Первого и самого крупного успеха системы ПВО Грузии достигли спустя более суток после начала боевых действий, ранним утром 9 августа, когда им удалось сбить в районе села Карбаули Сачхерского района Грузии [5] (около 50 км к северо-западу от Гори) российский дальний бомбардировщик Ту-22М3 из состава 52-го гвардейского тяжелого бомбардировочного авиационного полка (аэродром Шайковка). При выполнении несколькими Ту-22М3 полка ночного вылета на бомбардировку базы одной из пехотных бригад Грузии группа бомбардировщиков проследовала обратно тем же маршрутом, что и к цели, при этом, по неофициальным источникам, по неясной причине снизилась с высоты полета 12000 м до 4000 м. По данным анонимного российского военного источника, самолеты были обстреляны грузинским ЗРК «Оса-АК/АКМ». Попадание ракеты в бомбардировщик вызвало отказ ключевых систем самолета, он оказался обесточен.
Один из членов экипажа, второй пилот майор Вячеслав Малков, катапультировался и был взят в плен грузинами. При приземлении он получил компрессионный перелом трех позвонков и перелом руки, был помещен в поселковую больницу, а впоследствии переведен в Тбилисский госпиталь. 19 августа Малков был обменен на грузинских военнопленных. Командир Ту-22М3 подполковник Александр Ковенцов катапультировался после Малкова и пропал без вести. Остатки его катапультного кресла были найдены, [6] но он сам или его тело не обнаружены до сих пор. Впоследствии грузинской стороной были переданы образцы ДНК неопознанного тела, которые на 95% совпали с ДНК матери подполковника Ковенцова. Дополнительные анализы должны определить, найден ли наконец командир российского бомбардировщика.
Спустя несколько недель после войны на территории Южной Осетии, в труднодоступной малонаселенной местности рядом с границей с Грузией, поисковой группой были найдены обломки упавшего самолета и в них тела остальных членов экипажа, майоров Виктора Прядкина (штурман) и Игоря Нестерова (оператор систем вооружения). Следует указать, что вопреки ранним ошибочным сообщениям СМИ сбитый Ту-22М3 не являлся самолетом-разведчиком.
Утром того же дня, в 10.20 9 августа, ПВО Грузии удалось сбить еще один российский самолет, на этот раз фронтовой бомбардировщик Су-24М из состава 929-го Государственного летно-испытательного центра (аэродром Ахтубинск). [7] Он совершал вылет в составе группы из трех бомбардировщиков с задачей подавления грузинской артиллерии [8] в районе села Шиндиси (между Гори и Цхинвалом). После совершения первого захода самолет был сбит на глазах многочисленных грузинских очевидцев, моменты попадания по нему и падения горящего самолета были сняты на камеры мобильных телефонов и позже выложены в Интернете. [9], [10] По рассказу очевидца, [11] по самолету было произведено два неудачных пуска ракет из ПЗРК, но третьей ракетой он был поражен. По сведениям польских СМИ, Су-24М якобы был поражен из ПЗРК польского производства Grom 2. [12]
Попадание вызвало сильный пожар, и экипаж катапультировался, но обломками самолета был поврежден купол парашюта штурмана полковника Игоря Ржавитина, в результате чего он погиб при ударе о землю. Командир экипажа полковник Игорь Зинов, получивший обширные ожоги и сильный ушиб позвоночника, был взят в плен, после чего доставлен в Горийский военный госпиталь, а оттуда эвакуирован в госпиталь в Тбилиси и помещен вместе с майором Малковым. 19 августа оба они были обменены на грузинских военнопленных. Сбитый Су-24М упал в сад частного дома в селе Дзевери, не вызвав жертв и разрушений на земле. Его обломки были сняты на видео и в тот же день продемонстрированы по грузинским телеканалам. [13] Фотографии обломков этого самолета позднее были опубликованы в грузинском журнале «Арсенал» [14] и некоторых иностранных СМИ.
Почти одновременно с ахтубинским Су-24М, около 10.30 утра 9 августа, были сбит и модернизированный штурмовик Су-25СМ командира 368-го штурмового авиационного полка полковника Сергея Кобылаша. Пара штурмовиков, в которой он был ведущим, атаковала грузинскую колонну к югу от Цхинвала, на дороге Гори–Цхинвал. На выходе из первого захода самолет Кобылаша получил попадание ракеты ПЗРК в левый двигатель, в результате чего тот вышел из строя. Кобылаш вынужден был прервать атаку и с ведомым возвращаться на базу. Через некоторое время при пролете над южными окраинами Цхинвала на высоте 1000 м самолет был поражен ракетой ПЗРК уже в правый двигатель, оставшись без тяги. Летчик в планировании постарался отвести самолет как можно дальше от «линии фронта», чтобы катапультироваться в расположении дружественных войск. Катапультировался он уже севернее Цхинвала и успешно приземлился на территории Южной Осетии, в одном из сел грузинского анклава в Большом Лиахвском ущелье, после чего был быстро подобран российским вертолетом Ми-8 поисково-спасательной группы из состава 487-го отдельного вертолетного полка (Буденновск). При катапультировании и приземлении травм Кобылаш не получил. [15]
Кем был сбит Су-25СМ полковника Кобылаша, остается неясным. В Цхинвале, над которым он получил второе попадание ракеты ПЗРК, на тот момент не было грузинских войск, но они были сосредоточены неподалеку, в селах у окраин города. С другой стороны, спустя примерно полчаса после падения его самолета Государственный комитет печати и массовой информации Южной Осетии распространил заявление об сбитии над городом силами ПВО Южной Осетии одного из двух грузинских штурмовиков, попытавшихся осуществить налет на Цхинвал. [16] По имеющейся информации с грузинской стороны, 9 августа грузинские штурмовики вылетов уже не совершали, [17] так что, по всей видимости, за грузинские самолеты были приняты и обстреляны поврежденный самолет Кобылаша и сопровождавший его ведомый, вошедшие в воздушное пространство над городом со стороны Грузии.
9 августа стало самым тяжелым днем для российской авиации, в общей сложности в этот день было потеряно четыре самолета. Четвертым стал штурмовик Су-25БМ майора Владимира Едаменко из 368-го штурмового авиационного полка. Об обстоятельствах этого вылета телеканалу «Рен-ТВ» рассказал его ведомый капитан Сергей Сапилин. [18] Их пара штурмовиков получила задание на сопровождение с воздуха российской военной колонны, следовавшей из Джавы в Цхинвал. Сразу после пересечения Кавказского хребта и вхождения в воздушное пространство Южной Осетии экипажи визуально обнаружили приближение истребителей, идентифицированных ими как МиГ-29 неизвестной принадлежности. В качестве предосторожности штурмовики начали выполнять противоистребительный маневр. Российские МиГ-29, сблизившись и проведя визуальную идентификацию, отвернули.
Практически сразу после этого, в районе Джавы, [19] над территорией, контролируемой российскими войсками, ведомый майора Едаменко обнаружил радиооблучение своего самолета с земли и увидел горящий Су-25БМ своего ведущего, идущий в пологом пике к земле. На запросы ведомого по радио Едаменко не отвечал, не сделал он и попытки катапультироваться, что может говорить о том, что майор был убит или тяжело ранен. Самолет врезался в землю и взорвался, майор Едаменко погиб. Впоследствии начальник войсковой ПВО Вооруженных сил России генерал-майор Михаил Круш заявил об уничтожении российскими средствами ПВО «грузинского Су-25КМ». [20] Вероятнее всего, это и был штурмовик Едаменко.
Приблизительно между 15 и 16 часами дня 9 августа корреспондент телеканала НТВ Александр Викторов наблюдал обстрел воздушной цели российской зенитной самоходной установкой ЗСУ-23-4 «Шилка», прикрывавшей Гуфтинский мост. Впоследствии по направлению обстрела, на берегу реки Большой Лиахви у поселка Итрапис, на удалении около 1,6 километра от моста были обнаружены обломки штурмовика Су-25. Они были объявлены остатками сбитого «грузинского штурмовика» и 5 сентября подорваны специалистами российского МЧС, так как среди них находилось большое количество поврежденных неуправляемых реактивных снарядов. Побывавшие впоследствии на этом месте российские журналисты обнаружили на обломках российские опознавательные знаки.
Вероятнее всего, это и был штурмовик Едаменко, поскольку ко времени ввода в Южную Осетию российских комплексов ПВО грузинские самолеты вылетов уже не совершали. Проблемы с опознанием штурмовика российскими истребителями и установкой ПВО могут свидетельствовать о неисправности системы опознания «свой-чужой» на его самолете.
Шестой и последний сбитый самолет ВВС России был потерян уже под конец активной фазы конфликта, около 11 часов утра 11 августа. Это был фронтовой бомбардировщик Су-24М. По неофициальной информации из авиационных кругов, он входил в состав 968-го исследовательско-инструкторского смешанного авиационного полка 4-го Центра боевого применения и переучивания летного состава (Липецк). [21] Колонна российских войск, выдвигавшаяся из района Цхинвала в сторону Гори, ошибочно идентифицировав этот Су-24М как вражеский, произвела по нему несколько пусков ракет ПЗРК, в результате чего самолет был сбит [22], [23] в нескольких километрах к западу от Цхинвала, над территорией Южной Осетии. Летчики успешно катапультировались и были эвакуированы, обломки Су-24М упали в труднодоступной гористой местности. [24]
