— Сейчас-сейчас! — бормотал Мюррей, заполняя кредитный бланк.
Я могла бы стереть его на месте, но всегда оставалась вероятность, что это не тот Минотавр, которого мы ищем. В конце концов, по Книгомирью разбросаны тысячи Минотавров, и все они практически неотличимы друг от друга. Признаться, немногие из них носят полушинели и мягкие фетровые шляпы, но я не собиралась уничтожать абы кого, не будучи уверена в своей правоте.
— Вам завернуть сковородку, мистер Джонсон? — спросила обслуживавшая Минотавра барышня.
Большего мне не требовалось. Он скрывался под псевдонимом «мистер Джонсон» уже много лет, а сковородка? Ну, в свое время мы пометили его фарсажем, чтобы легче было отследить, и это наложило неизгладимый отпечаток на его почерк убийцы. Паровые катки, банановая кожура, падающие рояли — он использовал их все. В клоунском арсенале в качестве подручного оружия на первом месте стояла… сковородка! Не медля более ни секунды, я выхватила пистолет. Минотавр с абсолютно неожиданным для его габаритов проворством перебросил сковородку в другую руку и махнул ею в мою сторону, задев пистолет, который со стуком отлетел в другой конец помещения. Мы замерли и уставились друг на друга. Держа сковородку за двухфутовую ручку, он угрожающе выставил ее в мою сторону. Шляпу он снял, и когда прочие покупатели сообразили, кто перед ними, раздался вопль ужаса и начался массовый исход из магазина. У него было тело человека, но голова быка, в которой особенно пугала известная антропоморфность. Его желтые глаза горели злобой, а рога, как я заметила, были заточены до опасной остроты.
— Может, сперва побеседуем? — негромко сказала я, прикидывая, хватит ли у Четверг-5 сообразительности отвлечь его.
— Никаких разговоров, — отозвался Минотавр рокочущим басом. — Мое дело — убить тебя, а твое — умереть.
Я попыталась потянуть время.
— Наверное, все-таки имеет смысл обсудить наши должностные инструкции.
Но Минотавр был в неразговорчивом настроении. Он шагнул вперед и замахнулся на меня сковородкой. Я отпрянула, но все равно почувствовала завихрение воздуха от чугунного диска, пролетевшего в миллиметре от моей головы. Схватив первый подвернувшийся под руку предмет, каковым оказалась клюшка для гольфа, я попыталась огреть ею противника, но тот оказался проворнее, и деревянная рукоятка клюшки разлетелась в щепки и древесную пыль от его яростного удара. Он же только утробно хохотнул и снова шагнул ко мне.
— Эй, вы! — донесся голос, немедленно вызвавший ассоциацию со сдобными булочками к чаю ровно в четыре часа пополудни. — Вы, сэр с рогами!
Минотавр оглянулся туда, откуда донесся голос, но продолжал держать меня в поле зрения. Вмешавшимся, естественно, оказался эксцентричный родственник, только что купленный мною для книги Лондэна. Он покинул свой ящик и встал перед чудищем, вооруженный всего-навсего тростью.
— А теперь выйди отсюда, будь паинькой, — сказал он, словно обращаясь к ребенку.
Минотавр закусил губу и угрожающе выдохнул:
— Прочь!
— Ну-ну, — отозвался персонаж в желто-зеленую клетку, — что-то мне твой тон не нравится.
Внезапно Минотавр превратился в демонический разрушительный вихрь. Он замахнулся сковородкой на джентльмена по такой дуге, что просто не мог промазать. Но промазал. На фоне размытого желто-зеленого пятна блеснуло серебро, и сковородка лязгнула об пол… все еще стиснутая рукой Минотавра. Тот взглянул на сковородку и свою отсеченную кисть, потом на обрубок руки. Его перекосило, он издал оглушительный вопль, от которого в витринах зазвенели стекла, и испарился, книгопрыгнув подальше отсюда.
— Боже, а шуму-то, шуму, — заметил джентльмен, спокойно протирая шпагу и убирая ее в ножны. — Кто-нибудь его знает?
— Это Минотавр.
— Святой Георгий! Правда? — в удивлении воскликнул джентльмен. — Мог бы и получше драться. С вами все в порядке?
— Да, спасибо вам. Это был отличный урок фехтования.
— Пустяки, милая барышня, — ответил он, слегка улыбнувшись. — Я был капитаном фехтовальной команды в Рагби.[31]
Все, что делал и говорил этот красивый мужчина за сорок, было глазировано толстым слоем чопорной британской сдержанности. Я представить не могла, из какой книги он взялся и почему его вообще отправили в утиль.
— Четверг Нонетот, — назвалась я, протягивая руку.
— Очень раз с вами познакомиться, мисс Нонетот. Подполковник авиации Корнелий Хитроу-Шкодд к вашим услугам.
Покупатели опасливо заглядывали в магазин, но Мюррей уже вешал на дверь табличку «закрыто».
— Итак, — сказал Хитроу-Шкодд, — теперь, когда вы меня купили, каковы будут ваши пожелания относительно моих дальнейших действий?
— Э… да… точно.
Я выудила из кармана визитку, написала на обороте название последнего романа Лондэна, «Бананы для Эдуарда», и протянула ему.
— Постарайтесь изо всех сил, ладно? А если вам что-нибудь понадобится, со мной можно связаться через беллетрицию.
Хитроу-Шкодд вскинул бровь, пообещал стараться изо всех сил, взял банку со своей предысторией под мышку и пропал.
Я облегченно выдохнула и огляделась. Четверг-5 смотрела на меня с таким потерянным и безнадежным выражением, что я поначалу испугалась, не ранена ли она.
— Ты цела?
Она кивнула и опустила глаза. Я проследила за ее взглядом. У ее ног лежал мой пистолет.
— Это здесь он оказался, когда его выбили у меня из руки?
Она жалобно кивнула. В глазах у нее стояли слезы от ярости на саму себя.
Я вздохнула. Мы обе понимали, что это конец ее беллетрицейской карьеры. Не вмешайся Хитроу-Шкодд, мне бы конец, а она ничем не попыталась предотвратить это.
— Не говорите ничего, — сказала она. — Не создана я для этой работы. Попросила бы прощения, но не могу подобрать слов, способных адекватно выразить, как мне стыдно.
Она тяжко вздохнула, сняла с волос резинку, сунула ее в рот и снова собрала волосы в хвост, прежде чем перетянуть. Она проделывала это в точности как я, и меня внезапно кольнула совесть. В конце концов, она вела себя патологически миролюбиво только потому, что ее такой написали в качестве противоядия к остальным книжкам про Четверг. Ведь царящая в первых четырех книгах атмосфера секса и насилия тоже возникла отчасти по моей милости. Я продала права на персонаж, чтобы финансировать «Ковры Акме».
— Теперь мне лучше вернуться в свою книгу, — промямлила Четверг-5 и повернулась к выходу.
— Разве я позволила тебе уйти? — спросила я ледяным тоном.
— В общем-то, нет…
— Так вот, пока я не сказала, что ты можешь идти, ты никуда не уйдешь. Мне еще предстоит решить твою судьбу, и до тех пор — помоги мне боже! — ты остаешься моим курсантом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
