Читаем без скачивания Телефонный звонок с небес - Митч Элбом

Когда-то продукты в местный супермаркет завозились раз в неделю. Сейчас же грузовики подкатывали к складским дверям по нескольку раз в день. На автозаправочной станции периодически заканчивался бензин, и тогда она закрывалась, ожидая подвоза. Фрида наняла дополнительный персонал, включая и всю свою безработную родню. Ее закусочная стала первым в истории Колдуотера заведением, открытым круглые сутки. Местный хозяйственный магазин распродал все запасы фанеры и красок. Отчасти это было вызвано тем, что теперь на каждой лужайке стояли щиты с надписью: «Платная парковка». Цены за час стоянки постоянно росли: с пяти долларов они незаметно поднялись до двадцати.

Религиозный ажиотаж сопровождался прямо-таки истерическим ростом деловой активности. Джефф Джекоби, мэр Колдуотера, получал десятки просьб о предоставлении лицензий на предпринимательскую деятельность. В Колдуотере жаждали обосноваться компании по производству сувениров и футболок с символикой. Фирмы, торгующие религиозной литературой и сопутствующими товарами, были готовы занять помещения всех магазинов на Лейк-стрит, закрытых на зиму.

Одно из самых популярных дневных ток-шоу намеревалось отправить из Лос-Анджелеса в Колдуотер целую команду, включая знаменитую ведущую! Планировался прямой выпуск. И хотя многие жители Колдуотера жаловались на засилье приезжих, Джефф постоянно получал неофициальные предложения от тех, кто был готов предоставить ток-шоу свое помещение.

Имена и обстоятельства жизни семерых горожан, говоривших по телефону с небесами, теперь были известны каждому. К историям Кэтрин, Тесс и Дорин добавились истории Эдди Дукенса (ему звонила бывшая жена, с которой он расстался еще при ее жизни), Джея Джеймса (звонки от покойного партнера по бизнесу), Анеша Баруа (звонки от покойной дочери) и Келли Подесто (звонки от подруги-сверстницы, в прошлом году погибшей по вине пьяного водителя).

В ток-шоу согласились участвовать все, кроме Кэтрин. У нее были свои планы.

Спустя два дня

(Крупным планом – лицо Кэтрин.)

К э т р и н: Я никого не убивала. Я бы никогда не решилась убить человека. Я распространяю благую весть, которую получаю с небес.

(Эми на фоне протестующих.)

Э м и: Кэтрин Йеллин хочет, чтобы протестующие услышали и поняли ее слова. Необходимо еще раз прояснить историю с пенсионером Беном Уилксом, работавшим в автомобильной промышленности. Он был неизлечимо болен, и с ним произошло то, чего он сам хотел.

(В кадре – Бен в больничной палате.)

Б е н: Я очень хочу верить, что все это правда.

(Эми на фоне протестующих.)

Э м и: У Бена Уилкса был рак в последней стадии, от которого он и умер. Врачи не обещали ему излечения. Обращаю ваше внимание: Кэтрин не предлагала Бену отказаться от врачебной помощи. Однако находятся возмущенные люди, готовые возложить на нее вину за смерть этого старика. Быть избранной – тяжкая ноша, о чем Кэтрин и рассказала в эксклюзивном интервью, данном ей Девятому каналу.

(Крупным планом – плачущая Кэтрин.)

К э т р и н: Я ни о чем не просила. Я горевала по сестре и думала, что вновь услышу ее голос только после своей смерти. Но Господь сотворил чудо. Он вернул мне возможность общения с сестрой. Значит, на то у Господа были свои причины.

Э м и: От чего тебе сейчас тяжелее всего?

К э т р и н: От того, что люди мне не верят.

Э м и: Ты говоришь о протестующих?

К э т р и н: Да, о них. Они весь день кричат. Говорят ужасные вещи. А некоторые из их плакатов…

(Не в силах говорить, закрывает лицо руками.)

Э м и: Успокойся, Кэтрин. Я понимаю, что тебе тяжело.

К э т р и н: Простите мою несдержанность.

Э м и: Ничего страшного. В твоей ситуации у многих бы сдали нервы.

К э т р и н: Мне жаль этих людей. Они упускают свой шанс. Они упорно не слышат послания Господа. Поймите же: небеса существуют на самом деле, и потому все мы отныне можем не бояться смерти.

(В кадре – протестующие.)

П р о т е с т у ю щ и е: ЖИЗНЬ ЗДЕСЬ, А НЕ НА НЕБЕСАХ! ЖИЗНЬ ЗДЕСЬ, А НЕ НА НЕБЕСАХ!

(Эми перед домом.)

Э м и: Когда я беседовала с Кэтрин Йеллин, она сказала мне следующее. Она настолько уверена в правдивости получаемых звонков, что намерена сделать то, чего до сих пор никто не делал.

(Крупным планом – лицо Кэтрин.)

К э т р и н: Я готова рассказать о звонке всем и каждому.

Э м и: И даже протестующим?

К э т р и н: Я же сказала, всем и каждому. Я не боюсь. Я попрошу мою сестру обратиться к этим людям и рассказать им правду. Когда они услышат ее, они многое поймут.

(Эми на улице.)

Э м и: Я пока не знаю подробностей этого ошеломляющего заявления. Но, возможно, очень скоро весь город получит редкий шанс услышать голос с небес и узнать, как там живут. Редакция «Горячих новостей на Девятом», конечно же, будет держать вас в курсе, что мы исправно делали и делаем все это время. С вами была Эми Пенн. Колдуотер, штат Мичиган.

Сидя у себя в кабинете, Фил досмотрел репортаж и улыбнулся.

– Умница, – сказал он вслух.

Наверное, он ошибался, считая Эми Пенн посредственностью. Все бы так вытягивали рейтинг Девятого канала, как эта девочка.

Джулз сидел в зале городской публичной библиотеки и листал книгу о приключениях Любопытного Джорджа. Рядом стояла Лиз.

– Тебе нравятся обезьяны? – спросила она.

– Не очень, – пробормотал Джулз.

– А кто тебе нравится?

– Тигры.

– Что ж, пожалуй, я сумею найти тебе книжку о тиграх. Пошли вместе искать?

Джулз был явно ошеломлен таким предложением.

– Пошли, – подбодрила его Лиз.

Джулз спрыгнул со стула, взял девушку за руку, и они направились к стеллажам. Салли наблюдал за ними, испытывая смешанные чувства. Он радовался, что Джулз смело дал руку женщине, которую видел впервые. Конечно, Салли предпочел бы, чтобы с сыном была Жизель, но…

А перед ним лежали опубликованные в «Газетт» некрологи всех тех, кто якобы звонил с небес. Мария подошла к делу на редкость добросовестно: вместо сухих штампованных фраз она писала настоящие очерки, откуда можно было почерпнуть немало интересного о семье покойного, его работе, любимых видах спорта и отдыха, о домашних животных. Проще всего было бы взять подшивки прямо в редакции «Газетт», однако Салли не хотел вызывать подозрений. Чем бы он объяснил такой интерес? Но когда он заикнулся об этом Лиз, она тут же направилась к шкафу и, открыв дверцы, спросила:

– Какие номера вам нужны? У нас есть все.

Салли это не удивило: в библиотеке и должны храниться подшивки местных газет. Раскрыв свой желтый блокнот, он заносил туда интересующие его подробности. Но чем больше он писал, тем больше его мысли крутились вокруг рабочих материалов Марии – расшифровок диктофонных записей ее бесед с родными покойных. Наверное, там подробностей было еще больше. Их бы хватило на объемный портрет каждого из умерших. Быть может, они бы помогли Салли нащупать недостающее звено.

Главной загадкой для него по-прежнему оставались голоса. Каждый из семерых утверждал, что они настоящие. Не мог же кто-то имитировать голоса всех тех людей! Такое просто не под силу человеку. Человеку – да. А машине? Вдруг существует какое-нибудь компьютерное устройство, позволяющее менять тональность и тембр голоса? Тогда все остальное – дело техники. Настраиваешь нужные тебе фильтры, говоришь своим голосом, а на выходе получаешь голос сестры Кэтрин или матери Тесс. Вдруг это так?

В это время ожил мобильник Салли, переключенный на вибровызов. Звонил Рон Дженнингс. Салли проигнорировал звонок. Через минуту Рон прислал ему эсэмэску:

Где вы находитесь?

Салли выключил телефон.

– Пап, посмотри.

Джулз держал в руках книжку с картинками. На обложке красовался тигр.

– Как вы быстро нашли, – удивился Салли.

– Библиотекарша должна помнить, что и на каких полках у нее лежит, – улыбнулась Лиз.

Джулз снова вскарабкался на стул и принялся листать книжку.

– Не мальчик, а просто куколка, – сказала Лиз. – Наверное, про мальчишек так не говорят.

– Пусть будет пупсик, – улыбнулся Салли. – Джулио, тебе нравится книжка?

– Ага, – не поднимая головы, ответил Джулз. – Я расскажу маме, как читал про тигров.

Лиз отвернулась, сделав вид, что не слышала этих слов. Салли вернулся к некрологам, продолжая выискивать зацепки.

У плохих новостей нет пределов, хотя нам кажется, что должны быть. Чем-то это похоже на ситуацию с дождем. Мы смотрим на косые струи и думаем: «Куда уж хуже?» Однако дождь может превратиться в сплошной ливень. Вот так и жизненные тяготы.

От самолета Салли остались одни обломки. Его жена после страшной аварии до сих пор находилась в коме. «Черный ящик» истребителя серьезно пострадал, и восстановить переговоры пилота с наземной службой было невозможно. Казалось бы, нужно обратиться к дублирующим записям из диспетчерской аэропорта Линтон, однако в тот злополучный день что-то случилось с аппаратурой и разговоры вообще не записывались. Человек с гнусавым голосом – единственный свидетель, способный подтвердить невиновность Салли, – погиб. Его тело было настолько изуродовано, что гроб на похоронах даже не открывали.