о том, как и почему он занял власть?! Как ты берешься судить?! — Илиана шагнула вперёд. Ближе. Ещё ближе. Перед глазами стояли пустые глаза энтарха. Этот человек заставил его снова и снова переживать кошмар своего прошлого наяву. Она вспомнила крик: «Мама!». Он всё ещё звучал в ушах.
Вард смотрел на неё, пожалуй, с интересом, словно диковинную игрушку рассматривал. Смотрел и молчал. Поединок взглядов. Она должна узнать. Должна! Потому что иначе Герхарт погибнет.
Наконец, она заговорил.
— Хочешь узнать, чем я отравил твоего жениха? Тогда сыграй со мной партию в ракс. Если выиграешь — я тебе расскажу. Если проиграешь — уйдёшь отсюда ни с чем.
— Я согласна, — кивнула она, не раздумывая.
Глава 11
Даже если бы он предложил ей смерть за жизнь энтарха, она бы согласилась. Потому что вдруг, внезапно, ей открылась истина — без него ей не нужна эта жизнь. Без него она будет пуста и лишена смысла. Так получилось, что меньше чем за месяц энтарх Эстарии стал её смыслом и её жизнью. И пусть он никогда не испытает того же, что она, пусть! Её любви хватит им двоим. А то что она полюбила, Илиана поняла так же внезапно, как и то, что энтарх стал её жизнью. Поняла и приняла.
Она спокойно смотрела, как Вард раскладывал фигурки ракса. Ожидаемо, он будет играть за чёрных. И теперь от её игры действительно зависит жизнь Герхарта. Она вспомнила свой сон и как энтарх падал, словно одна из фигурок ракса, падал чтобы уже не подняться. Стало страшно. Но Илиана сжала губы. Её воспитывали как принцессу. Она не имеет права на слабость. От неё зависит жизнь любимого человека и участь целой страны.
Поэтому она попыталась отбросить все мысли в сторону. Присела на стул, что подвинул ей Вард и сосредоточилась на партии. Он пошёл первым. Игра началась. И теперь Илиана не видела ничего кроме фигурок на доске. Время пошло.
Она не знала, сколько длилась партия и сколько времени сейчас на улице. Может быть, уже рассвело, а может и совсем день настал. Ей казалось, что игра длится бесконечно. Но ни есть ни пить не хотелось. Азарт захватил её. А ещё она знала, для чего она играет и каждый правильный ход приближает её к ней.
Раз! И чёрный легионер пал смертью храбрых, а она шагнула вперёд. Два! И чёрный полководец тоже пал, а она стоит под стенами крепости. Три! И чёрный король в осадном положении. Илиана склонилась над доской, когда услышала:
— Вам так дорог энтарх, что вы превратили игру в поле битвы? — В этот раз в голосе её врага ей послышалось уважение.
— Я его люблю, — выпалила она, не подумав, покраснела и опустила глаза ещё ниже, упорно всматриваясь в фигурки ракса. Нехорошо получилось. Вард может использовать эту информацию против неё. Но Илиана так устала просчитывать ходы, переживать и нервничать. Она почти не спала эту ночь и чувствовала себя сейчас летящей стрелой — всё тело напряжено и ждёт… пожалуй, исхода партии и не только партии.
Вард промолчал, только сделал ход. Его легионеры и король сражались яростно и жестоко, но Илиану вела вперёд любовь. Ход и ещё ход и ещё. Наконец, после яростной битвы, белый король шагнул за стены крепости. Чёрный был повержен. Она победила!
— Вы — победили, принцесса! — В голосе Варда слышалось удивление и уважение и что-то ещё, чему она не могла дать название.
Илиана отодвинула стул, встала, выпрямилась и посмотрела на Варда.
— Обещание, — напомнила ему.
Он тоже встал и облокотился на стол. Человек, который был перед ней сейчас ничем не напоминал того Варда, непримиримого врага энтарха с холодными глазами, который встречал её в начале партии. Теперь перед ней был страстный мужчина, который словно сбросил маску. Он смотрел на неё, так смотрел, будто этот поединок был продолжением ракса. И Илиана не отвела взгляд. Ей нечего стыдиться. Она борется за своё счастье. Несколько секунд молчания, а потом Вард как-то странно усмехнулся и произнёс:
— Это сок жёлтого ладина. Я пропитал им тряпицы и бросил их в огонь как раз тогда, когда на пожар подъехал энтарх с отрядом. При горении этот сок выделяет очень едкий и опасный дым. Если человек им надышится, у него возникают видения, в которые он всё больше и больше погружается, а потом наступает смерть, ибо яд действует медленно и необратимо. Практически, — и он внимательно посмотрел на неё. Но Илиана ничем не выдала своего волнения. Хотя ладони вспотели от страха. — Но яд можно обратить вспять и вывести из тела, если вовремя развесить по комнате сушёные пучки рамаха розового и поджечь их. А ещё давать по чайной ложке настоя сироны каждый день.
— Благодарю вас, — ответила Илиана тихо, когда Вард замолчал.
Она развернулась и шагнула к двери, уверенная, что её там встретят, а ещё почему-то уверенная в том, что их враг сказал правду. Потому что… он не показался ей человеком бесчестным, не способным сдержать слово.
— И вы поверите мне вот так, просто, принцесса? — Он словно прочитал её мысли.
— А у меня есть какие-то основания вам не доверять? — Спросила она спокойно.
— Я ваш враг, не забывайте об этом, — он снова усмехнулся и посмотрел на неё. И Илиана едва не задохнулась — в глазах была тоска, неизбывная, чёрная, пугающая. Она в едином наитии поняла, что Вард искал смерти, потому что ему не для чего было жить.
— Вы прежде всего враг самому себе, — прошептала она и увидела, как в удивлении поднялись брови Варда.
— Вы слишком проницательны, принцесса, — наконец нашёлся с ответом он. — И слишком наивны. А ещё заслуживаете лучшей участи, чем быть невестой энтарха. Скоро в Эстарии начнётся большая заварушка и лучше вам оказаться подальше отсюда. Послушайтесь моего совета — хватайте своего энтарха в охапку и уезжайте отсюда.
— Он не уедет из своей страны, — покачала головой Илиана. — А вместе с ним и я.
— Ему придётся, — покачал головой Вард. А потом встал. — Я сам провожу вас, принцесса. На улицах нынче неспокойно.
— Благодарю, — кивнула Илиана. Наверное, ей надо было бояться Варда, но она видела в нём лишь запутавшегося и усталого человека. А ещё хотелось бежать
