не натолкнул меня на новые догадки. Я решила съездить к бабушке в больницу, узнать о ее самочувствии и между делом порасспросить о семейных реликвиях – вдруг она вспомнит что-то важное и интересное. Конечно, о вчерашнем происшествии я рассказывать не буду, чтобы не волновать ее лишний раз.
Перед выходом я созвонилась с Аркадием Мельниковым и договорилась, что вечером он подъедет за витражами.
Критически осмотрев в зеркале пострадавшие от краски волосы, я заглянула в салон, чтобы привести их в порядок и не пугать своим видом старушку. Хозяйки на месте не было, по словам администратора, та «простудилась и решила отлежаться пару дней». Да это к лучшему: я избежала очередных расспросов и ограничилась рассказом о взорвавшемся баллончике с краской.
Девушка-парикмахер, сочувственно поохав, быстро сделала мне модную стрижку «под мальчика», легко уложила ее с помощью какого-то специального воска, и из зеркала на меня глянула совсем юная и задорная особа. Можно было отправляться к Серафиме.
В больничном дворе всюду виднелись следы вчерашней непогоды: лужи на дорожках еще не высохли, поломанные ветки деревьев валялись на газоне, протоптанные между ними тропинки размокли и были скользкими.
Бабушка лежала в кровати в домашнем платье (халатов она не признавала) с книгой в руках; я узнала один из привезенных мной из Москвы романов – «Бабий ветер» Дины Рубиной. На подоконнике в большой стеклянной банке красовался роскошный букет сирени, а на тумбочке – блюдо, полное фруктов.
– У тебя появился тайный поклонник? Дай угадаю, какой-нибудь отставной генерал? – пошутила я, целуя Серафиму.
– Ты права, деточка. – Захлопнув книжку, бабуля поднялась и с улыбкой обняла меня. – Кто-то второй день присылает мне гостинцы и цветы. Но надеюсь, что он или она скоро раскроет свое инкогнито.
Появление таинственного незнакомца после всех недавних событий не могло не насторожить меня, а когда Симочка достала большую коробку дорогого шоколада, я вспомнила любимый сюжет многих детективов – отравление присланными кем-то конфетами – и отказалась.
– Думаю, тебе тоже не стоит сейчас есть сладкое, ба, все-таки в больницах нужно соблюдать предписанную врачами диету. Давай я лучше угощу медсестричек и нянечек, когда буду уходить, – предложила я, и бабушка с готовностью поддержала мою идею.
Мы поговорили о ее самочувствии, о процедурах и прочих больничных делах. Несмотря на уверения Серафимы, что ей уже гораздо лучше, мне показалось, что она чем-то обеспокоена, и я решила перед уходом заглянуть к ее лечащему врачу.
– Знаешь, я тут все думала над нашим с тобой разговором о прошлом, ну, когда мы фотографии рассматривали, – зашла я издалека. – Мы так мало знаем о своих предках, об истории, семейных реликвиях. Я хочу все это записать, чтобы потом можно было передать детям, внукам.
Видя, как старушка взбодрилась и заулыбалась, я поняла, что моя идея ей понравилась, и продолжила:
– Давай начнем с какой-нибудь необычной истории, связанной с домом купца Попова. Я уверена, что есть какие-то семейные легенды, а может, что-то сохранилось у тебя с тех времен, кроме фотографий?
– Конечно, Кирочка, я постараюсь рассказать тебе все, что помню. Как же я сама не догадалась записать рассказы маменьки! Но память меня пока не подводит, так что мы сможем с тобой восстановить все семейные предания. Хотя ничего ценного у меня не осталось, мама все распродала, чтобы прокормить меня и Стефана. Так, кое-что из посуды, статуэтки, столовое серебро – его я для тебя сберегла. Некоторые украшения, правда, старомодные, я забрала в пансион, но после моей смерти они достанутся тебе на память. И мебель в квартире, она громоздкая, несовременная, но ты уж, деточка, не выбрасывай ее, пока я жива…
– Ну, бабуля, отставить такие разговоры! – Я изобразила строгого командира. – Твои шкафы мне лично очень нравятся, и я не собираюсь их менять. Такое качество сейчас днем с огнем не найти, сплошь ДСП.
Серафима, воодушевившись, пустилась в воспоминания о днях своего детства, тех далеких счастливых временах, когда были живы ее родители и брат. Я включила диктофон, чтобы потом внимательно прослушать все и отметить детали. Но бабуля быстро утомилась, а тут и дежурная сестра принесла очередную порцию лекарств и позвала на обед.
Мы попрощались, я прихватила с собой коробку конфет и незаметно сунула ее в мусорный бак у ворот больницы. Так, на всякий случай…
– Нинуль, я становлюсь параноиком? Мне всюду мерещатся недоброжелатели, постоянно кажется, что за мной кто-то наблюдает. – Ответив на очередной звонок подруги, я не дала ей слова сказать, так хотелось выговориться.
– Вот только не развивай в себе комплекс жертвы, дружочек, – пыталась успокоить меня Ниночка. – Хотя после таких потрясений это немудрено. Твой страх понятен, и, увы, теперь он долго будет с тобой. Главное, не преврати его в фобию.
– Я стараюсь, работа меня отвлекает. И ты меня поддерживаешь. Все, не буду раскисать, займусь витражами.
– Звони мне в любое время, Кирюш.
Из дневника следователя Савельева
Рыбнинск, 29 мая 2017 года
Уютно начавшееся на Кириной кухне утро продолжилось, увы, не на такой же приятной ноте.
Не успел я войти в свой рабочий кабинет, как зазвонил телефон внутренней связи и полковник Чудаков потребовал явиться с отчетом. Хмурое выражение лица моего начальника и клубы табачного дыма вокруг не предвещали ничего хорошего. Ему уже доложили о вчерашнем нападении на Киру Демину, которое делало несостоятельной версию о неосторожном убийстве Люськи Романовой случайным грабителем. А для других серьезных версий у меня пока не было никаких веских аргументов. Только интуиция подсказывала мне, что впереди нас ждут новые неприятности. Этими соображениями я и поделился с полковником.
– Ну и что, Игорь Анатольевич, ты собираешься делать со своими предчувствиями и предположениями? К делу их подошьешь? Плохо работаете, медленно, топчетесь на месте. Почему не разрабатываете этого польского ученого, который крутится вокруг Деминой? Ждете, когда он уедет из России? Давно пора с ним побеседовать, для начала неформально, тактично: международные скандалы нам тут тоже ни к чему. Но слишком много совпадений и ведущих к нему следов. Давай-ка все отложи и займись им. А я пошлю запрос по линии Интерпола, не засветился ли где наш иностранный гость. Что стоишь? Иди работай! – И Чудаков решительно махнул в сторону двери.
– Слушаюсь, товарищ полковник! – бодро ответил я и поспешил удалиться.
Вернувшись к себе, я быстренько набросал план оперативных мероприятий на ближайшие дни, просмотрел результаты дактилоскопической экспертизы: отпечатки Аркадия Мельникова, уборщицы тети Веры, врача Круглова и Михаила Мирошкина не совпадали с обнаруженными на орудии убийства и в мастерской Киры. Пытаясь уловить какую-то
