Глаза ее снова обратились на дверь спальни. Неужели он действительно заставит ее ждать?
— Открой, — настойчиво произнес Джошуа, протягивая ей шкатулку.
Крышка поддавалась с трудом. Когда Денни наконец открыла ее, она поняла, почему. Вместо кольца внутри лежал плотно свернутый лист бумаги. Она осторожно развернула его и стала читать, пытаясь понять юридические термины, которыми изобиловал текст.
Наконец до нее дошло. Джошуа передавал ей в собственность угодья Лосиного Озера.
— Это теперь твое, Денни, и ты можешь делать здесь все, что хочешь.
Она улыбнулась сквозь навернувшиеся слезы.
— Как ты хочешь сыграть свадьбу? — спросил он. — Я хочу, чтобы у нас было все. Платье, цветы, церковь...
— Нет, — сказала она. — Ничего такого мне не нужно. — Денни вдруг покраснела. — Джошуа, я не могу больше ждать.
— Чего? — притворно удивился он.
— Ты знаешь.
— Скажи мне.
Она прошептала ему свой секрет на ухо.
— Ты права, — сказал он. — Черт побери, нам надо ускорить это дело. Что ты предлагаешь?
— Просто распишемся, и все.
Он рассмеялся.
— Я забыл, что у тебя уже есть свадебное платье.
— У меня его нет, — сказала она. — Я выйду за тебя замуж в горнолыжном костюме, чтобы сразу отправиться в свадебное путешествие.
— Это твое окончательное решение? — спросил он, подняв бровь.
— Боюсь, что да, — подтвердила Денни, еще сильнее покраснев. — Я хочу провести наш медовый месяц на Лосином Озере, в домике для новобрачных.
— Но ведь там все занесено снегом! — напомнил он.
Она улыбнулась. С ним ей ничего не страшно.
— Я знаю, — сказала она счастливо. — Я знаю.
— Но как мы доберемся до острова зимой? По льду я не смогу доставить тебя туда на каноэ.
— Джошуа...
- Да?
— Я верю, что ты придумаешь что-нибудь. — Денни помедлила, затем прошептала: — Я верю тебе.
И она увидела, что ее слова явились для него огромным даром. Ему так нужно было это признание! Она положила голову ему на плечо и почувствовала на своей талии тепло его руки.
— Я верю тебе, — снова прошептала она. — И буду верить всегда.
ЭПИЛОГ
Джошуа Коул стоял перед домиком «Отдых Ангела» на Лосином Озере. До него доносились звуки, которыми было наполнено лето, — удары футбольного мяча, смех, возгласы детей на пляже.
В одной руке он держал розу, в другой — лопату. Он искал подходящее место для того, чтобы разбить сад. Четыре года прошло с тех пор, как он в первый раз приехал сюда. Тогда впервые дрогнуло его сердце.
За четыре года дом на Лосином Озере почти не изменился. Изменилось все вокруг.
Денни обладала интуитивным пониманием того, что нужно, людям: семейное место отдыха, дом, не затронутый современными благами цивилизации — такими, как телевизор и компьютер, — которые разъединяют людей, живущих под одной крышей.
Лосиное Озеро стало первым семейным курортом компании «Солнце». Этот курорт не приносил много прибыли, но был любимым курортом Джошуа, потому что имел гораздо большую ценность, чем финансовый успех.
— Сиси, Сиси — голубые носочки!
Его сын Джед, которому теперь было уже одиннадцать лет, дразнил его племянницу, отказываясь называть ее Сьюзен, как она требовала с того дня, когда ей исполнилось восемь лет. Его племянник Джейк, теперь уже четырехлетний, испытывал такое же презрение к появившемуся у Джошуа и Денни младенцу, которое Сиси когда-то испытывала к нему самому. Салли и Майкл стали управляющими имения, и к ним на лето приехали три внука — после смерти их матери Дарлин. Джед, вместе с Морганами, тоже приезжал на все лето. Джошуа не переставал восхищаться великодушием Морганов, которое они проявили, когда впустили его в свою жизнь, ни минуты не колеблясь. Они научили его тому, что любовь безгранична, и если ее пытаются втиснуть в какие-то рамки, то она перестает быть любовью.
Мелани и Райан буквально влюбились в Лосиное Озеро, как только увидели его. А Сиси и Джейк вели себя так, словно были здесь хозяевами.
И никто не хотел никакого бассейна. Или новой пристани. Или новой мебели, или уличного бара.
Никто не хотел никаких изменений.
В это лето молодые супруги впервые привезли сюда свою малышку. Джошуа боялся, что четырехмесячный младенец будет мерзнуть в холодные ночи, страдать от мошек или шумных детей, которые норовили потискать ее. Но Денни смеялась над ним.
Он даже не представлял, что Денни станет такой: сверкающей красотой и светом, наполненной смехом и страстью. Она незаметно стала центром вселенной, излучающей искры любви.
И как только он подумал о ней, то сразу же увидел ее сквозь ветви деревьев.
Она играла с детьми в футбол — с развевающимися волосами, сильная и стройная.
Иногда, когда он вспоминал ее пышные формы при первой встрече, ему хотелось, чтобы она снова пополнела.
Но Денни сказала ему, что если женщина любит, то ей не нужен никакой шоколад. И через четыре месяца после рождения ребенка она была уже в прекрасной форме.
Вспомнив о саде, который Салли хотела разбить в память о Дарлин, Джошуа снова принялся копать.
Посадив в ямку розу, он аккуратно примял вокруг нее землю и засмотрелся на тугие бутоны, обещавшие стать белыми роскошными цветами.
Ему вдруг показалось, что он находится в волшебном царстве, наполненном любовью и розами.
— Па-па Джош! — разнесся по холмам голос Джеда. — Ты идешь? Нашей команде нужна поддержка.
Джошуа напоследок еще раз потрогал розу, встал на ноги, взглянул на озеро — на маленький домик на острове. И вспомнил.
Умопомрачительная Денни. Он целовал ее пальчики на ногах до тех пор, пока они оба чуть не потеряли сознание. И слились в единое целое, чтобы создать безграничное чудо — совместную жизнь.
— Па-па Джош! — с нетерпением кричал Джед.
— Иду! — отозвался Джошуа и побежал с холма по старой скрипучей лестнице, прыгая через две ступеньки и спеша к тому миру, о котором он раньше даже не мог мечтать.
Этот мир ждал его, когда он бродил по бездорожьям во тьме. Иногда этот мир называют идиллическим.
Но Джошуа знал, что настоящее имя его — любовь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
