Читаем без скачивания Чужая игра - Владимир Гурвич

— Напрасно отказалась прищучить Эдуарда, — весело говорил он, бросая на нее испытывающие взгляды. — Жила бы себе припеваючи многие годы, забот бы не знала. Он же теперь богатый, как паша, что ему стоит отщипнуть малость для меня и тебя. А я, поверь, свое не упущу. Он со мной по полной программе рассчитается.

Анна слушала шофера, смотрела вниз на прыгающие на берег волны и почему-то с каждой минутой ею все сильней овладевало плохое предчувствие. Эта поездка согласно элементарной логике не должна была состояться. Тогда почему она сейчас сидит в этой машине? Или ее пребывание здесь соответствует той логике, которую она не знает?

Анне вдруг стало душно, и она открыла окно. Теплый упругий воздух ударил в лицо. Скорей бы вырваться из этой западни, пойти на море, искупаться. И вообще, начать новую жизнь. И пусть все, кто населял ее прежнюю жизнь, в ней и останутся. Она не хочет брать в свое будущее никого из них. Сергей продолжал верещать в том же духе, его словно бы зациклило на теме Эдуарда и его будущих доходов. Но Анна, унесясь на крыльях своих фантазий, уже не слушала его.

Эдуард лежал на острых камнях и ждал, когда появится машина с Сергеем и Анной. Он понимал, что у него будут в запасе всего лишь считанные секунды на то, чтобы произвести точный выстрел. Если он промажет, время на повторный залп не останется. Но он не сомневался, что справится с задачей. Старшина, учивший его в армии стрелять, был отличным педагогом. Как он, Эдуард, ненавидел его уроки, когда часами приходилось лежать в грязи и пулять по мишеням. Но как теперь они пригодились! И как он был сейчас благодарен своему наставнику.

Мимо пролетело с десяток машин, но нужная все еще не появилась. Всякий раз, заслышав звук мотора, Эдуард прикладывался к оптическому прицелу, готовясь к единственному, но самому важному в своей жизни выстрелу.

В очередной раз послышался шум приближающегося автомобиля. Из-за поворота на большой скорости вылетел черный «Мерседес». Эдуард узнал манеру водителя, Сергей даже на такой опасной траектории движения почти не снижал скорости. Эдуард прильнул к прицелу. Мгновение, еще одно. Все, надо стрелять. Эдуард нажал на курок. Пуля пробила переднее колесо машины, и она тут же потеряла управление. Сергей попытался удержать ее на узкой полосе дороги. Но скорость была для этого чересчур велика, и черный «Мерседес», словно черная пантера, оторвавшись от земли, повис в воздухе. Эдуард, не отрываясь, следил за этим полетом. Машина передом упала в море и за считанные секунды погрузилась в него. Эдуарду даже показалось, что он слышит крики находящихся в ней людей. Впрочем, скорей всего это был шум набегающих на скалы волн.

Эдуард быстро спустился вниз и побежал по дороге к своей машине, стоящей в несколько сот метров на площадке. Сев в автомобиль, он тут же дал газ. Он мог быть спокоен, за это время по трассе никто не проехал. А это значит, что ни одна живая душа не видела его здесь.

С каждой минутой Эдуард все больше удалялся от места преступления. Ему вдруг стало до того спокойно, что он включил приемник. И салон машины наполнился веселой музыкой. А почему бы ему е и не послушать. Он же победил всех!

Анна не успела по-настоящему сообразить, что же произошло. Она увидела перекошенное от ужаса лицо Сергея. И только тогда поняла, что это конец. Раздался глухой звук от удара автомобиля по поверхности воды. Не задержавшись на ней и мгновения, машина стала погружаться в море. В салон хлынула вода.

Я погибаю, мелькнула, словно молния, в голове Анны мысль. Но все ее существо воспротивилось этому. Она знала, чтобы спастись, у нее есть в запасе считанные секунды.

Весь салон заполнился водой. На тренировках их обучали дыхательным упражнениям йогов, которые позволяли существенно продлевать сроки нахождения под водой. И Анна неплохо их усвоила. Внезапно она ощутила, как что-то ударило ее в бок. Она скосила глаза; это был Сергей. Вернее, его безжизненное тело, судя по всему, он захлебнулся практически сразу. Она оттолкнула его и попыталась выбраться из машины через окно. Но с первого раза это не получилось. Каждое мгновение было на счету, так как сокращало запас ее возможностей.

Анна выбралась из машины с третьей попытки. И что есть силы, работая руками, устремилась наверх. Сознание уже почти затуманилось, когда ее голова оказалась над водной поверхностью. Глубоко вздохнув в легкие воздух, она поплыла к берегу.

Сколько времени она лежала на берегу, Анна не помнила. Ее сознание работало фрагментарно, то, пробуждаясь к действительности, то, снова погружаясь в непроницаемый мрак. Она никак не могла уловить то мгновение, что окончательно унесет ее от туннеля смерти, который пытался затянуть ее в себя.

Внезапно Анна открыла глаза и увидела солнце. Оно было ослепительно ярким, и по этому признаку она поняла, что осталась жить. Все и все могли ее обмануть, но только не это замечательное светило, под лучами которого она могла часами загорать. Через какое-то время Анна встала и побрела по берегу. Подняться вверх по крутому откосу на дорогу у нее не было сил. Она брела, спотыкаясь, падая, вставая. Так продолжалось очень долго. За несколько часов она не прошла и километра. Но она об этом даже не думала; как ни странно, но у нее в голове не было ни мыслей, ни воспоминаний. Только один императив — идти вперед и идти.

Она вышла на дорогу и стала голосовать, но автомобили пролетали мимо, не желая сажать женщину в мокрой одежде, со спутанными волосами и безумными глазами. Внезапно перед ней затормозила машина. Дверца отворилась, и Анна без сил упала на сиденье. Мужчина средних лет с удивлением рассматривал странную пассажирку.

— Куда тебя вести? — спросил он.

Анна с трудом разлепила глаза.

— В город, — едва слышно произнесла она.

— Понятно, что в город, — хмыкнул мужчина. — А куда в город?

Но ответа он не дождался. Мужчина посмотрел на женщину и стал трясти ее за плечо. Но она лишь тяжело дышала. Она потеряла сознание.

— Ну, вот, придется везти ее в больницу, — чертыхнулся мужчина. — Больше никогда не буду никого подсаживать. Только себе дороже.

Глава 6

Заведующий неврологическим отделением Владимир Васильевич Литовский слегка нервничал. Не часто к нему в кабинет заходит сам главный врач больницы. Обычно это не к добру. Но пока разговор шел на вполне доброжелательных тонах. Вадим Николаевич расспрашивал о текущем лечебном процессе, записывал в блокнот вопросы, которые он ставил перед ним. А их было немало: старое оборудование, изношенная мебель, нехватка некоторых лекарств…

Главврач, сделав очередную запись, спрятал блокнот в карман халата.

— А как у вас, Владимир Васильевич, обстоят дела в платном отделении? Для нас это крайне важно.

Платное отделение — первое в больнице было открыто совсем недавно в качестве эксперимента. Вложили кучу денег, сделали евроремонт. И теперь всех интересовало, окупятся ли затраты, пойдут ли туда пациенты?

— Пока есть свободные места, наши люди еще не привыкли платить за лечение, — с виноватым видом ответил Литовский.

Бутко нахмурился. Эта новость не доставила ему радости.

— Мы плохо рекламируем наши услуги, уважаемый Владимир Васильевич. Нам надо активней заниматься этим вопросом.

— Вы правы, — согласился заведующий неврологическим отделением. Но мысленно он придерживался другого мнения; ни ему же этим заниматься, у него и без того дел по горло.

— Скажите, а что с той пациенткой?

— С какой?

— С молодой женщиной. Вы еще ее поместили в платное отделение. Кстати, почему?

— Она была очень хорошо одета, хотя одежда была порвана в нескольких местах. И я подумал…

— Понятно, что вы подумали. Но до сих пор она ничего не заплатила.

— Нет. С ней не было ни вещей, ни денег.

— И до сих пор не помнит ни имени, ни фамилии?

— Нам удалось добиться фрагментарного восстановления памяти. Но имени, фамилии, адреса это пока не коснулось. Но мы надеемся, что лечение довольно скоро даст результат. Она пережила какой-то сильный шок. Она помнит, что с ней произошло что-то очень страшное. Но не помнит, что именно.

— Вам не кажется, это немного странным.

— Амнезия вообще странная болезнь. Тем более ретроградная амнезия, как у нее.

— Меня, конечно, волнует вопрос выздоровления пациента. Но беспокоит, оплатит ли она лечение?

— Думаю, когда память вернется к ней в полном объеме, проблем с оплатой не будет.

— Уверенны?

— Мне так кажется.

— Будем надеяться. — Главврач встал. — Удачи вам, Владимир Васильевич. — Бутко вышел из кабинета.

Литовский проводил его недовольным взглядом. Теперь ясно, зачем он пожаловал, главврача интересует не отделение и больные, а те деньги, которые можно заработать на них. Его мысли перенеслись к загадочной пациентке. С самого начала он почему-то решил: вылечить ее — дело его чести и профессионального мастерства. И он гордится достигнутыми результатами; всего за две недели прогресс налицо. А ведь амнезия может длиться годами.