А может, этот Абендсен еврей? Они не сдались и все еще пытаются отравить нас своей стряпней. — Он с силой захлопнул книжку. — Настоящая его фамилия наверняка Абендштейн. Недаром СД уже занялась этим делом.
И здесь целесообразно одно: отправить кого-нибудь в Скалистые горы с визитом к герру Абендштейну. Интересно, Крайц фон Мере уже получил соответствующие инструкции? Наверняка нет, с учетом всей этой неразберихи в Берлине.
«Однако, — подумал Райс, — сколь опасна эта книга. Вот, если бы однажды обнаружили «того Абендштейна подвешенным к люстре, — это мигом отрезвило бы всех, кто подвержен влиянию книжонки. И последнее слово осталось бы за нами. Мы дописали бы, так сказать, постскриптум.
Несомненно, все это должен выполнить белый. Интересно, чем сейчас занят Скорцени?»
Погрузившись в размышления, Раис перечитал текст на обложке. А этот жидяра отлично забаррикадировался в своем Высоком Замке. Да, тут без дураков. Тому, кто пройдет туда и уберет его хозяине, отступать будет некуда.
А может, все это уже ни к чему? В конце концов, книга-то уже издана. Поздно. К тому же здесь японская зона. Япошки поднимут страшный шум.
Однако, если все устроить половчее и как следует направить…
Барон Гуго Райс сделал пометку в блокноте: следует представить материалы по этому делу бригаденфюреру СС Отто Скорцени, а еще лучше — Отто Олендорфу из III Отдела Главного Управления Имперской безопасности, где он, кажется, руководит спецгруппой Д.
Внезапно он ощутил приступ бешенства. «Я-то думал, со всем этим покончено, а оно, похоже, будет тянуться бесконечно. Война давно закончилась и, думалось, наконец-то воцарится спокойствие. А тут это африканское фиаско, сумасшедший Зейсс-Инкварт, попытки реализовать идеи Розенберга…
Этот Хоуп со своим анекдотом про марсиан прав. Марс действительно населен евреями. Они отыщутся и там, — пусть даже двухголовые и ростом в тридцать сантиметров, — все равно это будут жиды.
Ладно, у него есть свои обязанности. Времени на какие-то безумные авантюры с отправкой спецгруппы к Абендсену попросту нет. И так по горло всяких дел, вроде визирования документов немецких моряков или ответов на шифрограммы. Пусть кто-нибудь другой и где-нибудь повыше займется этим проектом… В конце концов, это их прямая обязанность.
К тому же, если инициатива будет исходить от него, а все в конечном счете завершится скандалом, нетрудно представить, где он очутится. В лучшем случае, под превентивным арестом в каком-нибудь Генерал-Губернаторстве, а то и в газовой камере, в которой живо дадут попробовать „Циклон Б"».
Он тщательно вымарал запись в блокноте и сжег страничку в пепельнице.
В дверь постучали, и вошел секретарь с изрядной стопкой бумаг.
— Речь доктора Геббельса. Вся полностью. — Пфердхуф положил листочки на стол. — Рекомендую срочно прочесть. Это одно из лучших его выступлений.
Закурив еще одну «Симон Арцт-70», Райс приступил к чтению речи доктора Геббельса.
9
К исходу второй недели поистине титанической работы фирма «Эдфрэнк. Производство ювелирных изделий» завершила изготовление первой партии товара. Изделия были разложены на двух обтянутых черным бархатом дощечках и помещены в квадратной формы корзинку японской работы. Эд Мак-Карти и Фрэнк Фринк сами изготовили визитки. Печать с названием фирмы вырезали из большой резинки, остальное отпечатали с помощью детского типографского набора. Под картон для визиток использовали цветные рождественские открытки. Получилось замечательно.
С любой точки зрения, работу можно признать профессиональной. Тщательно расследуя собственноручно изготовленные ювелирные изделия, визитки и самодельную выставку, они так и не смогли обнаружить дилетантских дефектов. «В конце концов, — подумал Фринк, — мы специалисты, правда, не ювелиры, но уж в работе с металлом толк понимаем, это точно».
Коллекция получилась достаточно разнообразной. Запонки из латуни, меди, бронзы и нержавеющей стали. Сережки — латунные, с серебряными украшениями. Серебряные колечки. Серебряные и латунные броши. Они сильно поиздержались на серебро — одна серебряная пайка чего стоила. Для брошей потребовалось несколько полудрагоценных камней: шпинель, нефрит, кусочки золотистого опала. Если дела пойдут неплохо, начнут экспериментировать с золотом, а возможно, и с некрупными бриллиантами.
Понятно, настоящая прибыль связана с изделиями из золота. Они уже думали о том, где бы им раздобыть золотой лом, — переплавленные обломки не представляющих художественной ценности украшений, — такие заготовки значительно дешевле. Однако и закупка лома сопряжена с огромными расходами, хотя от реализации одной золотой броши они выручат в сорок раз больше, чем от продажи латунной. Они могли бы назначить практически любую цену с учетом оригинальности замысла и качества исполнения, разумеется, при условии, что их товар будет иметь спрос.
Более того, кажется, удалось решить основные проблемы технического характера: закуплены станки с электродвигателями, литейное оборудование, шлифовальные круги. Они располагали практически полным набором вспомогательных приспособлений, включая различные щеточки из жесткой латунной проволоки и полировочные кольца из фетра, замши и ткани, — это позволит им применять пемзу и другие вещества, — все, вплоть до мельчайших порошков окислов железа. Разумеется, доставлены и ацетиленовая горелка, и газовые баллоны с клапанами и патрубками, а также сварочное оборудование и даже специальные маски.
А кроме того, превосходный набор ювелирных инструментов: немецкие и французские щипчики, алмазные сверла, пилочки, плоскогубцы, пинцеты, подставки для пайки, тиски, полировочные пасты, специальные ножницы, молоточки для ручной чеканки… В запасе имелись проволока различного сечения для пайки, гальваническая установка.
На текущем счету фирмы «Эдфрэнк» от двух тысяч долларов теперь оставалось не более двухсот пятидесяти. Но все же главное — получена лицензия ТША. Оставалось только наладить сбыт.
«Ни один торговец, — подумал Фрэнк, изучая их выставку, — не проверил бы всего дотошней, чем мы». Несомненно, отобранные образцы — лучшее, что у них есть; каждый до мелочей проверен — нет ли неаккуратных стыков и швов, неотполированных, шероховатых или зазубренных кромок, затеков… словом, контроль качества можно считать безупречным. Достаточно малейшей шероховатости или крошечного мутного пятнышка, — и изделие тотчас вернется на верстак.
Магазин Роберта Чилдана в списке значился первым. Но войти туда мог только Эд: Фринка Чилдан наверняка запомнил.
— Тебе тоже придется заняться сбытом, — сказал Эд, однако согласился с тем, что к Чилдану целесообразнее идти ему.
Он приобрел новый костюм, галстук и белую сорочку, чтобы произвести надлежащее впечатление. Но, несмотря на это, чувствовал себя неуверенно. «Я знаю: все будет в порядке, — в который раз повторял он., — но… мало ли что?»
Большинство образцов выполнено в абстрактном стиле: металлические спирали, причудливо изогнутыепетли, — форма во многом определялась пластичностью материала. Одни изделия — ажурные, как паутина, другие — подчеркнуто массивные и варварски тяжеловесные. Разнообразие форм тем более поражало, что на бархатных подставках размещалось не так уж и много предметов. «Впрочем, — подумал Фринк, — один магазин в состоянии закупить все, здесь разложенное. Если сразу не повезет, больше никуда не пойдем. Но, если все удастся, как задумано, если изделиями заинтересуются, заказов хватит до конца наших дней».
Они вместе уложили обтянутые бархатом дощечки в корзинку. «В худшем случае, — успокаивал себя Фрэнк, — окупится хотя бы часть расходов на материалы, оборудование и инструменты».
Случай как нельзя более подходящий, чтобы обратиться за советом к Оракулу. «Спросить, что ли, удастся ли Эду заключить нашу первую сделку?» Однако он понимал, что слишком взволнован, чтобы задать столь прямой вопрос. Предсказание могло оказаться самым неожиданным, а главное — неблагоприятным, и он знал: сейчас ему не хватит духу принять любое решение. Так или иначе, жребий брошен: мастерская создана, изделия готовы к реализации, что бы теперь ни исторгла из своих глубин «И-чинг».
— Сперва я отправлюсь к Чилдану, — сообщил Эд. — Конечно, лучше, если я возьму его на себя. А потом и ты попробуешь еще где-нибудь. Поехали со мной. Подождешь в машине за углом.
Когда они, погрузив корзинку, забрались в пикал, Фринк подумал: одному только Богу известно, какими они с Эдом окажутся продавцами. Уговорить Чилдана, может, и удастся, но неплохо бы еще знать, как показать товар лицом.
«Эх, нет здесь Юлианы! — подумал он. — Все устроилось бы моментально: она красива, умеет говорить, а кроме того, она ведь женщина. Она смогла бы продемонстрировать украшения прямо на себе». Закрыв глаза, он попытался представить, как смотрелся бы на ее запястье один из браслетов. Или вон то колье — на ее шейке… Брюнетка с молочно-бледным лицом и серьезным изучающим взглядом… серый облегающий свитер, серебряные украшения, обнаженная кожа, — металл поднимается и опадает в такт дыханию…
