— Хочешь посмотреть их танец вживую? — Повелитель повернулся ко мне, загадочно улыбаясь. — По глазам вижу, что хочешь. Нет-нет, я тебя не похищаю, лишь приглашаю к себе. Скажи, что ты согласна.
Я смотрела в глаза Повелителю. Сдается мне, он бессовестно врет. И чары он использует, и понятиями жонглирует, и чувствами манипулирует. Я стояла, не в силах сказать ни слова, кроме тихого «да». Но внутри рос протест. Нет, не против чар альва. Против вынужденного заточения в стенах замка Коэд, многочисленных запретов и ограничений, постоянного страха за свою жизнь и жизнь подруги. Хочу увидеть Дома Альвов и Холмы Сидов, Рощи дриад и Водопады Фей. Я энергично кивнула. И будь что будет.
Аманиэль слегка нахмурился, задумчиво глядя вдаль через проем в стене между колоннами балкона.
— Как мы попадем в Лес? Они заплели все окрестности своей паутиной. Я не смогу вызвать свою бестию. Змея, — озабоченно пояснил Повелитель.
Альв потер рукой лоб, кожа там окрасилась в розовый.
— У тебя кровь, — с тревогой сказала я.
Повелитель посмотрел на ладонь и удовлетворенно хмыкнул. Причиной его радости была небольшая кровоточащая царапина у большого пальца. Должно быть, Аманиэль поранился осколком фрески.
— А вот и ответ.
Альв достал из-за пояса небольшой кинжал и расширил рану. Кровь закапала на пол галереи. Из ее капель проклюнулись и быстро поползли вверх стебли сочного, ярко-зеленого вьюнка. Из каждой плети вытягивалась ветвь с розеткой алых цветов на конце. Вьюнок ушел за перила балконов, цепляясь за камень и переплетясь. Вскоре перед нами предстал уходящий вдаль мост из ветвей и листьев, с вкраплениями кроваво-красных бутонов.
Он лег поверх розовой магической паутины, проложенной чуть выше человеческого роста вдали, над крепостной стеной и вторым рвом, определяющем границы Освященного Леса. Когда прекратилось шевеление побегов и мост обрел неподвижность и видимую твердость, небо над замком заволокло серыми тучами. Темная пелена зависла, казалось, над самыми нашими головами.
— Это не я, — объяснил альв в ответ на мой вопросительный взгляд. — Это протест людской магии против сильной лесной ворожбы. Поспешим.
Аманиэль легко вспрыгнул на перила балкона и протянул мне руку. Мы стояли у начала моста и чего-то ждали. Я видела, как эр Капаида любезничает внизу с Дилой у соломенных чучел для тренировки мечников. Ох уж этот жрец Капаида! Ни одну барышню в замке не пропустил и ведь не грубо клинья подбивает, а все культурно, с разговорами, расспросами — Мабета рассказывала. Дила похихикала и ушла, горда неся грудь в вырезе платья и виляя задом. Жрец остался у чучел. Он задумчиво тер подбородок. Внезапно, словно что-то почувствовав, экзорцист поднял голову и увидел нас с Аманиэлем на балконе. Жрец ошеломленно проследил взглядом вдоль моста из переплетенных побегов вьюнка. Пухлое лицо Капаиды вытянулось. Я помахала ему рукой.
— Как не вовремя, — с досадой сказал Аманиэль, дергая скулой. — Откуда ты только взялся на мою голову?
Это тоже прозвучало… очень по-человечески. Я поняла, чего мы ждём, когда мост и все внизу заволокло плотным зеленоватым туманом. Эр Капаида пропал из вида, были слышны лишь его недоумевающие возгласы. Здесь, в окрестностях замка Коэд, к северу от Хребта, туманы были частым явлением. Однако через несколько минут у меня под ногами колыхался плотный зеленоватый кисель, а обитатели замка внизу, озабоченно перекрикиваясь, тревожно делились своими предположениями о происхождении тумана.
— А вот это уже я, — хищно улыбнулся Аманиэль.
Идти по мосту из стеблей вьюнка было не так уж страшно. Человек ко всему привыкает. В нашем мире люди влезали на небеса по бобовым стеблям и побегам роз, правда, лишь в сказках. Мост плавно опустил нас на землю уже в Лесу. Затем творение Аманиэля пожухло, словно на морозе, потемнело и рассыпалось прямо в воздухе. Экологичненько. Я выпустила из пальцев рукав Повелителя, за который дерзко и отчаянно цеплялась во время перехода по тропе, и огляделась. Лес как лес.
Повелитель двинулся по широкой тропе, уходящей под густые кроны, жестом предложив последовать за ним. Мы шли довольно долго. Лес был тих, даже птицы не пели, лишь шуршала на ветерке листва. Мы оказались на небольшой поляне, заросшей ковром из незабудок. Солнце золотом проливалось между стволов и ветвей огромных, в несколько охватов деревьев. Свет слепил, я поморгала. То ли из-за дубов, то ли прямо из их стволов вышли длинноволосые рыжие и кудрявые девушки в темно-коричневых одеяниях. Несколько девиц направилось к Аманиэлю, двое подошли ко мне. Одна из них вопросительно потянула за воротник моего вышитого верхнего платья.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Нет, — я протестующе отвела ее руку. Под верхней накидкой у меня были только тонкая рубашка-камиза, та самая, с рисунками, и местные аналоги нижнего белья: плотная короткая кофточка и что-то вроде длинных шортов на завязках.
— Ты не можешь войти глубоко в Лес в одежде, украшенной вашими вышивальщицами, — объяснил Повелитель, принимая из рук одной из девушек высокий кубок. — В вышивке, посвященной вашим богам, присутствует магия, чуждая Лесу. Ты сама знаешь, что я не смог коснуться своим волшебством Воина Реки из-за узора на его ленте. Ты постаралась?
Я молча кивнула.
— Сними это. Здесь тебе некого стесняться. Мы, альвы, не ханжи и спокойно относимся к наготе. Ты красива, Странница, тебе нечего скрывать.
Я подумала и позволила девицам стянуть с себя верхнее платье, оставшись в нижнем. В своем мире я носила вещи и пооткровеннее, часто довольно эпатажные, чем немало злила Артема. (Интересно, как Илэль отнесется к татуировке у меня на запястье. Надеюсь, она ей понравится, это все-таки дракон). Однако очутившись в нижней рубашке, я ощутила недвусмысленный взгляд Аманиэля и снова испугалась его воздействия на меня. Ему запретили пользоваться чарами, но сейчас он на своей территории.
Раздев меня, девушки исчезли среди стволов. Аманиэль осушил свой кубок и пояснил:
— Жажда. Мы быстро теряем силы там, где царит ваша магия. Вода восстанавливает баланс. Повернись. Не прячься от моего взгляда.
Я вздрогнула и повернулась, гордо подняв подбородок. Аманиэль подошел так близко, что я почувствовала его дыхание на своих волосах.
— Боишься? Нет? Храбрая девочка. Отправиться в Лес, положившись на слово альва… это было неблагоразумно.
Повелитель вытянул руку над травой. Повинуясь его жесту, между травяным покровом и озерцами незабудок потянулись вверх стебли вьюнка, похожего на тот, что был в галерее с барельефами, но… другого. Алые цветы на нем были более крупными и тревожно блестящими, словно смоченными кровью. Бутоны срывались с побегов и всасывались в руку Верховного альва.
— Моя кровь, предложенная в качестве подтверждения клятвы в замке Коэд. Еще несколько мгновений, и я соберу ее всю, каплю за каплей. Почему люди считают, что то, что проросло в одном месте, не может вновь уйти в землю и оказаться в другом?
Время шло, и выражение лица Аманиэля становилось все более напряженным и немного встревоженным. Он выдохнул, когда в поле моего зрения не осталось ни одного кроваво-красного цветка.
— Ты обманул их всех, — сказала я, покачав головой. — Их законы тебе не писаны.
— Верно, Странница. Клятвы больше нет. Я могу делать все, что мне вздумается, например, оставить тебя здесь, сделав своей наложницей. Ты не сможешь выйти из Леса, просто не найдешь дорогу. Ну а как ты чувствуешь себя теперь, Расплетающая?
— Я не боюсь, — сказала я твердо. — Стать твоей наложницей? Вряд ли, ведь тебе тоже нужен Обряд разделения и преумножения магии.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Аманиэль тихонько засмеялся и положил ладонь на мое плечо. Ткань рубашки словно сама собой поползла вниз.
— Я ведь волную тебя и так, принцесса, даже не пользуясь чарами. Расслабься, Странница, отпусти себя на волю. Ты ведь когда-то почти потеряла это, удовольствие от обладания здоровым и полным желаний телом. Жаль, что я не могу отвести тебя сегодня в свой город. Это слишком далеко для ног краткоживущей, даже для таких легких и красивых ножек. Но я могу показать тебе Зеркальные Озера, Туманную Рощу, Пещеру Фей и многое другое. Идем.
