— Орал матом. Я сбросил звонок.
Я нервно постукиваю пальцами по рулю.
— Он же специально исчез так, чтобы я ничего не знала. Олег хотел оградить меня от кредиторов, понимал, что они могут прийти ко мне, не побрезгуют угрожать женщине… Да, он знал с кем имеет дело.
— Леся?
— Он решил рискнуть. Ведь ты пошел против друга, против слова, которое дал, значит я тебе по-настоящему дорога. Он понял это, и понял, что ты впишешься, если мне начнут угрожать. Боже… Олег, Олег…
Он почувствовал моральное право. Рома кинул его, и Олег просто-напросто ответил ему тем же. Если Рома захотел делить чужую женщину, то пусть и долг разделит. Что-то такое крутилось в голове Олега, когда он сходил с ума от злости и бессилия. Он не мог ничего поделать, был вынужден прятаться, пока его друг считай открытым текстом ему пишет, что собирается забрать его жену.
Я почти вижу, как он кружит по гостиничному номеру или тесной комнате и сшибает предметы, не зная, куда еще деть злость, что пульсирует и обжигает пальцы. Вот тогда к нему и пришел отличный план, как вернуться домой и как достать нужную сумму. Не удивлюсь, если он заранее договорился с кредиторами, намекнув, что нашел желающего заплатить его долг. Только нужно напугать его хорошенько и бросить пару сальных угроз в мою сторону.
Рома же богат.
И благороден. Он чертовски благороден.
— Как ты узнал, что нам грозит опасность? В тот день, когда приехал ко мне и сказал, что надо уезжать.
— На меня вышли люди и начали издалека расспрашивать, не знаю ли я Олега, когда в последний раз его видел и так далее. Стало ясно, что его уже пасут.
Так просто.
Роме всего лишь позвонили. Но этого хватило, потому что он боялся за меня.
— Нам не нужно ехать в офис, — я включаю поворотник и перестраиваюсь в другой ряд, чтобы повернуть в противоположную сторону. — А тебе не нужно ничего продавать.
— О чем ты?
— О том, что нам нужно разобраться во всем раз и навсегда.
Я знаю, где остановился Олег. Он обмолвился мне на втором свидании, когда рассказывал о прекрасном виде из окна по утрам. Очередная банальная уловка, которыми мой бывшим муж фантанирует. Он никогда не умел в утонченные комплименты, да и зачем ему? С его животным по-мужски лютым обаянием не нужны сложные ритуалы обольщения. Он просто появляется и берет, сминает мощью хищника и быстро показывает, что плохо разбирается в словах, но в прикосновениях мастер. Настоящий дьявол во плоти…
Он уже предвкушает скорую победу. Он вернул себе бизнес и вот-вот вернет жену, которая мучает его дистанцией в воспитательных целях. Я вновь усмехаюсь, потому что мысли в голове звучат голосом Олега, я слышу его вальяжную хозяйскую интонацию. Вижу расслабленную улыбку и глубокий взгляд, от которого у меня десятки раз подкашивались ноги.
— Леся, куда мы едем? — Рома говорит четче и заводится от моего молчания.
Он чувствует, что я многое не произношу вслух. А я молчу не потому, что хочу скрыть от него свое запоздалое озарение, а потому, что хочу продолжать дышать более-менее ровно. Если я начну выплевывать едкие слова, то заведусь сильнее него и вцеплюсь Олегу в глотку прямо с порога.
Или, наоборот, перегорю, как свечка и плюну на всё. Развернусь и уеду собирать свою жизнь в третий раз.
Если уже соберу, конечно. Я не железная, как бы мне не хотелось верить в себя.
— К твоему должнику, — бросаю ядовито, — который уверен, что переплатил тебе.
Дорога занимает минут десять, я паркуюсь перед стеклянной свечкой, первый этаж которой занимает пафосный спортзал. Через панорамные окна видно двух девушек и мужчину, они монотонно стучат по беговым дорожкам и смотрят в миниатюрные экраны.
— Олег снимает здесь квартиру, — подсказываю Роме. — На одиннадцатом этаже.
— Рад за него.
— Это зря. Он не сможет спокойно спать, пока не доберется до пентхауса, — я нахожу взглядом десятый этаж и замечаю как минимум пять окон, которые горят огоньками.
— Зачем мы здесь?
— Вы не умеете появляться в моей жизни по-одному. Хорошо, пусть… Мы поговорим втроем.
Я открываю дверцу и выхожу из машины.
Глава 37
Рома не может идти позади. Он сперва ровняется со мной, а потом выступает на полшага вперед. Он не знает адрес, но лифтовой холл видно сразу, что сильно упрощает ему задачу.
— Триста восьмая, — подсказываю на этаже, когда створки лифта выпускают нас из стальной кабинки.
— Мне ничего от него не нужно. Деньги тем более, — отрезает Рома. — Я знаю, что взял деньги у тебя, но я их верну. Мне нужен год, чтобы встать на ноги. Может, даже быстрее…
Он как будто говорит сам с собой, смотрит вперед и вбивает уверенные слова в воздух, пока входная дверь квартиры Олега становится ближе. Я не выдерживаю и ловлю его ладонь, заставляя притормозить. Рома оборачивается и переводит потемневший взгляд на мое лицо.
— Я устала говорить о деньгах. Деньги, деньги…
— Тише.
Рома тянется ко мне и кладет широкие ладони на мои плечи, согревая теплом. Я сама не заметила, когда завелась так, что по щекам скользнули одинокие слезы. Но у меня чувство, будто все мои силы выскребли до дна. Я храбрилась и по привычке собралась, чтобы решать новую проблему, очередной вираж неугомонной судьбы, только моя уверенность оказалась пшиком.
Я больше не могу.
Я устала и, если и хочу что-то отвоевать, то право быть слабой женщиной.
— Леся, милая, — его горячие ладони уже на моих щеках, Рома стирает мои слезы и завораживает своей нежностью. — Не нужно ничего, я отвезу тебя домой и сам всё решу. Не знаю, что на меня нашло, зачем приехал и начал тебя грузить… Прости, милая.
Дело не в том, что он приехал.
А в том, что каждый раз вскрывается второе дно. Мне дают время, чтобы поверить в счастье, и тут же показывают неприятную подноготную. Раз за разом, как на жестоком повторе.
— Мне надоело быть ставкой, призом, товаром, что там еще? — я взмахиваю ладонью, чтобы Рома дал мне договорить. — Вы постоянно выясняете отношения, доказываете другу другу, кто круче, договариваетесь за моей спиной, выплачиваете долги, в которые я вхожу бонусом. Вы играете в свои мужские игры и делите, делите меня. А я хочу, чтобы меня любили. Просто любили.
Я делаю шаг в сторону, прежде чем Рома найдет слова. Я иду к чертовой двери, которая отливает холодным монохромом. В голове нет ни одной мысли, с чего начать разговор и, что я по большому счету здесь забыла, но инерция несет дальше. Я стучу по гладкой поверхности и слышу, как сзади наплывают мужские тяжелые шаги.
Рома подходит вплотную, задевая расстегнутой молнией куртки мою одежду. И он же обхватывает ладонью ручку двери, когда та отворяется. Рома уверенно распахивает дверь до упора и забирает всё сосредоточенное внимание Олега себе. Мужчины смотрят друг на друга поверх моей головы, и там же меняется мелодия их дыхания. Частые, порывистые выдохи, как перед штормовым приливом.
— Леся хочет поговорить, — произносит Рома. — С нами двумя.
Олег кивает и опускает взгляд на меня. В меня вонзаются иголки его непонимания и легкой тревоги, которая, впрочем, разгорается ярче с каждой секундой. Но Олег берет себя в руки и отступает в сторону, пропуская нас с Ромой в квартиру.
Хотя тут больше подойдет слово “апартаменты”. Современный минималистичный дизайн, который намекает на достаток деталями — новейшей техникой, расточительным метражом, модной планировкой. Олег указывает ладонью на гостиную и первым же направляется в полукруглую комнату, всю правую сторону которой занимают панорамные окна.
— Я окажу тебе услугу, Олег, — я останавливаюсь рядом со столом, но не опускаюсь на выдвинутый бывшим мужем стул. — Ты, наверное, уже подобрал слова в своей голове и теперь ищешь момент, чтобы признаться.
Наши глаза встречаются и я отчетливо вижу, что Олег сразу понимает, о чем речь. Схватывает на лету.
