Глава 18. Этого не может быть!
Мы едем на машине Платона, так как я не очень хорошо себя чувствую.
По пути я прошу его:
— Можешь остановиться, подышу свежим воздухом?
Он останавливается, я не успеваю выйти, как меня рвёт прямо на обочину.
Да уж. Неприятное зрелище. Есть один плюс — наверное, после такого Платон сегодня больше не будет со мной заигрывать, а мне не придётся думать, что ему говорить в ответ.
И действительно, Платон больше не улыбается, у него встревоженный взгляд, он выходит из машины и протягивает мне бутылку воды, спрашивает:
— Плохо себя чувствуешь?
— Я сегодня ела в кафе, возможно, там отравилась. Мне получше, можем ехать.
Едем молча. Пишу Даше СМС и спрашиваю, нет ли у неё тоже признаков отравления. Она не отвечает.
Я вспоминаю о детском магазине и неожиданной встрече. Может, рассказать Платону?
А да ну, не хочу сейчас перемывать кости бывшему мужу. Да ещё и с его братом.
— Тебе точно лучше? Может, заедем в аптеку или вызовем врача? — спрашивает Платон, когда мы подъезжаем к дому.
— Не переживай уже все хорошо, — отвечаю ему и для пущей убедительности улыбаюсь.
Платон не улыбается в ответ, он сосредоточенный, о чем-то думает.
Не верит и все равно заходит в круглосуточную аптеку рядом с домом, выносит оттуда целый пакет лекарств.
— Зачем так много накупил всего? Мне уже, правда, лучше.
— Мне дома давно нужно было обновить аптечку.
Я захожу к нему в квартиру с таким чувством, как будто это мои родные стены, хотя всего-то провела здесь одну ночь.
— Я могу сварить тебе суп или кашу.
— Нет, спасибо, я думаю, мне лучше сегодня ничего не есть, лягу спать пораньше.
Время — восемь часов, и я чувствую невыносимую усталость, хочется спать.
Платон не возражает, расстилает мне постель в гостевой комнате.
— Если станет плохо, зови. Можешь и позвонить, положу телефон рядом с подушкой.
— Хорошо, спасибо, — говорю ему. Еще хотела добавить «да все хорошо», но передумала, потому что снова чувствую подступающую тошноту.
Платон стучится через несколько минут. Я уже успела переодеться и лечь в постель. Натягиваю одеяло по горло и говорю:
— Можешь войти.
— Я принёс лекарство, поставлю на тумбочку, если нужно, выпьешь.
Он ставит на тумбочку лекарства и рассказывает, какое от чего принимать. И на всякий случай даже таз приносит. Вот это он не зря, я уже чувствую.
— Спасибо за заботу, — говорю ему.
Он наклоняется, целует меня в лоб и задерживается так на пару секунд. Я не понимаю: он хочет проверить температуру или это что-то другое?
— Спокойной ночи, — отстраняется и говорит Платон.
Выходит из комнаты. Вот теперь у меня ещё и сердце бешено стучит. Как завтра на работу пойду? Надеюсь, за ночь мне станет лучше.
Я быстро проваливаюсь в сон, не очень крепкий, как будто я нахожусь в полубреду. Передо мной проносятся обрывки воспоминаний за день: магазин, вода, труба, соседи. Мне снится Виолетта с уже большим животом. Вытаскивает из неприятного полудрема звук входящего сообщения. Я приподнимаюсь и смотрю на часы. Прошло всего сорок минут, а показалось — целая вечность.
Сообщение от Даши.
«Нет, я хорошо себя чувствую, а ты что, чем-то отравилась?»
Странно, мы ели одно и то же. Как я могла отравиться, а она нет? А если это не отравление, то что?
Всплывает видение из сна, Виолетта и ее живот.
Меня пронзает догадка: а вдруг и я тоже?
Я открываю календарь на телефоне. Задержка примерно две недели.
Но такое бывало и раньше, особенно в период стресса. Я поэтому и не обратила внимание. Это ещё ничего не значит.
Потом подсчитываю примерную дату овуляции в прошлом месяце. За день до того, как я с Платоном… И если я беременна, то, скорее всего, от него! Только сейчас я поняла, что мы так забылись и увлеклись, что и никакой защиты не было.
После стольких попыток с мужем я вообще забыла, что от секса бывают дети.
Хотя как я могу исключить и Андрея? Ни один врач мне точно не скажет день зачатия. Овуляция могла быть и ранней, и тогда это мог быть Андрей. Хотя столько лет не получалось, а теперь получилось? Похоже на какое-то наказание, если это так.
Я встаю и прохожусь по комнате туда-сюда. Прежде чем паниковать, надо сначала удостовериться, что это точно беременность. Завтра куплю тест после работы… А пока надо успокоиться и отдохнуть.
Ложусь обратно, но заснуть не получается. Не выпускаю телефон из рук и читаю первые признаки беременности. Хотя я знаю, что многие из них обманчивы.
Я очень долго об этом мечтала. Бывали месяцы, когда мне тоже казалось, что вот — низ живота тянет, стала чувствительна к запахам, а потом — разочарование.
Может, и сейчас это не токсикоз вовсе. В одном блоге нашла такой совет: «если это токсикоз, то надо часто есть и понемногу, тошнить перестанет. А если не токсикоз — то вам лучше после еды не становится».
Но под этой веткой куча комментариев: кто-то пишет, что рвёт всю беременность, независимо от того, что ешь, а кто-то возмущается. «Меня вообще не тошнило, у вас просто шлаки в организме, вы неправильно питаетесь».
Я встала, накинула кофту поверх ночнушки и решила проверить теорию. Надо чего-нибудь перекусить, вдруг станет лучше?
Как только я открыла дверь, почувствовала приятный запах. Похоже на тыквенную кашу, которую бабушка готовила мне в детстве. Иду на кухню, а там Платон стоит у плиты, и это в десятом часу ночи.
Увидел меня и широко распахнул глаза:
— Тебе хуже стало? Почему не спишь?
— А ты почему не спишь?
— Решил сварить суп и кашу на случай, если ты все-таки проголодаешься.
— Ночью проголодаюсь?
— Ну, завтра утром, — улыбается, — просто мне не хочется спать, вот и решил что-нибудь приготовить.
— Ну, давай я попробую.
— Кашу или суп?
— Кашу.
Пшенная каша с кусочками тыквы. Мммм.
