Читаем без скачивания Комплекс хорошей девочки - Эль Кеннеди

дело до развода. По сути, там перечислялись все его аргументы в пользу того, почему он такой потрясающий.

У Мелиссы отвисает челюсть.

– Господи, и что же это были за причины?

– Не помню точно, но первая была… подожди-подожди… – Алиша выдерживает драматическую паузу, – что он приличный любовник.

Весь наш столик взрывается смехом.

– Приличный? – повторяет Кейт сквозь смех. – Ох, бедная жена.

Я допиваю остатки своего напитка. Мне приходит в голову, что со старшей школы у меня не было нормального девичника. Мне никогда особо не удавалось поддерживать отношения с друзьями из Спенсер-Хилл. Однако и они не слишком пытались связаться со мной, так что, наверное, это многое говорит о нашей дружбе. Я обещаю себе уделять больше внимания дружбе в колледже.

Наш разговор заходит еще дальше, поскольку Саттон предлагает сыграть в игру. Ну, это не столько игра, сколько «давайте оценим сексуальность каждого парня, который проходит мимо нашего столика».

– У-у-у, как насчет него? – спрашивает Алиша громким шепотом.

Мы все рассматриваем длинноволосого серфера в красной майке и оранжевых шортах.

– Два балла из десяти за чувство стиля, – говорит Мелисса, задрав нос. – Красный и оранжевый? Да ладно. Где твое уважение к себе, мистер?

Я не могу не хихикнуть. Пьяная Мелисса по-прежнему сноб, но вдобавок к этому напоминает злую кошечку, а это мне нравится.

– Задница? Девять из десяти, – решает Кейт. – Это отличная задница.

– Держу пари, я могла бы отскочить от этой штуки на несколько ярдов, настолько она упругая, – соглашается Алиша.

Да, мы сделали этих парней своими мишенями. У пьяных девушек нет ни стыда, ни угрызений совести.

– Семь, самое большее, – оценивает Саттон.

– Три, – поправляет Мелисса, вздергивая подбородок. – Я не могу спокойно смотреть на эту красно-оранжевую комбинацию. Просто не могу.

– Эм, девчонки, – шипит Алиша, с нетерпением наклоняясь вперед. – Справа, дальний конец бара – я только что нашла десятку по всем показателям.

Мы все поворачиваемся к бару. И я чуть не прикусываю язык.

Идеальная десятка Алиши – Купер Хартли.

Кейт тихо присвистывает.

– О да. Мне нравится.

– Я уже влюблена в него, – протягивает Алиша, и в ее глазах появляется мечтательный блеск.

Я не виню ее. Купер сегодня выглядит чертовски соблазнительно. На нем та самая потертая футболка, которая мне нравится, с логотипом Billabong, облегающая его широкие плечи и подчеркивающая рельефную грудь. Добавьте к этому взлохмаченные темные волосы, две татуировки на всю длину рукава, штаны-карго, обтягивающие задницу еще туже, чем у серфера, и вы получите прекрасный образец мужчины.

Словно почувствовав женское внимание, Купер резко поворачивает голову и через секунду находит наш стол. Мои щеки пламенеют, когда я встречаюсь с ним взглядом. Дерьмо. Я краснею? Надеюсь, что нет.

Его глаза сужаются при виде меня. Губы на секунду сжимаются, а затем изгибаются в легкой ухмылке.

Алиша, сидящая рядом со мной, шумно вздыхает.

– Он не сводит с тебя взгляда, – обвиняет она меня. – Ты знаешь его?

– Я… Эм… – Мой разум лихорадочно пытается придумать подходящую причину, по которой сексуальный красавец из города может смотреть мне в глаза.

– Маккензи? – Проницательный взгляд Мелиссы прожигает меня. – Ты знаешь этого парня?

У меня полностью пересохло в горле. Я отвожу взгляд от Купера и тянусь за своим напитком. Глоток дает мне несколько дополнительных секунд, чтобы придумать оправдание. Мелисса не только любопытна – она умна. Если я признаюсь, что знакома с Купером, пусть даже как с другом, это обязательно породит сплетни. Мелисса без остановки будет задавать все новые вопросы, и, если хотя бы один из моих ответов вдруг покажется ей не совсем правдивым, она проболтается об этом Бенджи, который, в свою очередь, расскажет Престону, а он буквально только что простил меня за поцелуй с другим парнем.

Поэтому нет. Я ни за что не признаюсь, что знаю Купера.

– Эван, – выпаливаю я.

Мелисса хмурится.

– Что?

Я ставлю стаканчик с дайкири на стол. По моему телу проходят волны удовлетворения и облегчения от того, что я придумала просто гениальный ход.

– Это Эван Хартли. Моя соседка по комнате переспала с ним в начале семестра.

Мелисса немного расслабляется, ее наманикюренные пальцы играют с бриллиантом в ухе.

– Серьезно? Малышка Бонни заполучила его?

– О да. – Я сдерживаю смех и надеюсь, что никто не слышит в моем голосе напряжения. – Она бросила меня на пляже ради секса с этим парнем.

Идеально. Теперь, если Мелисса попытается меня проверить, Бонни легко подтвердит мои слова. Пока Купер стоит в другом конце комнаты и не…

Идет к нам.

Сукин сын, он идет сюда.

Мое сердце бьется быстрее темпа музыки, льющейся из динамиков. Что он делает? Я ведь сказала ему, что больше не могу с ним видеться. Вполне ясно дала это понять, черт подери. Он не может просто подойти к нашему столику, будто ничего не случилось, и…

– Эван! – восклицаю я, пожалуй, даже громче обычного. Да и улыбаюсь слишком широко. Проклятье.

Купер на секунду замирает, но затем ускоряет шаг и, наконец, оказывается передо мной. Он засовывает руки в карманы, принимая ленивую позу и нарочито растягивая:

– Маккензи.

– Эван, привет. Как дела? – спрашиваю я, принимая дружелюбный и непринужденный вид, словно мы и не целовались, словно я не чувствовала его стояк, уткнувшийся мне прямо в живот. – Я не видела тебя с той ночи, когда ты похитил мою соседку и соблазнил ее.

Кейт хихикает.

Я сосредотачиваюсь на Купере в надежде, что мои глаза скажут то, чего нельзя произнести вслух. Подыграй мне. Прошу. Я не могу позволить этим девчонкам сплетничать о нас. Не могу позволить, чтобы это дошло до Престона. Прошу, подыграй мне.

Тот факт, что я выдаю его за другого человека, пробуждает во мне чувство вины, но это не сравнится с тем, насколько ужасно я чувствовала себя из-за измены Престону. Поцелуй с Купером был ошибкой. Но я призналась своему парню, моя совесть чиста, и теперь я просто хочу двигаться дальше. Что станет невозможным, если Мелисса что-то вынюхает. Поэтому я взглядом умоляю Купера, а он молчит, как в рот воды набрал.

Его ухмылка становится шире, темные глаза сверкают странным блеском.

Когда он наконец заговаривает, я уже превращаюсь в комок нервов, а мое тело покрывает испарина.

– Не слышал, чтобы Бонни жаловалась той ночью, – подмигнув, говорит он.

Я почти теряю сознание от облегчения. Может, никто не заметит, как трясутся мои руки, пока я тянусь за своим напитком.

– Ну, это ведь не ей пришлось возвращаться в кампус на Убере в полном одиночестве в два часа ночи. – Я делаю торопливый глоток, прежде чем всех представить. – Алиша, Саттон, Кейт, Мелисса. Девочки, это Эван.

Забавно, я никогда не понимала, насколько разные Купер и его близнец, до этого самого момента, когда он превратился в Эвана. Обычно напряженные, задумчивые глаза Купера озорно блестят. Язык облизывает нижнюю губу, а после он дерзко ухмыляется моим подругам.

– Итак. – Даже его голос теперь звучит по-другому. Легкомысленно, игриво. – Кого из подруг Маккензи я буду соблазнять сегодня вечером?

Можно подумать, что эти грубые манеры спровоцируют стоны. Однако вместо этого девчонки пребывают почти в бессознательном состоянии. Даже на Мелиссу это подействовало. Ее лицо розовеет, губы слегка приоткрываются.

Их нельзя винить.

Этот парень просто олицетворяет секс. Не имеет значения, задумчив ли он, как обычно, или притворяется своим братом, который тот еще бабник, – сексуальная энергия буквально льется из него.

– Держи себя в руках, Эван. – Мой тон должен звучать шутливо, но в нем слышится предупреждение.

Купер улыбается.

– Ладно. – Саттон преувеличенно вздыхает и вскакивает со стула. – Думаю, я принесу себя в жертву ради своих девчонок. – Ее затуманенное выражение лица говорит мне, что в своих мыслях она уже давно занимается с ним сексом. – Как насчет танца для начала? А потом мы сможем обсудить то, что ты сказал о соблазнении.

В моем теле нет ни единой расслабленной мышцы. Пальцы сильно сжимают стакан. Я беспокоюсь, что могу раздавить его. Хорошо, что он сделан из пластика, иначе осколки стекла уже были бы повсюду.

Купер с насмешкой в глазах не упускают меня из виду. Он наблюдает за мной, даже когда отвечает Саттон.

– Танец? Отличная мысль. Веди, детка.

Через три секунды он вместе с Саттон уже на танцполе перед сценой. Ее руки обвивают его шею, стройное тело прижимается к нему. Руки Купера скользят сзади по ее кружевной кофточке, одна ладонь опускается ниже, останавливаясь прямо над изгибом ее задницы. Другой рукой он проводит по спине Саттон и запутывается