Предлагаю взять под контроль биржевиков. Влиятельные финансисты, обладающие доступом к серьёзным капиталам…
— Биржевиков? — Велимир заинтересованно подался вперёд. — И как ты предлагаешь это сделать?
— Вы же наверняка слышали о поднежити или как их раньше звали «зашёптанных»? — спросил Темников, аккуратно поправляя манжету рубашки.
— Конечно, слышал, — проворчал Велимир. — Я ещё не выжил из ума, хоть ты и считаешь нас тут музейными экспонатами. Особая форма подконтрольных созданий, сохраняющих внешность живых. Ни живые, ни мёртвые… этакая золотая середина.
— Именно так, — кивнул Темников. — Я заметил, что вы пытаетесь вербовать людей через вакцинацию. Неплохая идея, но…
— Откуда тебе это известно⁈ — Велимир резко подался вперёд, его глаза сузились до щёлочек.
— У меня свои источники, — невозмутимо ответил Темников. — Суть в том, что ваш метод чрезмерно… демократичен. Вы захватываете всех без разбора — от дворника до секретарши. Тратите ценные ресурсы на тех, кто не принесёт существенной пользы.
Он выдержал паузу и продолжил:
— А через биржевых брокеров мы сможем точечно выбирать именно влиятельных и богатых людей. Тех, у кого есть собственные охранные структуры, личные армии, влияние в правительстве.
Графиня задумчиво постукивала пальцами по столу:
— Он прав, Велимир. Твои вакцины — это стрельба из пушки по воробьям. А нам нужны не воробьи, а ястребы.
— К тому же, — добавил Темников, деликатно улыбнувшись, — при заражении через прививку всегда остаются следы в организме. След, который может обнаружить опытный целитель. А нашёптывание воздействует на иные структуры сознания. Оно не оставляет физических следов — только ментальные, а их гораздо сложнее выявить.
— А разве это не детская сказка! — фыркнул Захар, впервые подав голос. — Выдумка для запугивания младших адептов.
— Вовсе нет, — возразил Темников. — «Шёпот» — древнее слово силы. Произнесённое определённым образом, оно засевает в человеке семя некротики. Услышавший его не осознаёт, что произошло. Начинает болеть, сам не понимая, чем и от чего. Нужно лишь дождаться, когда жертва окажется в больнице, навестить, активировать семя — и готово.
Велимир задумчиво пожевал губами:
— Поднежить… но практика считалась утраченной.
— Считалась, — мягко сказал Темников. — Но я сумел сохранить знания. И теперь предлагаю их вам. Представьте: десяток ключевых биржевиков под нашим контролем.
— И никто ничего не заподозрит? — с сомнением спросила графиня, постукивая серебряным пером по блокноту.
— Абсолютно, — кивнул Темников. — Жертва выглядит как обычно, говорит как обычно. Даже мыслит почти так же. Просто… с небольшими корректировками в приоритетах.
— Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, — проворчал Велимир, подозрительно сощурившись. — Какой подвох?
— Процесс требует времени, — признал Темников. — Мы научим этих биржевиков нашёптыванию. Превратим их в распространителей некротического семени. Биржевики ежедневно звонят десяткам потенциальных клиентов. Богатым, влиятельным людям. Представьте: каждый телефонный разговор, каждое предложение инвестировать будет содержать заклинание, внедряющее некротическое семя в сознание слушателя. — Вот-вот! — энергично закивал старый некромант. — Вместо впаривания бесполезных акций, они будут распространять наше влияние. Гениально!
Темников элегантно развёл руками:
— Жертвы даже не поймут, что произошло. Сначала лёгкое недомогание, странные сны, беспричинная тревога. Они отправятся к врачам, но никакое обследование не выявит причину. А потом, когда семя прорастёт достаточно…
— Мы навестим их, — глаза Велимира азартно блеснули. — Активируем семя! И получим целую армию влиятельных союзников!
— Богачи, вкладывающие деньги в наши предприятия, — продолжил Темников. — Политики, продвигающие нужные законы. Промышленники, производящие то, что нам необходимо. И никто не заподозрит некромантического влияния. Нам даже не нужно держать их под прямым контролем. Они действуют по собственной воле, просто эта воля… немного скорректирована. Только в критических ситуациях мы перехватываем управление.
— По рукам! Готовь мне списки! Что стоим? — воскликнул Велимир, стукнув кулаком по столу. — Десяток самых влиятельных биржевиков для начала. И проработай сценарий внедрения. Я хочу уже видеть первую поднежить!
* * *
Ростов-на-Дону встречал ночь с неохотой, огни города сопротивлялись наступающей темноте, отражаясь в водах тысячами дрожащих бликов. В особняке в районе, где селились только самые влиятельные фамилии города, Павел Николаевич Бутурлин стоял у окна своего кабинета.
В руке он рассеянно вертел свиток — темный пергамент, перевязанный алой нитью, тот самый, что оставил ему странный посетитель. Свиток связи, способный соединить его с тем, кого он некогда называл коллегой.
— В этой жизни я не повторю своей ошибки, — пробормотал Бутурлин, принимая решение.
Он медленно прошел к массивной картине. Отодвинул полотно, открывая взгляду простую металлическую дверь с цифровым замком. Набрал код, и дверь бесшумно отъехала в сторону, обнажая проход, ведущий в глубину дома.
Узкая лестница, освещенная тусклыми светодиодными светильниками, уходила вниз. С каждой ступенью воздух становился холоднее и влажнее — близость реки ощущалась даже через толщу земли и бетона. Но для мага воды эта влажность была не помехой — скорее, источником силы.
Бутурлин спустился в просторное подвальное помещение, оборудованное в соответствии с его специфическими потребностями. Раньше здесь был винный погреб, но Павел перестроил его. Стены были отделаны серым камнем, на полу — идеально гладкие гранитные плиты. По центру располагался бассейн, наполненный водой. Вдоль стен — столы с инструментами, книгами и магическими артефактами.
Но главным в этом помещении были незаметные для обычного глаза руны, покрывавшие каждую поверхность. Мерцающие голубоватым светом, видимым только для опытного мага, они образовывали сложную систему защитных заклинаний и ловушек.
Бутурлин потратил месяцы, создавая эту сеть.
— Пора с этим покончить, — произнес Павел, останавливаясь у бассейна. Он аккуратно развязал алую нить, и свиток сам собой развернулся, зависнув в воздухе. Символы на пергаменте начали светиться. Бутурлин глубоко вдохнул и прошептал:
— Алексей Мещерский. Демонолог. Я призываю тебя.
Воздух в центре помещения сгустился, задрожал, словно раскалённый над пламенем. Пространство скрутилось, образуя воронку. Затем воронка вспыхнула алым пламенем и схлопнулась, оставив после себя человеческую фигуру.
— Теперь ты Павел, — произнёс гость. — Надо же, какая встреча. Давно не виделись, не так ли?
— Действительно давно, — кивнул Павел, тщательно контролируя интонацию. — С нашей… последней совместной операции.
— Операции? — Демонолог усмехнулся. — Какое дипломатичное название для убийства. Я бы сказал — с нашего предательства.
Бутурлин сделал жест, приглашая гостя присесть на одно из кресел у стены.
Демонолог рассмеялся, но не принял приглашения, продолжая стоять:
— Мы уничтожили его. Двенадцать против одного. И всё равно едва справились.
