займемся этим, ваше высочество, когда принц даст распоряжения относительно вас.
– Зачем тратить время? Возьмите меня с собой! – решительно произнесла Беатрис.
Военный покачал головой:
– Нам велели…
– Я даю вам новый приказ.
Глава 13
Данте мчался в аэропорт по дороге, которая, к счастью, не была разрушена, и разговаривал по телефону с братом.
– Мне надо повидать тебя. Тебе нужно вылететь прямо сейчас?
– У меня завтра встреча, которую я не могу отложить.
– Хорошо. Я поспешу.
– Твоя героическая жена с тобой?
– Героическая? Ты имеешь в виду Беатрис?
– У тебя есть другие жены? Все смотрят видео на большом экране, у всех слезы на глазах. Дети поют песенки, а она несет на руках маленького мальчика…
Данте почувствовал, как у него застучало в висках. Только с третьей попытки он смог заговорить:
– Беатрис находится в детской комнате, где разрушилась стена? – Ему доложили об успешной эвакуации, но он не знал, что в этом участвовала его жена.
– Ну да, она там была, но родители, у которых сейчас берут интервью, на все лады восхваляют ее. Ты должен назвать в честь нее парк, поставить ей памятник или что‑то в этом роде.
Данте не разделял веселья брата. Выругавшись, он резко развернул машину, подняв столб пыли, и нажал на педаль газа.
Беатрис полчаса блаженствовала под горячим душем, смывая с себя пыль и макияж. Затем, накинув шелковый голубой халат и закрутив волосы в полотенце, вошла в спальню. Свой телефон она проверяла не больше десяти минут назад, однако снова проверила его. Новых сообщений не было.
Беатрис вздохнула. Ей очень хотелось узнать, где сейчас Данте, но она понимала, что тревожить его не стоит, а потому смиренно ожидала звонка. Она понимала, что не сможет расслабиться, пока не свяжется с мужем. Как бы далеко он ни был, Беатрис ощущала его напряжение так, словно он был рядом.
Подойдя к зеркалу, она скинула полотенце и принялась расчесывать волосы. В этот момент рывком открылась дверь.
На пороге стоял Данте – его высокая мощная фигура заполняла собой весь дверной проем. Его брюки были помяты, белая футболка порвана на рукаве и покрыта пылью.
– Данте! – с облегчением воскликнула она, направляясь к нему. Уже пройдя половину комнаты, она заподозрила что‑то неладное. – Ты ранен? Что случилось?
– Много чего. – Беатрис застыла на месте. В его ледяном тоне слышалась нотка ярости. – Я просил тебя укрыться в безопасном месте. Я просил тебя беречь себя и нашего ребенка… Ты обещала. И что ты сделала?
Беатрис сглотнула ком в горле.
– Ты имеешь в виду детский сад? Там не было никакой опасности. Там была всего лишь… всего лишь… неразбериха, вот и все.
– Ты могла погибнуть, – выдохнул он.
Беатрис взглянула на этого чужого холодного Данте и почувствовала, как в ее груди поднимается волна протеста.
– Ты тоже мог погибнуть, переходя дорогу.
– Я велел тебе оставаться на месте, – процедил Данте сквозь зубы.
– А я приняла иное решение, – ответила она, вскинув голову.
– Ты рисковала жизнью нашего ребенка.
– Как ты смеешь так говорить?! – воскликнула Беатрис, бросившись к Данте с кулаками. Он не только оскорбил ее, но еще раз подтвердил факт, что думает только о ребенке.
Неожиданно она рассердилась на саму себя. Почему ей так хочется верить в то, что она для него – личность, а не только мать наследника?
Остановившись, Беатрис попятилась назад.
– Ведь ты – будущий отец. И разве ты стал плохим отцом оттого, что подверг себя опасности? Нет. И я сделала то же самое. Женщины не должны оставаться дома и вязать носки в ожидании своих героев!.. И я никогда не рисковала жизнью своего ребенка!
Данте едва понимал, о чем она говорит. Беатрис находилась в опасности, а его не было рядом с ней.
Точно так же, как он не был рядом с Карлом, когда тот нуждался в его помощи и поддержке.
– Ты должна изменить приоритеты. Твоя безопасность – превыше всего!
Беатрис понимала, что Данте волнует только безопасность ребенка и он совсем не думает о ней.
– Есть некоторые вещи, которые ты не можешь изменить. – Нельзя заставить кого‑то полюбить тебя. Беатрис только сейчас начала это понимать.
– Мне надо идти.
– Конечно, иди, – сдержанно произнесла она.
– Мне надо ехать в аэропорт и сказать моему брату… то, что мне надо ему сказать.
– Хорошо. Но знай, когда ты вернешься, ты не увидишь меня здесь. Я должна беречь моего ребенка, а здесь, рядом с тобой, я не чувствую себя в безопасности.
Эти слова словно стрелы вонзились в его широкую спину.
Вздрогнул ли он от этих слов? Она не заметила, но надеялась на это.
Выйдя из машины перед зданием аэропорта, Данте взглянул на табло вылетов. Он успеет повидаться с братом. Уклоняясь от служащих, бросившихся навстречу ему, он старался не замечать людей с видеокамерами.
– А вот и сам кронпринц, герой сегодняшнего дня! – воскликнул один из журналистов, ткнув микрофоном ему в лицо.
Данте ускорил шаг, и журналист побежал за ним вприпрыжку.
– Вы считаете, что легко отделались, сэр? Здания остались целы.
– И люди тоже, – ответил Данте, продолжая идти.
– Но кое‑что нуждается в восстановлении! – крикнул ему вслед парень.
«Восстановление». Сцена с Беатрис мелькнула у него перед глазами. Он не только не улучшил с ней отношения, он просто разрушил их.
Карл, сидевший с ноутбуком на коленях в зале для ВИП‑путешественников, поднял глаза, когда вошел Данте. Отложив ноутбук, он встал, подошел к брату и обнял его.
Карл был на полголовы ниже младшего брата. Отступив назад, он продолжал держать его за плечи.
– Спасибо тебе, – сказал Данте.
Карл удивился, услышав эти теплые слова:
– За что?
– За то, что дождался меня. И прости за то, что я не поддерживал тебя.
На лице Карла отразилось изумление.
– Но ты поддерживал!
– Я не знал.
– Ты мой младший брат. И я не мог нагружать тебя своими проблемами. И ты знаешь о том, что я не похож на тебя. Я никогда не буду рисковать своей головой. Я всегда был мальчиком‑паинькой.
Данте внимательно слушал его, подавив в себе свои эмоции.
– Но я должен был знать, каким несчастным ты был.
– Нет, я не был несчастным. Я просто не вписывался в окружающую действительность. И не мог никого так вдохновлять, как ты. Это правда! – воскликнул Карл, а Данте покачал головой. – Долгое время я боялся. – Руки его разжались на плечах брата. – Но, к счастью, встретил его. Теперь я счастлив. А к тебе вернулась Беатрис. Как себя
