Читаем без скачивания На штурм будущего! Спецназ «попаданцев» - Сергей Артюхин

Артиллерия была представлена лицензионными копиями как американских, так и советских образцов. Так, основной полевой гаубицей южноамериканских войск была бразильская версия американской М114. В то же время основной моделью миномета была копия советского БМ-37.

Говоря о флоте ЮАФ, можно лишь только сказать, что он был укомплектован в основном устаревшими кораблями — за исключением крейсера «Либре» (захваченный бразильским спецназом в Индонезии японский крейсер «Микума») и многочисленных торпедных катеров и миноносцев. В любом случае наступательные действия были ВМФ Федерации недоступны.

Суммируя вышеизложенное, необходимо признать, что в целом к Третьей мировой войне армия ЮАФ подошла в боеготовом состоянии.

— Как это понимать?! Какого черта он объявил нам войну? Кто-нибудь может мне это объяснить? — разъяренный Трумэн врезал кулаком по столу. — Но еще больше меня интересует финт с Панамой и особенно зоной Панамского канала. Какого черта ему никто не помешал??? Почему эти обезьяны захватили целую, на хрен, страну без малейшего сопротивления с нашей стороны? И не только страну!!! Они захватывают два корабля нашего флота, запирают канал, и все, чем мы на это им отвечаем, — дипломатическая нота!!!

— Официально он заявляет, что обеспечивает «периметр безопасности». — Госсекретарь Эдвард Стеттиниус удивленным не выглядел. — Не знаю, что ему наобещал Сталин, но, видимо, действительно много. Без этого его атака выглядит полной авантюрой.

— Вообще-то, совсем не факт. — Негромко произнесенные генералом Маршаллом слова вызвали удивление у присутствующих в Овальном кабинете первых лиц Америки. Министр обороны кивнул адмиралу Нимицу, прося объяснить коллегам проблему.

— Начнем с канала. Мы уже пытались атаковать «Монтану» самолетами с «Беннингтона». Потеряли восемь пикировщиков, попаданий не было. Альверде уже развернул мощнейшее зенитное прикрытие. Но это не самое главное. Проблема в том, что по результатам этого вылета стало однозначно понятно — если мы утопим «Монтану», то этим самым закупорим канал. Чтобы поднять такую кучу металла, нам потребуется минимум полгода. В лучшем случае.

— А если высадить десант и взять ее штурмом?

— Не вариант. Уж что-что, а удерживать позиции бразильцы научились. Помните Северный берег? — Маршалл недовольно пожал плечами. — Так что это даже не обсуждается.

— А какие у нас вообще есть варианты? В принципе? — Трумэн выглядел так, словно его сейчас хватит удар.

— Подвести к Панаме несколько артиллерийских кораблей, прикрывая их авианосцами. Раздолбать «Монтану» и «Атланту» издалека — все равно они стоят и будут не слишком сложными мишенями. После чего под прикрытием линкоров и тяжелых крейсеров высаживать десант.

— Но вы же сказали, что на поднятие «Монтаны» понадобится полгода?

— В лучшем случае. Но если мы не будем делать ничего — войска Альверде укрепятся, и все станет еще хуже. Вспомните Окинаву. Там у нас была возможность сосредоточить чудовищные силы — и то мы понесли серьезнейшие потери. Здесь пока такого нет. И не надо.

— А может, попробуем припугнуть этих ублюдков? Хотя бы и бомбардировками?

— Безусловно. Я уже отдал приказ разработать план нанесения стратегических бомбовых ударов по основным промышленным районам Федерации. В принципе, имеющиеся силы даже и морской авиации способны нанести Альверде серьезный урон. А если мы откажемся от планов переброски в Англию еще одной партии «Суперкрепостей», то сможем значительно усилить воздействие, — Маршалл снова пожал плечами, всем своим видом показывая, что его этот вопрос волнует не слишком.

— То есть как это, отказаться от переброски бомбардировщиков в Европу? А как же Советы?

— С Советами у нас все плохо, — меланхолично заметил Стеттиниус, — очень. Я уже рассматривал вопрос о перемирии через Швецию.

— И?

— Никакой реакции. Нас выпрут из Европы. И из Евразии. И, если наши облажавшиеся эксперты не ошибаются в очередной раз, Советам и их дружкам на это потребуется максимум год. Потом они придут за душонками англичан — и все. Вон генерал Маршалл не может нам рассказать, как он будет к порядку Альверде приводить, а вы про Советы…

— Да что это за чушь!!! — Американский президент буквально взлетел из кресла. — Это непостижимо! Вы что, на полном серьезе утверждаете, что мы даже Бразилию к порядку призвать не способны?

— А как? — все так же меланхолично ответил госсекретарь.

— Джордж? — Трумэн с надеждой посмотрел на своего лучшего стратега.

— Это будет… проблематично, сэр. У нас огромные потери в Иране и Корее. А там у нас хотя бы были плацдармы. Здесь этого нет.

— Но и Альверде совсем не Сталин!!!

— Конечно. Но солдаты у него не намного хуже. А у нас невыгодная ситуация. При высадке на побережье он, пользуясь построенной нами же железной дорогой, перебросит необходимое число войск к плацдарму, блокирует, а затем ликвидирует его. И эта игра в догонялки может происходить очень долго.

— Но должен же быть хоть какой-то выход?

— В принципе, да, — ненадолго задумавшись, ответил Маршалл. — Смысл в том, что мы уничтожим бомбардировками основные промышленные центры, после чего высадимся сразу в нескольких точках — Буэнос-Айрес, Рио и так далее. Быть одновременно везде Альверде не сможет. И мы заставим его сдаться.

— А если не подействует?

— Будем бомбить до тех пор, пока не подействует. Применим план «Запах» против него, если потребуется, раз уж Советы для нас недосягаемы.

— Пару месяцев назад все это выглядело совсем не так хреново, — ядовито заметил Трумэн.

— Пару месяцев назад мы понятия не имели, что Советы сделали не просто шаг, а какой-то дикий прыжок вперед. И их союзу с немцами нам теперь нечего противопоставить. Ибо «кузены» оказались не слишком щедрыми союзничками…

— Если не будет другого выбора, то и ладно. Мы уйдем из Европы, — тяжело вздохнув, решил Трумэн. — Но Альверде я предательство не спущу. Эту скотину мы повесим!!!

Вошедший в главный кабинет страны Берия выглядел расстроенно. Напряжение, сквозившее в каждом его шаге, выдавало нешуточную тревогу. Расхаживающий по кабинету Сталин это сразу заметил, но в своей излюбленной манере спрашивать ничего не стал. Глава МГБ сам все расскажет.

— Лаврентий Павлович! — поднялся из своего кресла Ледников.

Берия ничего не ответил, только кивнул. Молотов, блестя стеклами очков, бросил взгляд на Хозяина. По лицу Сталина, как обычно, ничего понять было нельзя. Полурасслабленная поза, прищуренные глаза…

— Товарищ Сталин, только что пришло подтверждение вчерашней информации от агента Рандеву. Боюсь, нам необходимо созвать совещание Государственного Комитета Обороны и вернуться к обсуждению планов применения специальных боеприпасов.

Вернувшийся в кресло Ледников вскинул голову. В его глазах явственно возник огонек ненависти, с каждой секундой разгорающийся все больше и грозящий превратиться в пожар.

— Да? Интересно… и что же такого задумали сделать наши замечательные друзья? — усмехаясь из-под усов, поинтересовался вождь.

— На авианосцы «Мидуэй» и «Франклин Делано Рузвельт» вчера утром доставили химические бомбы. А контр-адмирал Джеймс получил указание выдвигаться к Панаме. И красный пакет со специальным приказом — он должен его открыть, находясь в море. Все говорит о том, что Соединенные Штаты Америки собираются осуществить крупномасштабное применение химического оружия массового поражения. Возможно, что и против гражданских лиц.

— Мы можем достать американские города? — вождь повернулся к Рокоссовскому.

— С авиабаз Альверде — да. Из Европы тоже, но в этом случае для наших носителей это будет поездка в один конец.

— Но как же Англия? Неужели американцы не понимают, что применение ОМП приведет к ответным мерам — хотя бы и против англичан? — Молотов обвел взглядом присутствующих.

— Понимают. И им наплевать. — Берия ответил совершенно спокойно, как будто говорил о двоечнике, прогулявшем урок. — Товарищ Сталин?

Вождь задумчиво посмотрел в окно, а затем, повернувшись к присутствующим, спокойно сказал:

— Ты прав, Лаврентий. Нам действительно надо собрать совещание ГКО по этому вопросу. А пока, товарищи, можете быть свободны. Товарищу Сталину надо все обдумать.

Пробравшись через многолюдную толпу, невысокий, смуглый от загара человек зашел в неприметный ресторанчик, где было совсем пусто. Кивнув своему знакомому у стойки, он не торопясь уселся за столик и, развернув купленную неподалеку газету, принялся читать.