочла оставаться мокрой, — сердито фыркнула Кара.
Никки подняла брови дугой:
— Если желаешь, могу устроить!
Кара промолчала и, сложив руки, повернулась на бок. Довольная тем, что Ричарду ее помощь понравилась, Никки немножко позаботилась и о себе: медленно провела обеими руками сверху вниз по платью, как бы отжимая из него влагу. Закончив это действие, она задрожала, зубы у нее застучали от холода — но и она сама, и ее черное платье стали сухими.
Ричарду показалось, что она вот-вот потеряет сознание. Он снова сел и осторожно взял ее за руку.
— С тобой все в порядке?
— Я просто очень устала, — призналась она. — Несколько дней почти без сна, и это после того, как я вытягивала тебя… А потом все, что сегодня случилось, и наша гонка по лесам… Все это меня сильно задело. Сейчас я лишь слегка воспользовалась магией, и сразу замерзла и осталась без сил. Но если я посплю, все пройдет. А тебе, Ричард, даже если ты сам не чувствуешь, отдых нужен еще больше. Ложись и спи, прошу тебя, сейчас же! Нам легко будет согреться в этой тесноте.
Сухой, но усталый и все еще замерзший, Ричард завернулся в одеяло. Никки прижалась к нему всем телом. Она права: ему требовалось отдохнуть. Просто отдохнуть. Он не сможет прийти на помощь Кэлен, если не восстановит силы.
Кара тут же прижалась к нему с другой стороны, готовая согреть его собственным телом.
Согревшись, он понял, насколько же сильно промерз. Тепло было истинным наслаждением. И все-таки он пока не мог отрешиться от забот.
— Никки, как думаешь, могла эта тварь забрать Кэлен, чтобы добраться до меня? — спросил он, нарушая сонный покой укрытия.
Ответила Никки не сразу.
— Этому порождению тьмы вовсе не нужны такие замысловатые способы, чтобы добраться до тебя, Ричард. Судя по словам той сестры, довольно уже и моих ошибок, и использования твоей силы.
Чувство вины тяжелым камнем легло на душу Ричарда. Если бы не он, все остались бы живы. В горле у него стоял комок. Эх, если бы можно было как-то переделать случившееся, вернуть людей к жизни, возвратить им будущее…
— Лорд Рал! — прошептала Кара. — Я хочу кое в чем признаться, если вы поклянетесь, что никому не расскажете…
Ричард никогда не слыхал от нее подобных речей, но ответил спокойно:
— Хорошо. Что же ты намерена мне поведать?
Она долго молчала и наконец ответила так тихо, что Ричард бы не услышал, не лежи он так близко.
— Мне страшно…
Противореча всем доводам рассудка, Ричард высунул одну руку, обнял ее за плечи и притянул к себе.
— Не бойся. Эта тварь ищет меня, не тебя.
Она приподняла голову и хмуро взглянула на него.
— Потому-то мне и страшно. Посмотрев, что сделал зверь, я боюсь за тебя, боюсь не суметь защитить…
— Ох, вот оно как, — сказал Ричард. — Ну, если тебе от этого станет легче, признаюсь — мне тоже страшно!
Кара опустила голову на его плечо, утешенная теплом крепкой руки. Цокот цикад снаружи не утихал, и отчего-то Ричард чувствовал себя беззащитным, прислушиваясь к нему. Насекомые всего лишь подчинялись закону своей жизни, семнадцатилетний цикл приходил неизбежно, неумолимо, неотвратимо. Так и зверь, созданный Джеганем. Куда спрячешься от такого создания?
— Слушай, — спросила Никки, явно желая развеять слишком тяжелое настроение в укрытии, — где ты познакомился с той женщиной из сна?
Ричард не понял, пытается ли она смягчить вопрос каплей юмора или придает ему саркастический смысл. Не знай он ее так хорошо, мог бы допустить, что ею движет ревность.
Глядя в темноту, он восстановил в памяти тот день.
— Я шел по лесу, искал убийцу отца — то есть Джорджа Сайфера, который меня вырастил и заменил отца. И вдруг углядел Кэлен — она быстро шагала по тропе над берегом Трантского озера. За нею крались четыре человека — убийцы, подосланные Даркеном Ралом. Они к тому времени уже убили всех остальных Исповедниц. Она теперь — последняя.
— И вы спасли ее? — спросила Кара.
— Я ей помог. Вдвоем мы сумели разделаться с убийцами. Она пробиралась в Вестландию, чтобы отыскать давным-давно пропавшего волшебника. Оказалось, что ищет она Зедда — звание Первого волшебника все еще оставалось за ним, хотя он оставил Срединные Земли и бежал в Вестландию еще до того, как я родился. Я рос, понятия не имея о том, что Зедд — волшебник, да к тому же мой родной дед. Но я считал его своим лучшим другом во всем мире.
Он чувствовал, что Никки смотрит на него; ее тихое, теплое дыхание касалось его щеки.
— Почему она искала этого волшебника?
— Даркен Рал ввел в игру шкатулки Одена. Все боялись этого, как худшего из кошмаров. — Ричард ясно вспомнил, какой страх вызвало у него это известие. — Его нужно было остановить, прежде чем он откроет нужную шкатулку. Кэлен послали отыскать давно потерянного Первого волшебника и просить его назначить Искателя. В тот день, когда я впервые увидел ее у Трантского озера, моя жизнь необратимо изменилась.
— Значит, это была любовь с первого взгляда? — спросила Кара, не дав тишине застояться.
Они развлекали его, пытаясь отвлечь от мыслей об ужасной смерти товарищей и о чудовище, посланном Джеганем, чтобы убить его. А он все думал, не лежат ли где-то в глухом лесном углу растерзанные останки Кэлен. Эта мысль причиняла ему такую боль, что слезы потекли по щекам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
