— Что вы сделали, миледи? — тихо спросила я.
Леди Эрселла поймала мой взгляд, вскочила с кровати, подбежала ко мне и обхватила ручками.
— Я не хотела, не хотела, чтобы они умерли! — рыдала она, уткнувшись в мою юбку и вздрагивая всем телом.
Я автоматически погладила её по волосам.
— Но зачем…
— Она перестала работать, — девочка на секунду оторвалась от моей юбки, кивнула на сломанную палочку, а потом снова зарылась в неё. — Вы сказали, что это значит, что она устала.
— Да, и велела вам подождать меня.
Я всё ещё не могла прийти в себя: получается, когда в палочке иссякла энергия, леди Эрселла просто забрала её у живых существ.
— Я не хотела, чтобы так вышло! Я просто хотела поиграть, а она не работала. Я играла! — закричала она и подняла на меня перекошенное личико.
Внезапно в глубине её глаз вспыхнула злость, и она меня оттолкнула.
— Это вы во всём виноваты! Это вы мне её дали!
Я потянулась к ней.
— Успокойтесь, миледи. Ничего страшного, вы ведь этого не хотели.
Но она отшатнулась и уже не слушала меня.
— Уходите! — завизжала она, тяжело дыша.
Теперь она выглядела пугающе: оскаленные коричневые зубы обезобразили личико, глаза пылают, пальцы с загнутыми звериными когтями напряжены и неестественно вывернуты.
В девочке вдруг проступило что-то незнакомое, неуправляемое.
— Миледи, послушайте…
— Уходите, видеть вас не желаю! — завизжала она, кинула в меня очередной подушкой и продолжала кидать до тех пор, пока я не покинула комнату.
— Я не виновата! Я всего лишь хотела поиграть! — неслось мне вслед.
— Леди Эрселле просто надо побыть одной, — сообщила я ожидавшим в коридоре слугам. — Она расстроена, но ничего серьёзного, это скоро пройдёт. Всё в порядке.
На самом деле всё было совсем не в порядке, но они действительно не могли ничем помочь. Служащие начали расходиться, пожимая плечами и обмениваясь недоумёнными взглядами. При них я старалась сохранять спокойствие, но, стоило им скрыться за поворотом, перестала сдерживаться и глубоко вздохнула.
Я и сама не могла понять, почему вполне обычная детская истерика так меня встревожила. Пытаясь мысленно найти ответ на этот вопрос, я опустила взгляд и заметила спереди на подоле мелкие дыры от когтей. При виде выпотрошенных пустот и свисающих ниток, я вдруг поняла, в чём дело. Там, в этой комнате, я впервые увидела в ласковой девочке нечто, поразившее меня до глубины души: я увидела мелькнувшую в глазах леди Эрселлы жестокость.
И совсем уж некстати мне вспомнился сегодняшний сон — тот самый, в котором юная графиня звала Матильду поиграть.
ГЛАВА 19
Поднявшись в свою комнату, я зашила подол, после чего вынула и ещё раз хорошенько осмотрела карандаш. Он выглядел точно так, как в тот момент, когда я передавала его виконту: гладкая поверхность, покрытая фиолетовым лаком. Какое-то время я ломала голову, пытаясь найти отгадку, но вскоре оставила эту затею и переключилась на другой, не менее важный вопрос: кто это сделал?
Это совершенно точно были не я и не виконт. Помимо нас, в зале было ещё шестеро. Леди Фабиану я сразу исключила: у неё не было магических способностей, только чары. Графу уже много лет запрещено пользоваться магией. Вздумай он всё-таки нарушить запрет, об этом тут же стало бы известно. Не знаю точно, как действует этот механизм, но стоит, допустим, мне преступить закон, использовав свой дар в личных целях, как отчет об этом мигом поступит куда нужно. И не успею я сказать: «Кремовый эклер», как окажусь под следствием с серьёзными обвинениями. Я ещё ни разу не получала предупреждений, а потому могла чувствовать себя в относительной безопасности. Мысль о самом страшном наказании — насильственном извлечении искры — иногда преследовала меня в кошмарах, но наяву я старалась об этом не думать.
Итак, оставались только гости и мистер Фарроуч. Но он был слугой, а значит, никогда не развивал искру, и также не способен на это. Я мысленно обратилась к трём оставшимся. Но, как ни старалась, не могла придумать, зачем им это нужно. Может, мистер Дрейк хотел таким образом подольститься к графине? Или же скучающая Дезире решила положить конец затянувшемуся представлению, чтобы снова поглотить всеобщее внимание? И то и другое казалось вполне правдоподобным, но сама я почему-то в это не верила, чувствуя, что дело в другом. О последнем, мистере Брауне, я не могла толком ничего сказать: он мало говорил и много пил. Пока на этом всё.
Помимо воли, мои мысли возвращались к мистеру Фарроучу — слишком уж большим совпадением казалось его появление в нужный момент. Вот он бы точно помог виконту просто ради хозяина, которому, как свидетельствовало всё виденное мною ранее, был искренне предан. Но, как бы мне ни хотелось найти разгадку, пришлось отказаться от этой мысли, ввиду вышеупомянутых объективных причин.
Услышав шум во дворе, я выглянула в окно и увидела всю компанию, спускающуюся по лестнице. Мужчины переоделись в простые охотничьи костюмы, женщины же, наоборот, принарядились. На Дезире была уже другая, лиловая, амазонка модного кроя, с золотыми пуговицами, перегруженная вышивкой и деталями. Леди Фабиана, напротив, была облачена в простой наряд карминового оттенка. Но даже невооруженным глазом было видно, что эта подчеркнутая и очень шедшая ей простота обошлась графу многократно дороже, чем все рюшечки Дезире. Последняя шла под руку с хозяином замка и без умолку о чём-то трещала.
Лаконичное замечание мистера Брауна о погоде было совершенно справедливо в обеих частях: туман рассеялся; туман рассеялся немного. Не представляю, как они собираются охотиться в этой дымке. Но это препятствие, похоже, только подогревало участников безумной затеи. Они расселись по лошадям, и вскоре цветная кавалькада выехала за ворота. Яркие пятна ещё какое-то время маячили за оградой, постепенно бледнея, пока их окончательно не поглотило белое марево. Последними затихли звуки — повизгивающий смех Дезире и лай собак.
Я отошла от окна и убрала карандаш в ящик комода. Неизвестно, сколько они будут отсутствовать, а потому нельзя терять ни минуты. Я собиралась воспользоваться отсутствием хозяев, чтобы отыскать комнату, где, как надеялась, найду ответы на свои вопросы или хотя бы на часть из них. Проще говоря, я хотела отыскать и хорошенько обыскать комнату Мэтти. А может, мне и не придётся её обыскивать? Вдруг улика окажется на самом видном месте? Я вдруг представила расплывающееся на ковре огромное вишнёвое пятно и поскорее стерла этот образ. Для начала нужно найти саму комнату, открыть её (благо, двери снабжены замочными скважинами, а они, в свою очередь, сделаны из твёрдой материи), а потом уже делать выводы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
