не сводя глаз с мелкого рисунка на том, что некогда было одеждой.
— Вы всех тут знаете. Чья? — жилец красноречиво косился на тряпку в своих руках.
Старик потупился:
— Видео отправляю тебе в мессенджер, сам разбирайся дальше, — он несколько раз ткнул в экран пальцем и вышел в коридор.
Лян Вэй собрал стояк обратно, на два раза вымыл пол в ванной. Кое-какие нестыковки не давали покоя и за ответами он отправился в третью комнату.
Постучав в дверь, новый жилец премиальной двенадцатой прислушался: шагов внутри слышно не было, хотя обещанные полтора часа никак не истекли.
Через несколько секунд, однако, щёлкнул замок. Дверь распахнулась, на пороге стояла нынешняя неожиданная союзница, прикрывающаяся одним лишь полотенцем — похоже, только-только из душа.
— Кажется, я не вовремя, — Лян Вэй чуть покраснел и опустил глаза. — Могу зайти позже.
— Всё нормально, — администратор тряхнула волосами. — Ну, как? Проблема решена?
— Да, я всё починил. Кто-то и правда спустил сверху футболку, но я сейчас не за этим. Не даёт покоя один вопрос, — парень поднял взгляд. — Почему вы в курсе, а комендант — нет? Как такое вообще возможно?
— Можешь на «ты», когда наедине. По поводу вопроса: раньше это было исключительно женской проблемой. Когда случилось впервые, комендант был в отпуске, в общаге жили одни девушки. Сам понимаешь, ремонтировать некому. Пришлось вызывать службу, номер которой я тебе дала — ЧП по первому разу изрядное, опыта — ни у кого, на ушах десяток этажей стоял.
— А-а-а.
— В итоге аварийщики выудили прокладку, не одну, — девица покачалась с пяток на носки. — Обложили всех матом, правых и виноватых не определяли, содрали кучу денег. Потом оно повторялось несколько раз, стала очевидной закономерность: когда в унитаз улетает прокладка, через пару часов этажом ниже происходит то, что и у тебя. Мужчинам никогда ничего не говорили, разбирались сами.
Пазл сложился. После подробнейшего ответа вопросов не осталось. Поблагодарив за помощь, Лян Вэй вернулся к себе, затем какое-то время ходил по комнате и размышлял.
Так подумать, поступок вполне в духе китайского менталитета. Уже завтра этот официант будет лебезить, будто ничего и не было — теоретически, можно не нагнетать.
Но спускать на тормозах тоже нельзя: если позволить безнаказанно сделать что-то один раз, оно повторится. Вероятнее даже, будет повторяться. Регулярно.
На утро Лян Вэй встал раньше обычного. Он поднялся на один этаж и постучал в комнату, располагавшуюся над двенадцатой. Будь у двери глазок, возможно, ему бы не открыли, но в общаге они не предусмотрены.
Когда дверь открылась, Лян Вэй уже дай ему увидел знакомое лицо — официант не раз оказывался на одной с ним смене.
— Чего тебе надо? — не очень-то и приветливо бросил коллега, который был старше Лян Вэя лет на семь.
— Поговорить.
— Ну так говори, — официант пытался выглядеть невозмутимым, но в его глазах отчётливо виднелся страх.
Лян Вэй оглянулся, убедился, что их никто не видит и толкнул собеседника внутрь, захлопывая за собой дверь. Затем без лишних слов коротко ударил кулаком в голову:
— Если ещё решишь играться с канализацией — будет хуже.
Опавшее на пол тело слабо подёргивало ногой и звуков не издавало.
Лян Вэй присел, повернул голову за подбородок и убедился, что собеседник всё слышал.
Новый жилец двенадцатой аккуратно прикрыл за собой двери и отправился к себе — начинался новый рабочий день.
* * *
Модельный бизнес, несмотря на весь опыт, неожиданно вместо синекуры оказался испытанием. Как-то всё представлялось иначе, нежели хаотичная беготня, постоянный стресс, смесь языков жестов.
— Лян Вэй, девушкам надеть украшения! Скоро выход!
Бросаюсь в один конец помещения, лихорадочно отбираю нужные шкатулки, возвращаюсь к моделям. Одной помогаю застегнуть серьги, другой надеваю колье — фемина занята, её руки тоже.
Вокруг суетливо и на первый взгляд хаотично ровно так же носятся остальные — визажисты и парикмахеры, на меня в принципе никто внимания не обращает.
Когда подошла очередь обряжать рыжеволосую из США (Кэрол), невольно вспомнились предостережения нанимательницы Ли Джинг: эта модель известна острым языком, отсутствием тормозов и… в общем, понятно.
Всегда говорит, что думает, напрочь игнорируя рамки приличия. Вместе с тем, Кэрол с пятнадцати лет блистала в ведущем модельном агентстве, к нынешним годам имеет более чем внушительный портфолио достижений, потому ведёт себя соответственно статусу, а он высок и заслужен.
Прикидывая дальнейшие движения, как могу быстро оказываюсь за спиной подопечной, готовясь надеть на неё серьги…
Красотка, не смущаясь, плавным движением стягивает футболку и остаётся топлесс.
Уж не знаю, чьей реакции сейчас больше, моей или предшественника, но чувствую, что стремительно краснею. Всего будто парализует, взгляд как назло прикипает к понятно какой части чужой анатомии.
— Эй, ты! Как зовут? — модель хмурится и резко обращается по-английски, глядя чуть сверху.
Ну да, я и ростом ниже в этом теле, особенно когда статная американка на каблуках, как сейчас.
— Лян Вэй, — смущённо перевожу взгляд на первый попавшийся предмет, лишь бы не глазеть, куда не надо.
Чёрт! И ведь предупреждали. Неловко — нагло пялился, был пойман на горячем.
— Китайские имена сведут меня с ума, аха-х. В общем, малыш, прими совет на будущее: не хочешь потерять из-за сисек интересную денежную работу — займись делом. Расслабься, по-английски здесь мало кто понимает.
— Э-э-э?..
— Второе. Если от чужой жопы или буферов всё же впечатлился, старайся не показывать: доминируй!
— Как? — моя растерянность растёт.
— Пф-ф, скажи, что от девчонки ужасно пахнет и с этим нужно что-то делать, — она требовательно тычет пальцем в парикмахера, которая всё это время носится вокруг, пытаясь поправить рыжую причёску после небрежно снятой футболки. — Как вариант.
— Хм.
— Лучший метод защиты — нападение. Идеальная линия обороны своей
