За куст держались снизу, из-под обрыва, две тонкие смуглые руки. Куст трещал и выдирался из узкой щели в известняке, слегка присыпанной серой почвой. Кто-то подсматривал тут за мною и должен был сейчас ухнуть вниз…
Я упал плашмя на землю и ухватился за руки. Сначала меня потащило к обрыву. Однако носки ботинок упёрлись в какие-то камни, и сползание остановилось. Почувствовав точку опоры, я рванул смуглые руки на себя вместе с кустом.
И вместе с кустом, прямо на колючих ветках, обрушился на меня юный человек — то ли мальчишка, то ли девушка. Я заметил вначале лишь громадные серые глаза, наполненные почти предсмертным ужасом, перекошенное от страха лицо, копну нечёсаных длинных чёрных волос.
Потом уже под волосами мелькнула девичья грудь.
Я поднялся с земли весь перемазанный и хотел сперва отряхнуться. Но за это время девчонка могла убежать. А терять первое знакомство в неведомом племени не хотелось. Поэтому сначала я поднял её и потянул за руку к дверце вертолёта. Девчонка упиралась, как упрямая коза, но двигалась. Прямо возле дверцы, в кабине, на крючке, висели мыслеприёмники. На ощупь, не заглядывая в кабину, я снял два. Один тут же, левой рукой, натянул на себя. Другой подал девушке.
Она отшатнулась, как будто я предложил ей змею.
Пришлось надеть на неё мыслеприёмник своею рукой. Совершить, так сказать, насилие над личностью…
— Не бойся! — тут же сказал я. — Зла тебе не сделаю. Ты красивая девочка. Ни один сын неба не сделает тебе зла.
— Ты сын неба? — недоверчиво переспросила она.
— Да. Меня зовут Сан. А как зовут тебя?
— Тили. — Она улыбнулась. Буквально сквозь слёзы. — Ты спас меня. Я бы упала.
— А зачем ты полезла сюда?
— Хотела посмотреть.
— Ты ничего не боишься?
— Теперь — ничего. Если ты меня спас, значит, не убьёшь.
— Твоя пещера отсюда видна?
— Нет. Она тут прямо под обрывом. Самая верхняя. Отсюда не видно.
— Сколько человек живёт в твоей пещере? Ты можешь сосчитать?
— Много.
Она стала загибать пальцы, бормоча что-то под нос. Потом разогнула перед моим лицом пятерню. До пяти, значит, считать умела. Совсем неплохо для столь юного и совсем необразованного создания.
— Как зовут твоего отца?
— Фор.
— Что означает его имя?
— Бесстрашный.
«Ты вся в него», — подумал я. Но решил не перебарщивать с комплиментами.
— А как зовут твою мать?
— Тулю.
— Что означает её имя?
— Терпеливая.
— А что твоё имя значит?
Она вдруг засмущалась, растерянно улыбнулась, отвела взгляд.
— Ты забыла, что значит твоё имя?
— Не забыла. — Она вдруг посмотрела мне прямо в глаза — сердито и вызывающе. Зрачки её серых глаз стали крошечными, как булавочное остриё. — Моё имя значит «нежная». Но я совсем не такая!
— Этого ты ещё не знаешь, — успокоил я её. — Жизнь покажет, какая ты. А подарки своим родителям можешь передать?
— От кого?
— От сынов неба. Они очень любят бесстрашных и терпеливых людей.
В вертолёте стоял на три четверти полный контейнер с подарками для купов. Не грех было позаимствовать оттуда кое-что и для ту-пу. Раз уж подвернулся случай…
— Подожди немного — вынесу подарки, — попросил я. — Или зайдём в эту хижину вместе со мной. Сама выберешь…
Я показал на распахнутую дверцу кабины.
Тили качнулась к дверце. Но испугалась и отшатнулась обратно.
— Лучше вынеси, — сказала она. — Подожду.
Я вынес ей три ведёрка одно в другом, стопку стаканчиков, три мотка разных лент, перочинный нож с колечком на рукоятке.
Со стенок кабины я снял сапёрную лопатку, каёлку и геологический молоток. В «инструментальном» контейнере были другие, но искать сейчас — недосуг.
— Это для твоего отца. — Я передал Тили молоток, каёлку и лопатку. — Это — всей семье. — Я передал стопку стаканчиков и показал, как вынимаются они один из другого. — Это тебе и Тулю. — Я показал на вёдра, опустил в них два мотка лент, а от третьего, ярко-красного, отсёк ножом полоску и повязал её галстуком на шею Тили. — А это только тебе.
Я раскрыл перед нею нож, закрыл его и положил ей в руку, Пусть ей будет с этим ножом безопаснее!
— Я в долгу у тебя, — тихо сказала девушка. — Никогда у нас не было таких подарков. Ни у кого! Я не забуду свой долг.
— Никогда не бойся сынов неба, — посоветовал я, — Они не сделают зла ни тебе, ни твоему племени. Сыны неба — друзья ту-пу. Передай это всем. И скажи Уйлу, что скоро к нему придут гости.
— Ты знаешь Уйлу? — удивилась она. Ресницы её распахнулись, зрачки увеличились.
— Я слышал, он добрый, умный человек.
Она помолчала, и я почувствовал в её молчании какое-то несогласие.
— Он очень старый, — наконец сказала она.
Я понял недоговорённость: ему уже трудно быть вождём.
Всё сходилось с «диагнозом» Тора: старые вожди обычно сверхосторожны и нередко трусливы. Земная история дала тому немало примеров.
— Сохрани эту дугу, Тили. — Я показал на мыслеприёмник. — Когда сыны неба снова придут к вам, ты сможешь говорить с ними свободно. А если потеряешь её, вы не поймёте друг друга.
— Сохраню, — пообещала она. — Ты ещё придёшь?
— Обязательно! А сейчас отойди подальше. Поднимется сильный ветер.
Она подхватила вёдра с подарками, отошла к спуску с холма, а я забрался в машину и включил мотор.
Поднявшись «столбиком» ввысь, я сделал круг над селением. Все площадки и тропинки его вновь были усеяны людьми. Видимо, вопли Тили выдернули их из пещер. А вокруг вершины холма, где стояла Тили с вёдрами в руках, лежали полукругом на земле люди. Как лучи восходящего солнца на детском рисунке.
В общем-то теперь я мог бы обойтись и без помощи Тора. Но уже не имело смысла. В конце концов, весьма возможный союз соседних племён имел все шансы развиваться намного быстрее, чем любое отдельное племя.
25. «Сар ходил вокруг пещер…»
Уговаривать Тора не пришлось. Он и сам хотел повидать вождя «сынов неба» и давно знал дорогу к вертолёту. Не я повёл его через лесок на полянку, а он меня. И пошёл туда в тиаре, с ожерельями из клыков и зубов. Как положено вождю.
— Там кто-то рыбу жарил, — сообщил я по пути. — Когда меня не было.
— Я жарил её далеко от твоей хижины, — совершенно спокойно признался Тор. — Как ты просил.
— Ты поступил мудро, — похвалил я. — Если бы хижина сгорела, ты никогда не увидел бы вождя сынов неба.
— Он старый? — тихо поинтересовался Тор.
— Такой, как ты.
— Как его зовут?
— Мих.
— Что значит это имя?
— Наши имена ничего не означают.
— Откуда же они?
— Из нашего прошлого. Многие люди оставили по себе добрый след. Их имена повторяются. А значение забылось.
Брови Тора поднялись. Осмысливал. Потом подытожил:
— У нас лучше.
Я открыл дверцу вертолёта набором цифр и предложил Тору сесть в кресло пилота. Он пооглядывался, убедился, что дверь открыта настежь, и осторожно сел. Я устроился рядом, на откидном. Через минуту на экране уже улыбался Тушин.
— Ухр кхун Тор! — начал он.
— Ухр кхун Мих! — с достоинством ответил Тор.
Это они поняли без перевода. Дальше пришлось переводить.
Тушин признался вождю в своей прочной любви к мирным племён купов, айкупов и ту-пу. Пообещал, что сыны неба будут всегда помогать им. Теперь надо утихомирить хуров, заставить их жить мирно, как живут другие. Незачем их для этого убивать. А то озлобятся, и станет хуже. Достаточно напугать и прогнать. Их будут гнать столько раз, сколько раз нападут они на мирные племена. И хуры поймут, что нападать бесполезно. Вождь Мих просил передать всё это вождю Уйлу.
— Айкупов вы тоже будете защищать? — недоверчиво переспросил Тор. Видимо, моего обещания было ему недостаточно.
— Будем! — пообещал Тушин.
— Я хочу сказать это вождю айкупов.
— Скажи! — согласился Тушин.
— Ему тоже не надо убивать хуров?
— Хуры не дойдут до него. Мы не позволим им перейти реку.
— Вождю айкупов надо будет пролить для этого свою кровь?
Тушин помолчал, вопросительно посмотрел на меня.
— Я не понимаю, Алик, — тихо произнёс он.
— Речь идёт о договоре, подписанном кровью, — так же тихо пояснил я.
Тушин улыбнулся, перевёл взгляд на Тора и ответил:
— Мы прольём кровь вместе — сын неба и вождь айкупов. Мы пришлём подарки айкупам и тогда прольём кровь.
Больше у Тора вопросов не было. Отправиться к вождю Уйлу он согласился. И на этом Тушин попрощался:
— Ухр кхон Тор!
— Ухр кхон Мих! — эхом отозвался Тор.
Он был явно доволен разговором. Он стал другом и братом сильного, хотя и далёкого вождя. Сыны неба делали его своим вестником в соседних племенах и, значит, своим главным союзником. Опираясь на силу сынов неба, он и сам становился сильнее. А какому вождю не хочется стать сильнее?
