Главным Компьютером, Марсель. Пожалуйста, разыщи Ментора Диккенса и приведи сюда Фарго и Олбани.
Маленький француз припустился бегом.
— Я знаю, где их найти! — крикнул он на ходу. — Сейчас вернусь!
Через несколько минут в холл вошел один из директоров музея. Он был человеком. Когда он взглянул на неподвижного Норби, на его лице отразилось беспокойство и искреннее участие.
— Меня зовут Ларо Смит, — представился он. — Пожалуйста, расскажите мне, что здесь случилось.
Пока Джефф рассказывал, пришли Фарго и Олбани. Их радость при виде Джеффа сменилась тревогой за Норби. Постепенно начали собираться люди, инопланетяне, роботы, но все они с симпатией слушали Джеффа. Этот мир, находившийся на правильном историческом пути, оказался очень дружелюбным.
— Вы должны понять нас, — говорил Джефф, крепко прижимая Норби к себе. — Мы прибыли сюда, чтобы вернуть своих друзей, чужих в этом мире, в наше собственное время. Норби колебался, поскольку транспортное устройство оказывало на него вредное влияние, усиливающееся при каждом следующем контакте. Я не уделил этому достаточно внимания; я думал только о своих друзьях и о возможности наконец попасть домой. Теперь он лежит здесь, как мертвый, а без него мы беспомощны. Но Норби мой друг, и я предпочитаю остаться здесь вместе с ним, чем оказаться дома без него. Если его можно спасти, то я хочу это сделать. Пожалуйста, соедините меня с Главным Компьютером… если он существует в этом временном ответвлении.
— Существует, — сказал Ментор Диккенс. — Я поставил его в известность, как только узнал об инциденте. Сейчас он ответит тебе.
Слова Главного Компьютера тут же телепатически зазвучали в головах у всех собравшихся.
«Джефферсон Уэллс, я слышал твою историю. Ты и твой робот исправили крупное временное искажение, и история вернулась в нормальное русло. Это очень хорошо».
— Да, — нетерпеливо отозвался Джефф. — Мы знаем. Но как нам теперь попасть домой?
«Робот, который перенес тебя сюда, должен это сделать».
— Но он не отвечает мне!
«Я не знаю, как восстановить функционирование твоего робота».
Джефф ухватился за последнюю фразу.
— Ты хочешь сказать, что-то заблокировало его деятельность? Ведь он… он не умер, правда?
«Правильно. Я просканировал робота и выяснил, что транспортное устройство блокирует его функции. К сожалению, его нельзя извлечь, не повредив робота».
— Можем ли мы сломать ожерелье, то есть устройство? — спросил Джефф. — Возможно ли, что в этом случае оно потеряет свою мощь и Норби вернется в нормальное состояние?
«Возможно, если бы не особый металл, использованный Другими для создания этого устройства. Он необычайно прочен и практически его невозможно сломать… Я не знаю, как извлечь устройство».
— Может быть, мы просто попробуем вытащить ожерелье, Джефф? — предложил Фарго, — Допустим, оно держит кисти рук. Если мы потянем как следует и вытащим наружу, это не причинит роботу вреда.
Джефф покачал головой:
— Это не так-то просто. Поскольку Норби может путешествовать во времени, то Менторы, судя по всему, вмонтировали в него устройство, сделанное из такого же металла и обладающее такой же силой, как ожерелье, которое теперь прикрепилось к нему. Похоже, частицы этого металла очень мощно притягиваются друг к другу. Вспомни тот момент, когда копия в доме ювелиров пыталась соединиться с той, которую носила Олбани.
Девушка поежилась от жуткого воспоминания:
— Но это случилось потому, что копия в доме ювелиров и моя копия на самом деле были одним и тем же предметом, существовавшим в различных периодах времени. Та копия пыталась слиться с собою, но, разумеется, это устройство не идентично тому, которое вмонтировано в Норби.
Телепатический голос Главного Компьютера прозвучал снова.
«В словах обоих человеческих существ есть доля истины. Устройство, вмонтированное в Норби, не такое мощное, но более безопасное, чем устройство, которое прикрепилось к нему. Эти два устройства не идентичны, но между ними существует взаимное притяжение. Оно становится сильнее с каждым разом, когда одно устройство настраивается на другое».
— Ага! — пробормотал Фарго. — Друг применил устройство, чтобы отправиться на доисторическую Землю, но после этого его не использовали до тех пор, пока Джефф не завязал кисти на шее у Олбани. Зато потом Норби неоднократно настраивался на него. Притяжение становилось все сильнее, и наконец… — Он указал на ожерелье, прилепившееся к неподвижному Норби.
«Правильно, — снова заговорил Главный Компьютер. — Но я не знаю, как освободить вашего робота из этой ловушки».
Утром следующего дня прошел короткий ливень, но к полудню солнце снова ярко засияло в небе, и сад засверкал миллионами маленьких бриллиантов на листьях и цветах.
Фарго пришлось чуть ли не силком выволочь Джеффа на улицу. Между тем Олбани рассказывала легенды о Земле группе ребят, находившихся под опекой роботов-нянек, пока их матери работали в музее.
После терраформирования планеты 1-13, названной «Садом», она стала галактическим музейным центром, куда стекались гости со всех планет с кислородной атмосферой.
Но Джеффу не было дела до этого. Он сидел, хмуро уставившись в одну точку, и думал, думал… Но его мысли просто ходили по кругу, и все заканчивалось безрезультатно.
— Кончай, Джефф, — со своим обычным оптимизмом произнес Фарго. — Если мы не можем вернуться домой, в наше родное время, придется удовлетвориться тем, что есть. Это замечательное будущее и прекрасная планета. Могло быть и хуже, не так ли?
— Я могу вас понять, — мрачно отозвался Джефф. — Марсель счастлив здесь, он изучает роботронику. Теперь, когда мы знаем, что его исчезновение не нарушило хода истории, ему не нужно возвращаться в Бастилию, где его ждет топор палача. Вы с Олбани тоже счастливы здесь. Вы любите друг друга, и кроме того, в этом мире можно найти себе любое занятие по душе. Гипердвигатель стал обычной вещью, и если вы не можете вернуться домой, у вас есть миллионы планет для исследований и приключений. Вы даже можете посетить Землю и остаться там, забыв о своем времени.
Фарго кивнул:
— Ну и что? Ты хочешь сказать, что к тебе это не относится?
— Нет, — сказал Джефф. — Я хочу домой. Я хочу быть кадетом Космической Академии. Я хочу участвовать в начале освоения космоса. Я хочу внести свой вклад в историю моего времени. Кроме того, ты не понимаешь: я хочу вернуть Норби — возможно, даже сильнее, чем вернуться в свое время.
Олбани подошла к ним. Переведя взгляд с Джеффа на Фарго, она тихо спросила:
— Он не хочет примириться с
