В 1921–1922 годах Красная Армия, согласно сохранившимся документальным неполным данным, понесла следующие потери [289]:
Кроме того, Народно-революционная армия Дальневосточной республики в боях с белоповстанческой армией приамурского правительства и японскими интервентами в период с 1 января по 15 июня 1922 года понесла следующие потери [290]:
Таблица 15. Потери Народно-революционной армии Дальневосточной Республики в период с 1.1. по 15.6. 1922 г.
Таблица 16.
Бросается в глаза, что потери НРА ДВР учтены весьма неполно. Следует отметить, что, как и правительство ДВР, Народно-революционная армия находилась под полным контролем РСФСР и фактически была частью Красной Армии. Кроме боев в январе — июне 1922 года, НРА совместно с советской 5-й Отдельной армией сражалась против Азиатской дивизии барона Унгерна в мае — августе 1921 года, а в ноябре и декабре 1921 года и в сентябре — октябре 1922 года — против белоповстанческой армии Приамурья. Но если взять суммарные потери убитыми, умершими, пропавшими без вести и попавшими в плен, то на одного командира приходится только 8 бойцов, тогда как в небоевых потерях это соотношение составляет 49,9:1, среди раненых — 8,8:1, а среди заболевших 11,5:1. Напрашивается предположение, что убитых и раненых учитывали гораздо хуже, чем больных и жертв несчастных случаев. Для оценки реального числа убитых, умерших и пропавших без вести возьмем соотношение бойцов и командиров, среднее для небоевых потерь и заболевших (оно равно 30,7:1), и применим его к общему числу погибших, умерших и пропавших без вести командиров. Тогда мы получим примерное число погибших, умерших и пропавших без вести народоармейцев — 2395 и общее число погибших, умерших и пропавших без вести — 2473 человека.
Если предположить, что суммарные потери убитыми, пропавшими без вести и умершими от ран, которые НРА понесла в мае — августе и ноябре — декабре 1921 года и в сентябре — октябре 1922 года, как минимум, равнялись потерям, понесенным в январе — июне 1922 года, то общие потери войск Дальневосточной республики убитыми, пропавшими без вести и умершими можно оценить в 5,0 тыс. человек.
Общие потери Красной Армии и НРА ДВР в 1921–1922 годах авторами книги «Россия и СССР в войнах XX века» оцениваются следующим образом [291]:
Таблица 17. Потери Красной Армии и Народно-революционной армии Дальневосточной Республики в 1921–1922 гг.
Бросается в глаза, что число умерших в результате несчастных случаев в Красной Армии за два года оказалось в 1,3 раза больше, чем в НРА за неполных полгода. Это говорит либо об очень значительном недоучете небоевых потерь в РККА, либо, что более вероятно, цифра жертв несчастных случаев в НРА, 2189 человек, включает также умерших от ран и болезней, тем более что графа «Умершие от ран и болезней» в случае с НРА оказывается пустой. Но для того чтобы получить истинные потери НРА умершими от ран, болезней и несчастных случаев, число 2189 человек надо, по меньшей мере, удвоить. Тогда общие потери НРА убитыми и умершими можно оценить в 9,4 тыс. человек. Потери Красной Армии в 1920 году мы определили в 150,3 тыс. убитыми и умершими от ран, что превышает число убитых и умерших на этапах санитарной эвакуации в имеющихся на сегодня отчетных документах в 6,7 раза. Если применить этот коэффициент к периоду 1921–1922 годов, то общие потери убитыми можно было бы оценить в 65,5 тыс. человек. Эта цифра близка к общим безвозвратным потерям фронтов за 1921–1922 год — 58 397 человек, в которую, однако, включены 32 773 дезертира, так что на собственно убитых и умерших, включая пропавших без вести, там приходится лишь 25 624 человека. Если добавить к ним безвозвратные потери НРА ДВР, то сумма возрастет до 28 512 человек. Наша оценка больше этой последней цифры в 2,3 раза. Такая цифра кажется вполне правдоподобной, особенно если считать, что данная цифра включает потери НРА ДВР, а также потери Частей особого назначения (ЧОН), с марта 1921 года считавшихся милиционными частями Красной Армии, Войска внутренней службы (ВНУС) и войска ВЧК, которые главным образом боролись с разного рода повстанческими движениями. В годовом исчислении потери убитыми и умершими от ран оказываются равны 32,25 тыс. человек, что оказывается в 4,7 раза меньше потерь 1920 года. Такое соотношение выглядит правдоподобным, поскольку отражает резкое снижение интенсивности боевых действий. Из 65,5 тыс. погибших 9,4 тыс., или 14,4 %, приходится на потери НРА ДВР, которой пришлось драться против регулярных белых войск — Азиатской дивизии и белоповстанческой армии приамурского правительства. Остальные потери, 56,1 тыс. человек, были понесены Красной Армией и разного рода внутренними войсками в боях с повстанческими движениями, в том числе во время подавления восстания в Кронштадте, антоновского восстания на Тамбовщине, ликвидации армии батьки Махно и ряда других крестьянских восстаний, а также в боях против отрядов УНР и отрядов Савинкова и Булак-Булаховича, периодически приходивших из Польши на территорию Украины и Белоруссии, а также в боях против грузинской и армянской армий. 9-я и 11-я армии Кавказского фронта в феврале — мае сражались против регулярных армий Грузии и Армении во время оккупации этих стран советскими войсками. В конце мая 1921 года Кавказский фронт был упразднен, и вместо него была образована Отдельная Кавказская Краснознаменная армия. Безвозвратные потери Кавказского фронта составили 9338 человек, но из них надо исключить дезертиров. Если на 58 397 человек приходится 32 723 дезертира, то в потерях Кавказского фронта их могло быть 5233 человека. Тогда потери фронта убитыми и умершими можно оценить в 4,1 тыс. человек. В этом случае на борьбу с повстанческими отрядами и армиями придется примерно 52 тыс. человек. В 1918–1920 годах суммарные потери Красной Армии и белых армий в борьбе с разного рода повстанческими отрядами мы оцениваем в половину от потерь Красной Армии в такого рода боевых действиях в 1921–1922 годах, т. е. в 26 тыс. погибших. Примерно такими же мы принимаем потери повстанческих отрядов погибшими в 1918–1920 годах, т. е. примерно 26 тыс. человек.
Можно предположить, что противники Красной Армии в боях понесли примерно такие же потери, т. е. около 65,5 тыс. убитыми и умершими от ран. Сюда не входят повстанцы и пленные белогвардейцы, расстрелянные вскоре после пленения. Их скорее следует отнести к жертвам красного террора.
Число умерших от ран и болезней в составе Красной Армии авторы книги «Россия и СССР в войнах XX века» получили расчетным путем следующим образом. В 1921 году учтено 580 548 инфекционных больных, из которых умерло 77 901 человек. С 1 января по 1 октября 1922 года было учтено 164 973 инфекционных больных, из которых умерло 28 368 человек. Далее из общего числа раненых и больных в 1921–1922 годах (2 464 639) вычитается общее число инфекционных больных — 745 521 человек. Результат — 1 719 118 человек рассматривается как суммарное число раненых и больных неинфекционными болезнями. Беря коэффициент летальности в 6 %, общее число умерших из числа раненых и неинфекционных больных оценивается в 103 147 человек, а количество всех умерших от ран и болезней — в 209 396 [292]. Однако число инфекционных больных кажется значительно заниженным. Во-первых, не учтены инфекционные больные за октябрь, ноябрь и декабрь 1922 года. Во-вторых, принимая во внимание число убитых, число раненых в 1921–1922 годах вряд ли превышало 150–200 тыс. человек (авторы книги вообще определяют общее число раненых в 12 132 человека, что, несомненно, многократно занижает их реальное число), неинфекционных больных оказывается порядка 1550–1570 тыс. человек, что вдвое превышает число инфекционных больных. Такое соотношение представляется совершенно невероятным. Вероятно, инфекционных больных в 1921–1922 годах было значительно больше, чем 745 521 человек. Для 1920 года общее число умерших от всех болезней и несчастных случаев мы определили в 247,8 тыс. человек на 2 589 533 больных, из которых не менее 1660 тыс. были инфекционными больными. В 1921–1922 годах общее число больных составило 2 457 410 человек. Общее число умерших от всех болезней и несчастных случаев в этот период можно оценить в 235,2 тыс. человек.
Определить потери антисоветских формирований умершими от болезней в 1921–1922 годах не представляется возможным. Однако ясно, что смертность от болезней среди них в этот период была значительно меньше, чем в советских войсках, принимая во внимание относительную малочисленность повстанцев по сравнению с Красной Армией и партизанский характер их действий небольшими группами, причем повстанцы значительное время оставались дома. Мы предполагаем, что число умерших от болезней среди повстанцев могло быть примерно в 10 раз меньше, чем среди бойцов Красной Армии, и достигать 25 тыс. человек в 1921–1922 годах.
Общие безвозвратные потери Красной Армии, включая умерших от болезней и иных небоевых причин, в 1921–1922 годах можно оценить в 300,7 тыс. человек. Безвозвратные потери антисоветских формирований (повстанцев, белых армий на востоке страны и национальных армий Армении и Грузии) за тот же период можно оценить в 90,5 тыс. человек.
