Перелистал альбомы, все наши фотографии, вспомнил все наши общие дни. Тогда я тебе еще говорил, что их было немного, но они были красивы.
А теперь их уже очень много, и все они очень красивы. Пусть остается всегда в силе мое пожелание, чтобы эти общие дни были еще лучше в нашем общем будущем. Ведь скоро уже год, как мы провели вместе вечер, и как много хорошего было в этом прошедшем году.
Таких дат у людей бывает очень немного. Я хочу, чтобы у нас эта дата была только одна. Мы будем всегда отмечать ее как самую хорошую страницу нашей жизни, и праздновать как самый большой и радостный праздник. Я сейчас подумал, что мне было бы намного легче, если бы ты сейчас была здесь.
Пришла Маруся, предлагает мне всевозможные порошки и таблетки и сожалеет, что нет здесь тебя. Хочет позвонить тебе по телефону, а я ей не разрешаю, чтобы не беспокоить из-за своих зубов еще и тебя.
Сколько всяких плохих и хороших мыслей возникает в голове, когда думаешь сразу обо всем и ни о чем конкретно. Вот лежу и думаю, когда же, наконец, нам не нужно будет звонить по телефону друг другу, а можно будет позвонить просто так, и это будет так хорошо.
Но кому я задаю этот вопрос? Тебе? Ты скажешь, что это от тебя не зависит. Значит, только и только от меня?
Инуська! Я знаю, что с тобой мы согласимся сделать так, как мы хотим, как нужно и как правильно. Я знаю, что ты ничего не потребуешь, если я всю жизнь буду любить тебя так, как я умею это делать, если я буду делать все, чтобы быть для тебя тем, кого ты хочешь во мне видеть и иметь.
Но я хочу, чтобы твои родители не думали, что тебе со мной плохо, а если и не так, то по крайней мере не хуже, чем с ними… Я знаю, что у советских людей экономические соображения не могут быть определяющими при заключении браков, но я знаю также и то, что мамам и папам всегда бывает больно видеть, если их дочки не бывают так же хорошо обеспечены, как они были с ними. Не думай, что я боюсь или не верю в свои возможности, чтобы сделать для тебя все, что нужно. Но ведь это – дело будущего.
Знаю, что советские люди должны жертвовать настоящим ради будущего, подчинять настоящее задачам будущего, верить и делать все, чтобы будущее было высшей ступенью по сравнению с настоящим.
Тем не менее, в большинстве людей старшего поколения живет старая истина, что великая наука – жить счастливо, состоит в том, чтобы жить только настоящим.
Не хочу думать, что так считают и твои родители, ибо я хорошо знаю их, и вполне благорасположен к ним обоим.
Я сейчас много и долго думал об этом, и у меня возник один вопрос. Да и не вопрос, а просто мысль:
– как ты права, Инуська, когда писала мне, что когда-нибудь я скажу:
– Просто ты умела ждать,Как никто другой! —
Ты всегда тем больше внушаешь мне уважение к себе, чем увереннее говоришь, что ты не устанешь ждать. Я постараюсь сделать все возможное, чтобы твое ожидание оценить самым большим счастьем для тебя, какого ты хочешь в жизни.
Ты никогда не должна сомневаться в том, что между нами все может кончиться только так, как мы хотим. Ведь в том и сила нашего слова, что оно предполагает единство наших желаний, стремлений и дел.
Надо быть только твердыми против всяких посторонних влияний и уметь подчинить теперь наши чувства сознательному контролю наших мыслей.
Я читал сейчас одну из работ Энгельса о происхождении семьи и ее будущем. Я специально прочитаю тебе, и мы вместе разберем здесь некоторые факты, когда ты будешь здесь.
Вот видишь, кукла, сколько я передумал обо всем. Ты, может быть, сейчас танцуешь и вовсе не думаешь об этом так, как делаю это я. Но я не обижаюсь. Я знаю, что ты все равно хоть немного, но помнишь и думаешь обо мне.
Ну, до свидания, родная. Привет от меня твоим родителям. Крепко обнимаю и целую – всегда только твой – Борис.
* * *
31 мая 1949 года
Инуська! Здравствуй, родная моя!
В честь завершения моих экзаменов и благополучного исхода моей болезни мне хочется сейчас, освободившись от всего этого и ложась спать, передать тебе самое большое и сердечное спасибо за твое постоянное и живое участие во всем, что приходилось переносить и делать мне за последние дни.
Твои сердечные пожелания не только помогали мне, но и обязывали к тому, чтобы все завершилось благополучно. Тебе ведь тоже знакомо чувство, когда человек сделает что-нибудь очень трудное, и понимает, что его труды не пропали даром. Приятно и радостно чувствовать, что я оправдал и твои пожелания, и свои труды, и надежды моих преподавателей.
А сейчас я распростился с Костей – он завтра уезжает в отпуск. Пора уже отдохнуть и нам. Прости, я ложусь спать. После сегодняшней операции что-то еще слабо себя чувствую. Но ты не волнуйся, завтра буду совсем здоров.
Крепко обнимаю тебя и горячо целую.
Всегда тебя любящий и всегда твой – Борис.
40. Неделя вместе
1 июня 1949 года
Боренька! Здравствуй родной мой киндер!
Если бы ты знал, как я беспокоюсь за твое здоровье! Твои вчерашние сообщения были для меня не совсем радостны. Если я была довольна тем, что ты хорошо сдал экзамены, то я совсем недовольна твоим зубом и всеми последствиями, которые посыпались за его болезнью и всеми операциями, которые тебе пришлось перенести.
То рука болела, то зуб, что-то ты совсем расклеился у меня.
Боренька! Я тебя очень прошу не запускать лечения, ты не шути с этим, и не думай, что все это пустяки. Иногда из-за пустяков люди теряют здоровье, а иногда и жизнь. Не думай, что я пугаю тебя. Просто я хочу, чтобы ты был как можно скорее совсем здоров. Пусть мои частые письма подбодрят тебя и прибавят тебе сил для борьбы со всякими недугами.
Сегодня я с нетерпением жду твоих звонков, хотя знаю, что ты только собираешься идти сдавать экзамены, а позвонишь часами четырьмя позже, но все равно я уже начинаю беспокоиться, что ты не дозвонишься, и я не смогу узнать последние новости.
Сегодня все мои мысли заняты тобой. Конечно, не только сегодня, а и всегда большую часть времени я думаю о тебе. Но сегодня голова совсем отказывается думать о чем-либо, кроме твоих дел, здоровья и экзаменов.
Если бы у меня была хоть маленькая возможность, я бы обязательно приехала к тебе, потому что, успокаивая меня, ты скрываешь свое настоящее состояние. В разговоре со мной ты пытался казаться веселым, а я чувствую, что твое настроение совсем не такое.
Родной мой! От всей души желаю тебе самого скорого выздоровления, самых хороших успехов в университете и счастья в жизни.
Опять начинаю отсчитывать дни до нашей встречи, они хоть и медленно, но продвигаются вперед. Сегодня 1 июня. А 9-го или 10-го я должна уже приехать туда. Буду надеяться, что мне никто и ничто не помешает исполнить мое желание.
За меня не беспокойся. У меня все в порядке, чувствую себя хорошо, правда от всех этих волнений за тебя заметно похудела, и еще потому, что очень скучаю по тебе…
… Ой, Боря! Написала много, а читать нечего, да? Но если бы ты знал, как мне хочется скорее увидеть тебя!
Боренька! Передай привет Марусе, Алику и всем соседям и друзьям.
Крепко тебя целую много раз. Всегда любящая тебя, твоя Инна.
* * *
7 июня 1949 года
Инусенька! Здравствуй, моя любимая!
На несколько минут пришел сейчас домой и решил написать тебе это коротенькое письмо. Был у зубного врача. Зубы мои теперь совсем здоровы, и все новые очаги болезни полностью ликвидированы. Вот видишь, я выполнил свое обещание и к твоему приезду буду совсем здоров. А ведь твой приезд совсем недалек. Еще завтра один день, и мы опять будем вместе. Скорее бы он прошел.
Я знаю, что ты будешь обо всем этом читать уже после нашей встречи, но я не огорчаюсь этому. Ведь чем дольше ты не прочитаешь этого письма, тем дольше, значит. Ты пробудешь здесь. Какая прекрасная зависимость!
Ну, извини, кукла! Заканчиваю письмо и иду на занятия. Будь здорова и счастлива, приезжай скорее ко мне. Привет твоим родителям.
Обнимаю тебя крепко-крепко и горячо целую всегда тебя любящий и всегда твой «киндерёнок».
Как я понимаю – эту неделю с 9 по 17 июня влюбленные провели вместе. И вот в это время, а именно – накануне маминого отъезда, папа все-таки решился рассказать маме то, что терзало его целый год, а он выжидал нужного момента, чтобы все рассказать и быть правильно понятым, не потерять мамину любовь, и вместе пережить эту «мелкую неприятность», как он считал. Поэтому я надеялась, что наконец-то подобралась к разгадке этой родительской тайны, которую так неожиданно узнала, но…
А пока – первое письмо после расставания.
* * *
17 июня 1949 года
Инусенька! Любимая!
Расставание с тобой никогда не было для меня так тяжело, как сегодня! Я хожу как угорелый, и мысленно ищу и ожидаю тебя.
Как сильно я привык приходить вечером с работы и видеть в комнате тебя, протягивающую ко мне навстречу свои ласковые руки. Мне очень хочется видеть тебя, чувствовать, взять к себе на колени, обхватить твою голову руками и так долго-долго смотреть в твои милые и добрые глаза.
