Читаем без скачивания Легкое дыхание лжи - Татьяна Гармаш-Роффе

– Ты сумасшедшая, – прошептал он. – Просто сумасшедшая…

Мила обняла его за шею, прижалась всем телом. Роман с трудом перевел дыхание.

– Мил, подожди, прошу тебя…

– Ты такой красивый, такой вкусный… – шептала она, целуя его. – Ты знаешь, что ты вкусный? Тебе когда-нибудь девушки такое говорили?

Он не смог не ответить на ее поцелуи, не смог оторваться от ее сочных губ, пахнущих яблоками, шоколадом и вином. Он почти терял сознание от высокой температуры…

Руки Милы, пробравшись к нему под футболку, легли на его грудь.

– Миллла! – взвыл он, собрав последние остатки сознания и воли. Схватил ее за запястья, развел руки девушки в стороны, крепко сжимая. – Дай мне десять минут. Всего десять!

– Тебе надо в душ?

– В душ?.. А, нет, не сейчас. Мне нужно отцу позвонить. Детективу. Ты же сама сказала, что без этих денег тебе хана!

Мила смотрела на него обиженно и недоверчиво. Кажется, она не могла поверить, что парень отказывается от ее ласк, неважно, по каким причинам. Даже если ради срочных дел, ее дел.

– Десять минут, – твердо произнес Роман. – Договорились?

– А потом, после звонка? Ты не уедешь? Ты останешься со мной?

– Все будет зависеть от разговора… Мил, я ведь тебе пытаюсь помочь. Найти эти чертовы деньги для тебя!

Она кивнула, насупившись.

– Жди меня здесь.

Он выскользнул в сад – опасался, что девушка снова что-нибудь такое отчебучит посреди его разговора с Кисом. Что-нибудь такое, отчего у него собьется дыхание и пропадет голос вкупе с даром речи.

Кис (Ночь с пятницы на субботу)

Кис не сразу нашел мобильник спросонок. Посмотрел на дисплей: Ромка!

– Па, извини, что бужу…

– Я не спал.

Это было не совсем правдой: он заснул в машине. Но правдой в том смысле, что не дома, не в своей кровати – он на посту, он бдит.

– А, ну тем лучше. Пап, у меня очень много информации, но… Но мало времени.

– Что? Я не все расслышал, Ром, говори погромче.

– Не могу, я в саду.

Почему глубокой ночью его сын звонит из сада, а не из дома, Алексей спрашивать не стал. Парень там с девушкой, что угодно может произойти, никакого воображения не хватит. Да и неинтересно.

– У меня много информации, говорю. Давай я быстро все расскажу!

На этот раз звук был отчетливым: видимо, Роман огородил микрофон телефона ладонью.

– У тебя все в порядке? – всполошился Алексей. – Ты куда-то торопишься?

– Да… То есть нет… Просто тут…

Мила там, понял Кис. Мила, в которую сын влюблен. И у них есть дела поувлекательнее, чем разговоры с отцом.

– Ага. Ну, давай скороговоркой.

История Милы в пересказе сына выглядела почти убедительной:

– девушка решила не просто сбежать, но и ограбить отца (в чем теперь призналась Ромке, так что ставим ей плюсик);

– отец стал на нее поглядывать «как мужчина», что объясняет ее решение… Но тут Кис не знал, верить ли. Может, конечно, и правда, но… Эта Мила так много наврала Роману, что Алексей не был готов принять на веру каждое ее слово (в отличие от Ромки, понятно);

– тот самый Никита, на которого Кис с Игорем сделали стойку, так-таки оказался замешан: он подсмотрел, увидел деньги и решил заставить Милу поделиться;

– он провернул дело с помощью черной маски, кухарки (наверняка ей заплатил, как Алексей и думал!) и электрошокера, которым уложил коллег;

– Мила пыталась сопротивляться, упала, ударилась – отсюда и кровь на полу. Роман самолично обследовал ранку: маленькая, в нижней части макушки – или в верхней части затылка, что одно и то же. А здесь ставим девице минус: слишком много крови для такой ранки. Ладно бы лоб раскроила – там много сосудов, а вот на затылке…

Хотя надо бы с медиками поговорить, прежде чем выводы делать. Да и зачем ей врать? Другой раны у нее нет; чувствует себя, судя по всему, нормально, – вроде бы скрывать нечего;

– затем Мила сумела воспользоваться Никитиным же электрошокером и сбежала, вызвав свою двоюродную сестру (Настю) на помощь. Настя привезла ее к себе на дачу. При этом Романа, который несколько дней готовился к ее побегу, она беспокоить вдруг постеснялась. Ишь ты, деликатная девушка. Однако Романа деликатная девушка не предупредила, что события развернулись иначе. Что не нужна больше его помощь. Что незачем ему лезть с лестницей в ее двор. Что его станут подозревать…

Стоп. Он, Кис, придирается. Девчонка в шоке была – ей угрожали, ее пытались ограбить. Роман у нее вылетел из головы, такое бывает. Да, не будем придираться.

Это была первая ночь с момента побега Милы, вчерашняя, с четверга на пятницу.

Затем наступило утро пятницы. Настя отвезла Милу в Москву и оставила в кафе возле банка, куда Мила намеревалась положить украденные у отца деньги. С тем, чтобы улететь за границу (а дурня Ромку бросить безо всякого «прощай-прости», между прочим!).

Но когда Мила вышла из кафе, ее задержал полицейский. В форме и при полицейской же машине.

С точки зрения Романа, дело было вот как: когда Никита очнулся, то понял, что добыча-Мила убежала – да не просто, а справившись с ним мизинцем (в роли мизинца – его собственный электрошокер). И, понятное дело, разъярился. До этих пор он никого не собирался брать в долю (зачем ему!), но теперь решил призвать на помощь по отлову Милы (и уплывшего из-под носа крупного куша) приятеля-полицейского, о котором известно только то, что он Коля.

Да, Роман прав, похоже, что так и было.

Итак, полицейский «арестовал» Милу, заковал в наручники, посадил в свою машину. Но отвез ее отнюдь не в отделение, а куда-то за город, в пустой ангар.

Милу он пристегнул к скобе в стене, и вполне можно было б подумать, что он туда не вернется. Девушку найдут не скоро, и он мог спокойно заняться своими делами, то есть сбежать с бабками. Но с большими деньгами (а в сумке были большие, Мила сама сказала) лучше бежать за границу, для чего нужен загранпаспорт, и не факт, что у полицейского Коли он имеется. Значит, ему требовалось время, чтобы его сделать. Сейчас можно оформить все документы относительно быстро за деньги – Роман не знает, как быстро, Кис тоже. Но вряд ли за одни сутки. К тому же визу надо…

Хотя нет, сейчас в несколько стран можно смыться без визы.

Кроме того – это, опять же, из рассказа сына (и, опять же, его Мила навела на такую практичную мысль), – большие деньги через границу перевозить опасно. Разумнее положить их на счет и, главное, получить к счету банковскую карту – иначе как воспользоваться этими деньгами в загранке? У Милы-то она есть, понятное дело, а у полицейского Коли вряд ли. Карточка же валютная (деньги-то в евро) делается тоже не за один день. Хотя уж если паспорт можно получить быстро за отдельную плату, то карточку тем более…

А деньги у полицейского Коли имелись – те, что Мила украла у отца, а он у Милы. Хватит и на срочный паспорт, и на срочное изготовление банковской карты, и еще на жизнь в райском уголке останется немерено. Раз уж Мила, выросшая в богатой семье, называет деньги большими – то сумма и впрямь была серьезная. Не сотни евро, а несколько сотен тысяч.

Что ж, Алексей был согласен с сыном. Все логично. Только если Мила снова не наврала – но в той части истории, что касалась денег, Кис не ощущал подвоха. Иначе б девица уже смылась за границу. Однако она окопалась на даче у своей кузины, где окучивает Романа… Да, так и было все: ее ограбили. «Грабь награбленное» – вечный лозунг люмпенов.

Итак, Коле требовалось время для подготовки своего бегства с деньгами. А пока Мила нужна была ему живой-здоровой для предъявления Никите, судя по фразе про «цацу».

Прошлой ночью Никита, придя в сознание после шокера, наладил своего приятеля в погоню за утраченным барышом, но на свою долю весьма рассчитывал. Однако ж, пока приятель искал Милу, наступило утро, и Никите пришлось выйти на работу в свою смену, чтобы не вызвать подозрений. Стало быть, их встреча с Колей была отложена до вечера. Ради этой встречи Никита и попросил напарника сменить его пораньше, теперь понятно. Не к семье он подался и не к любовнице – а к другу сердечному, полицаю Коле, для дележки!

Коля, однако, видел ситуацию несколько иначе. Да, Никита дал ему наводку на Милу, прося помочь до денежек добраться, но всю работу сделал он, Коля. Девчонку нашел каким-то образом – вряд ли через ее мобильный, поскольку этот телефон, купленный Романом, держался в секрете, Никита наверняка не знал о нем и, соответственно, не мог сообщить своему приятелю-полицейскому номер. Скорее всего, Коля, имея доступ ко всем базам данных полиции, просто вычислил двоюродную сестру Настю. А там и дачу как место, где Мила могла укрыться после побега из отцовского особняка.

Отправившись на дачу Насти (ее родителей, точнее), Коля убедился, что догадка его верна. С утречка же он выследил Милу до Москвы, деньги отобрал, а саму в плен взял. И с какой такой радости (по его разумению) он должен делиться с Никитой? Коля явно не видел для этого оснований. Всякие мелочи вроде договоренности не в счет, Коля явно не из тех, кому ведомо понятие «слово чести».