Когда по их подсчетам мир уже должен был начать существовать автономно без привязки к живым носителям, оказалось, что они не учли один фактор — драконов.
Драконы, отдавая большую часть переработанной энергии на поддержку существования нового мира, стали слишком холодны и безэмоциональны, их численность многократно сократилась, и проводимой ими энергии не хватало для того, чтобы мир закрепился в структуре. Хеат пыталась зажечь огонь в сердцах драконов, чтобы подтолкнуть их к возрождению, но это удавалось только с достаточно молодыми особями. В то же время животные, которых создал Трей, под влиянием разрушающих энергий из Бездны мутировали и превратились в монстров с магическими способностями. Сноу выкачал из них большую часть энергии и перенаправил ее в Нить Привязки мира, но этого было недостаточно. В других мирах свободных для переселения драконов больше не было. Посовещавшись, приняли решение — заселить мир людьми, как самой изменчивой расой, способной приспособиться к любым условиям проживания. Заселили. Даск временно переселился в новый мир, обучая, подсказывая, направляя, следя за развитием технологий. Хеат поменяла потоки так, чтобы зверушки Трея отдавали энергию в Нить Привязки. Начала потихоньку восстанавливаться популяция драконов… Команда выдохнула с облегчением, и Сноу снова разогнал время, чтобы вовремя закончить проект.
И чтобы избежать утечек энергии, адепты отступили от общих канонов плетений привязок и соорудили свою сеть-уловитель энергий, чтобы все шло на скорейшее формирование привязки.
Тревогу в очередной раз забил Трей. Он ультимативно потребовал, что они должны проверять мир как можно чаще. Сноу согласился, они распределили дежурства и отправились к Окнам контролировать процесс.
Все шло как задумано: мир наполнялся энергией, Нить Привязки крепла. Людей стало значительно больше, они осваивали новые территории, многие овладели энергией преобразования. А вот популяция драконов имела хоть и стабильный, но очень малый прирост. Хеат снова попыталась их «раскачать», и опять это сработало только с молодыми драконами. Но и они создавать семьи не стремились. Тогда Хеат решилась на отчаянный шаг и сделала человеческих девушек привлекательными для драконов, в надежде, что те смогут зачать и выносить от них потомство.
Последствия не заставили себя ждать — молодые драконы охотно встречались с человеческими девушками, но наследников признавать не спешили. Как итог, люди объявили драконам войну. В одно из дежурств демиургами была обнаружена очередная бойня, которую удалось остановить до того, как расы окончательно проредят ряды друг друга. Сноу остановил время и подчистил память участникам, погибших это не вернуло, но дальнейшего противостояния удалось избежать. В мир забросили младшекурсников с целью найти и уничтожить все свидетельства противостояния рас.
Именно от младших демиургов и пришел сигнал об очередной напасти — из Бездны, видимо привлеченные энергией смерти, полезли разные твари, которые стали поглощать все на своем пути — растения, животных, людей.
И вновь Сноу максимально притормаживает время.
Попутно выяснилось, что люди пытаются бороться с тварями, но у них это получается более-менее только сообща, у драконов же это получается лучше, но они не хотят объединяться и тем более не собираются помогать людям, поэтому существенные потери несут обе расы.
К тому же тот факт, что раньше из Бездны никто не появлялся, вызвал беспокойство адептов, и Сноу отправился на доклад к Куратору.
Вернулся он злой, как владыка Бездны.
— У нас новый член команды, — с порога заявил он. — Теперь мы действуем с ее одобрения.
Хеат скривилась:
— С ее? Это девушка? И кто же? — недовольство звучало в каждом слове, Хеат не терпела конкуренции ни в чем.
— Ты ее знаешь, это Лея, — коротко бросил Сноу, проходя на свое место и устраиваясь у окна.
Даск и Трей переглянулись, им это имя ничего не говорило, что было странно, ведь все демиурги знали друг друга, благо их не так много, к тому же практика совместной работы над проектами давала свои плоды.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Но она же ушла в мир смертных, у нее должны были запечатать дар! — Хеат была обескуражена.
— Как видишь, не запечатали, — холодно отрезал Сноу. И добавил, — Куратор не дал.
— Но… — начала было возмущаться вспыльчивая Хеат, но Сноу опять отрезал:
— Прогнозист.
И все замолчали, спорить было не о чем.
* * *
Даск встряхнул головой, отгоняя воспоминания:
— Они подойдут? — спросил он капитана.
— Да, — коротко ответил тот, но Даск заметил, что кулаки Сноу снова сжаты. Даск тяжело вздохнул. Много раз он хотел поговорить с капитаном, но все откладывал разговор. Вот и сейчас ничего не выйдет, Сноу опять злится…
Глава 16. Сказки, котики, добро
Светлана ворвалась в свою комнату, подхватила кота, чмокнула его в сонный носик, закружила по комнате.
Кот открыл глаза, посмотрел на сумасшедшую девицу, что повадилась тискать будущего грозного мантикора, подумал, а не всадить ли ей парочку шипов в профилактических целях, потом открыл рот и выдал недовольное «Мря-а-а».
Шальная девица верно его поняла и засюсюкала противным голосом:
— Ах, ты мой маленький, ты же голодный! Пойдем, сейчас я тебя покормлю!
После чего она прижала животное к себе и куда-то потащила.
Кот собрался было возмутиться и просветить девицу, насколько она неправа, но, во-первых, волшебное слово «покормлю», смысл которого кот, конечно же, сразу понял, и во-вторых, мамочка строго-настрого велела заботиться об этом странном создании. Поэтому кот решил поддержать намерение двуногого существа сделать ему «покормлю» и выдал поощрительное «Мру-у-у».
Существо обрадовалось и почесало кота за ухом. Коту понравилось, и он решил поощрить существо снова. Девица оказалась понятливой и всю дорогу до вкуснопахнущего места чесала его за ушком. Кот был доволен.
Дальше кот поначалу даже растерялся и попытался сбежать, потому что во вкуснопахнущем месте начался беспокойный шум: все охали, ахали, норовили зачем-то его потрогать. Пришлось шикнуть и наглядно продемонстрировать, что он, на минуту, грозный мантикор, для чего кот расправил свои шипы на хвосте и подобающем образом выгнул спину.
На секунду воцарилась тишина, а потом опять началась какофония.
— Какой милый!
— Такой смешной!
— Ой, он, наверное, голодный!
— Давайте его скорее покормим!
— А что он кушает?
— Налейте ему молока. — Это уже голос его девицы, как там мамочка ее в мыслях назвала — «хозяйка»? Странное понятие…
Кот начал аккуратно вырываться, стараясь при этом не задеть девицу хвостом.
Девица вняла недовольству хищника, спустила его на пол и пододвинула плошку с жидкостью с легким приятным запахом. Кот недоуменно посмотрел на группу двуногих, те все почему-то выжидающе смотрели на него. Кот сосредоточился на «хозяйке» (да что ж за слово-то такое?) и уловил, как она ждет, что он будет это пить.
Пить белую жидкость под горящими взглядами двуногих существ было странно, но, вспомнив наказ мамочки слушать во всем эту девицу, кот все же соизволил попробовать угощение.
Морды двуногих оскалились, но угрозы в них кот не ощутил. Наоборот, он почувствовал всплеск энергии. Кот с удовольствием подпитывался от них, продолжая лакать жидкость. Двуногие смотрели на него и охотно делились своей энергией. Кот был доволен.
И как мамочка додумалась дать ему эту девицу? Да, у него необыкновенная мамка! А он-то, какой молодец, заставил этих странных существ отдать ему столько энергии, причем добровольно! Кот допил вкусненькую жидкость и важно сел рядом, бесконечно гордый собой и мамкой. Память поколений просыпалась в нем и подсказывала, что подобное не удавалось еще ни одной мантикоре!
— Ма-ря-у? — спросил он вопросительно, мол, что дальше?
Доставшаяся ему умненькая девица опять все поняла правильно и, подхватив его на руки, сказала:
