– Всем им кто станет платить?
– Мы с тобой, – с улыбкой ответил я, намекая на казну. – А управляющему достанется доля с прибыли трактира.
– Не будет прибылей, володыко. Ежли они кажный день будут варить гору еды, а народу в трактире не будет, то о каких прибылях речь можно вести?
– Местные могут заходить…
– Зачем это им? Еда, чай, не бесплатная. Лучше уж дома поесть.
Тут горец прав. Культуру хождения по барам/пабам здесь еще нужно будет формировать. Пока любой нормальный четланин предпочтет поесть дома, а не в чужом месте. Да еще и за плату.
– Ну, можно готовить только тогда, когда будут посетители.
– Во-во! Шесть человек сидят на задах, ничего не делают, а я им плати!
Меня слегка кольнуло это «я», но, в принципе, Мясо прав: неэффективная модель выстраивалась.
– Давай так: повара готовят, но, если посетителей нет или мало, то вечером еду будут уносить в Аграбу. Для дворца, для воинств.
– Тогда зачем нам в Аграбе своя кухня? – продолжал бухтеть Ннака.
В итоге нашли компромиссный вариант: пока сокращаем штат таверны до трех человек, которые будут готовить определенную нормы еды ежедневно. Либо проедят на месте, либо увезут в Аграбу. Ну, а, если вдруг в таверне будет аншлаг – то на помощь трактиру будут приданы повара из центральной кухни.
Меня долго мучил вопрос о том, когда «открывать» предприятие. Конечно, хотелось сделать уже совсем всё, чтобы смотрелось прям «вау!». Но, с другой стороны, церемонии открытия с перерезанием ленточки тоже не выйдет. Здесь нет толп, которые можно согнать в одно место и зараз всё показать. Вернее, излучинцев согнать можно, но зачем? Всё же делается для приезжих. А те бывают у нас не так часто. Так что «открываться» надо сразу, как заработают самые первые объекты. Кто-то увидит – другим расскажет. Те пресловутые «другие» приедут посмотреть, а у нас еще что-то новое появится. А, значит, и первым будет что посмотреть – надо опять ехать в Излучное.
Первым делом решено было строить качели-карусели. Вторая группа начнет возводить прилавки.
– Ннака, за них отвечаешь ты, я тебе уже показывал, что мне нужно. За сколько управишься?
– Если всех пленников дашь на это, то при хорошей погоде за пять дней управлюсь.
– Ну, сейчас зима – время сухое.
– Я за четыре свою часть построю! – гордо выкрикнул Шикальиеци.
Не мог «прынц» не выпендриться. Хотя… идея с «соцсоревнованиями» мне понравилась! Надо подумать на досуге, как ее применить с выгодой.
– Людей для работы набираем уже сейчас. Чтобы в любой момент могли приступить.
– У меня есть пара смышленных безродов, чтобы стать смотрителями: на прилавках и в таверне, – кивнул Ннака.
– Нет, у меня для этого имеются другие люди.
На самом деле, не было у меня людей. Просто аппетиты ушлого горца надо сдерживать. Давать ему руки такие хлебные места я не собирался. Почти бесконтрольные управляющие, преданные Мяс,у однозначно начнут проносить доходы мимо казны. Нет, конечно, оцколи оказался одним из самых полезных людей в моем окружении. Но он всё больше «увлекался» на новой должности. Недавно я узнал, что горец столковался с генералом Глыбой и «отжал» себе половину усадьбы Носача. Когда я окончательно переехал оттуда в Аграбу, то в усадьбе стала жить дежурная двадцатка золотых, что патрулирует Излучное. Им, конечно, столько места не требовалось, и Ннака сумел уговорить Прекрасную Слезу выделить ему часть дома и хозяйственные постройки. Теперь там был уже целый склад. Не казенный, а личный склад горца! Какие-то неизвестно откуда взявшиеся его люди, что-то приносили, уносили. Ннака уже начал ссужать товары местным, утятник Носача снова наполнился живностью.
Нет, я уверен, что внаглую Мясо казну не обворовывает. Хотя бы, потому что я регулярно проверяю «гросбух» и периодически устраиваю ревизии в самих хранилищах. Но что-то утекает: через кухню, через обеспечение едой рабочих, пленников. Так что, наверное, я поищу управляющих в роду Шитайи. Капибары всегда славились хозяйственностью. И мне спокойнее: Ннака будет следить за ними, а те не будут делиться «доходами» с горцем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Надеюсь.
Разговоры в тени – 3
– Вот он! Вон! Я же говорил, имачата! Вон гигантский человек, клянусь прелестями Серебристой Оленицы! Всё, как я говорил: сидит, настойку пейотовую пьет.
– Почему ее, Колечко?
– Ну, а что еще? Вон, какое лицо довольное…
– А ну, тихо все! Гребите помедленнее, – старший в лодке замялся, глядя на огромное изображение человека, заметное за сотни шагов. – Хозяин Вод, да что это такое? Стена?
– Нет, я близко видел. Это ткань так разрисована.
– Но зачем? Это такое подношение богам?
– Не знаю, имачата. Но владычный Змей там нарисован – это точно.
– Ведем лодки туда.
Через полсотни гребков две лодочки, влекомые течением Великой, подошли к гигантской раме с довольным человеком. На берегу оказалось довольно людно, но имачата Большое Ухо решительно скомандовал:
– Выгребаем прямо на берег.
В тот же момент от кучки подростков отделился смуглый паренек и поспешил к лодочникам.
– Приветствую вас, гости! Коли прибыли вы с миром и открытыми руками на землю великого владыки – мы рады вашему прибытию!
– А ты кто такой вообще?
– Меня зовут Колючий Куст из рода Колибри. Я здесь для того, чтобы рассказать вам подробно обо всем, что может быть вам интересно.
– Нам?
– Всем гостям, что прибывают в Излучное. Да не обидит мой вопрос почтенных гостей, но скажите: откуда вы прибыли?
– Из Сытных Лёжек, юнец. Это далеко к северу.
– Я слышал об этом селении. Нечасто к нам приплывают оттуда.
– Два дня дороги, и это еще вниз по воде. О чем же ты должен рассказать нам, Колючий Куст?
– О многом, почтенные! Все обычно спрашивают об этих сооружениях из бревен и веревок. Вот это – качи-ели. Пока они заняты, но скоро освободятся. А это кару-цэль – хоть сейчас можно прокатиться.
– Но для чего это? Я вижу знаки Золотого Змея на столбах. Это ритуал?
– Нет, это просто развлечения! И совсем бесплатные. Вот так залезаешь в петлю, садишься, разбегаешься, и кару-цель сама тебя несет, – гостеприимец с плохо скрытым удовольствием стал нарезать круг вокруг столба, забыв о прямых обязанностях.
– А это что такое? – выкрикнул вдруг Колечко, отошедший на правах бывалого в сторону и наткнувшийся на странное сооружение, собранное из множества непонятных частей.
– О! Это появилось всего пару дней назад, – паренек резво подскочил к непонятной штуковине. – Это алтарь.
– Алтарь? – выпучил глаза Большое Ухо, привыкший к маленьким домашним алтарям.
– Сиятельный владыка Хуакумитла, помня, что гости прибывают к нам по реке, велел установить алтарь Речного Наездника, чтобы все могли попросить у него защиты в дальнем путешествии.
– Хозяин Вод – предок моего рода! – гордо подбоченился имачата. – Уважить покровителя – мой священный долг. Но этот алтарь такой странный. Как мне почтить Речного Наездника?
– О, это очень просто! Всего за три щепотки соли ты можешь получить плошку благословленной воды – а дальше алтарь всё сделает сам.
– Где наша соль? – имачата обернулся к своим людям, забрал мешочек у одного из них. – Куда нужно положить соль?
– Вот дырочка для этого.
Большое Ухо торжественно всыпал в отверстие три щедрые щепотки соли, а Колючий Куст тут же зачерпнул полную плошку подкрашенной воды и протянул ее имачате.
– Лей вот в эту чашу наверху.
Алтарь оказался еще более странным, чем показалось первоначально. В нем всё оказалось подвижным. Чаша, наполнившись, наклонилась, и вода полилась вниз на маленькие стаканчики. Те, прикрепленные к колышкам, потянули последние вниз, что-то закрутилось, завертелось – сбоку вверх сама собой начала подниматься деревянная лопаточка. Достигнув верхней точки, она описала полукруг, качнув с десяток медных колокольчиков. Те мелодично зазвенели – словно горный звонкий ручеек.
