Ками… я перевел ее в наш замок и жалею, что не сделал этого вчера. Девчонок тоже. Теперь думаю, как сказать об этом Лин.
– Как можно раньше, – отправляя Лин вестник, заявляю уверенно, – все и всегда нужно говорить не откладывая. Это я заучил наизусть.
– Грег, ты меня звал? – девчонка явно бежала.
– Да, пора проведать твою сестру, мы ей обещали. Но сначала вы зайдете в тюрьму и отведете в замок Сарда, он волнуется за Ками.
– После сегодняшнего нападения сыщиков, – поясняет невесте Дорик, – пришлось отправить ее с дочерьми к моей матушке. Но если не захочешь, мы туда не пойдем…
– Посмотрим, – фыркнула Лин, и они исчезли.
Я одобрительно усмехнулся и отправился к ученикам, все же именно они сейчас для меня самое главное дело.
К тому моменту, как по школе разнесся негромкий, но звонкий сигнал обеденного гонга, мы успели обсудить несколько важных вопросов и утрясти пару проблем.
Как я и ожидал, узнав, что можно навестить родных и успокоить матерей, все мои подопечные захотели хоть на часок сходить домой. И хотя изначально я не собирался давать им выходных в первые же дни, но должен был признать это желание справедливым. Но и отпустить всех разом и без защиты тоже не мог, и потому большую часть времени мы затратили на составление графика.
Против очерёдности кадеты не спорили, мне удалось им доказать, что нельзя уйти всем сразу. Протест учеников вызвало мое второе условие, ходить домой они смогут только под присмотром Дорика, Пока кадеты возмущались потихоньку, но можно было не сомневаться, постепенно осмелеют и однажды мне придется решать еще и эту проблему.
Дор выпрыгнул из зеленого пути с Лин в руках, когда мы мирно доедали второе и не все сразу поняли, что происходит.
Ну лично я в первую секунду почему-то решил, что они дурачатся, но сообразил, как ошибаюсь, едва глянул на лицо сына. Оно кривилось от гнева и боли, и понятно было лишь одно, где-то там, далеко, стряслось что-то настолько гадкое, что смогло вывести из себя Дора, пребывавшего в последние дни в самом умиротворенном настроении.
– Успокойся! – рявкнул он, опуская девушку на стул, схватил стакан с лимонадом и выплеснул ей в лицо.
– Самодур! – зло огрызнулась она, слизывая стекающие по губам капли, – развяжи меня!
– Уже, – буркнул Дорик, плюхаясь на сиденье.
– И никогда больше не смей связывать! – Лин вскочила с места, залепила Дору пощёчину и помчалась к выходу.
– Это спасибо за спасение? – ехидно бросил ей вслед мой напарник.
– Какое еще спасение? – сделав в запале еще пару шагов, резко остановилась девушка. – от кого?
Но Дорик, жадно глотавший квас, не ответил.
– Объясни, что произошло? – осторожно осведомился я, стараясь не смотреть ни на застывшую статуей Лин, ни на притихших кадетов.
– Засада, – допив квас, хмуро буркнул он и пояснил, – как только мы вошли в гостиную ее дома, со всех сторон полетели парализующие заклинания. Они нашей, южной школы, потому мои амулеты опознают мгновенно. А зеркальную защиту я ставлю не задумываясь, машинально. И обычно это лучшее противодействие, отскакивая, заклятья поражают хозяев. А эти были закрыты щитами и устояли. Потом появился какой-то сыскарь и начал рассказывать Лин, какой я негодяй. И как глупо она поступает, доверяя мне. Красиво так говорил, убедительно… мне даже смешно стало… а она разозлилась и принялась на него кричать, доказывать… потом откуда-то выхватила кинжал… И только в тот момент я сообразил, что он ее специально подзадоривает… и вообще, скорее всего, эмпат.
– Не может быть… – обмер я.
Эмпатия – редкая способность, и ковен трясется над каждым одаренным, проверяя всех подростков, за кем замечены особые возможности влиять на окружающих. И если повезет найти эмпата, его тщательно учат и воспитывают, всячески оберегая от ухода в черные маги. Поэтому среди сыскарей таких быть просто не может, цитадель давно бы заметила. Сейчас мне как никогда помог бы совет Клары или Леона… но, чего нет, того нет. Кстати… я снова упускаю одну тонкость, но говорить о ней лучше без учеников.
– Пойдем в мой кабинет, – киваю Дору и он с готовностью поднимается со стула.
– А я? – встревоженно смотрит Лин и виновато шепчет, – Прости, пожалуйста, Дор. Я погорячилась.
– Будешь должна, – насмешливо фыркнул тот, и по веселому блеску его глаз я вдруг отчетливо понял, что бурную ссору эти жулики перед нами просто разыграли.
Вот же комедианты! Возмутился я, но поставив себя на место Дора, вынужден был признать его правоту. Очень нелегко, находясь рядом с любимой девушкой, изображать из себя равнодушное бревно.
– Что должна? – Нахмурилась Лин.
– Что? Дай подумать… может свидание? – уже откровенно флиртует Дор.
– Какое еще свидание? – очень правдоподобно возмутилась она, – ну и наглец!
Духи открыли для нас зеленый путь и уже шагая в него, я заметил одобрительные усмешки учеников. Похоже, Дорику удалось решить задачку, и повернуть симпатии кадетов в пользу Лин.
– Ну и что там было на самом деле? – спрашиваю сына, едва мы оказываемся в моей комнате.
– Все так и было. Только Лин, хотя и зеленела от гнева, но держалась. Сард ее хорошо натренировал… сыщик чуть зубами не скрипел от злости, не ожидал он встретить такого противника в зеленой девчонке. Хотя вся его гнусная ложь готовилась не на нее и даже не на меня, а на тебя, а он просто не мог отступить, когда понял, что они напали не на того. Нам Хильда сказала.
– Она тоже там была?
– Ну да, сидела в центре комнаты в кресле. На нее духи меня и вели. Так вот, она говорит, сыщики показали ей указ… якобы ты захватил их коллег… и она обязана им помогать. Тебе не кажется, что тебя все время вынуждают действовать незаконно? Вот сейчас, услыхав его оскорбления, как поступил бы любой мужчина? Ответил. Кто как мог… а ты можешь многое. Отправить их в тюрьму, в гоблинские пустоши, в лес.
– Но я же не любой мужчина? Я око и должен судить справедливо, – продолжил я, понимая его мысль. – но если меня очень сильно разозлить, то могу сорваться… они так считают. И в ярости жестоко покараю наглецов… и это самоуправство станет еще одним черным камнем, доказывающим – что? Ненадежность, опасность, а значит и ненужность нашей службы, незаслуженно, по мнению сыскарей, ставшей для короля важнее остальных.
Ответ пришел сам, собственно он уже напрашивался и Дален несомненно его уже знал, как и самые опытные и проницательные наши коллеги.
– Вот именно, – мрачно подтвердил Дор и продолжил рассуждать, – Поэтому я не стал их отправлять
