Читаем без скачивания Организм 2.0 - Стас Иванов

Моментально поняв, что это человеческая голова, облепленная длинными мокрыми волосами, Платонов выключил фонарик.

— Что это было? – сдавленным голосом спросила девушка. – Я что‑то видела. Зачем ты выключил фонарь, Паша?

Притянув девушку к себе, Платонов поцеловал ее. После развернул в сторону леса и шепотом велел:

— Беги. Через сотню метров будет дорога до монастырской пристани. В поселок не возвращайся, беги прямо к пристани. Не смей останавливаться. Ты знаешь, где ключи от моего катера. Возьми на борт еще нескольких человек и сразу отплывай.

Надя прижала к груди руки и затрясла головой.

— Что происходит, Паша?

— Ты все понимаешь.

— А ты?

— Мне пятьдесят пять лет, дурочка, у меня больные колени. Мне не успеть добраться ни до поселка, ни до монастырей. Они меня легко догонят. А теперь… – он подтолкнул девушку в сторону леса и командным голосом, которым в прошлой жизни гонял своих подчиненных, громогласно рявкнул: – Бегом!!! Пошла отсюда!!!

Вздрогнув, девушка глянула на коменданта. Но тот уже отвернулся и топал по берегу прочь от поселка. Всхлипнув, Надя сорвалась с места и побежала к дороге.

Убедившись, что девушка послушалась, Платонов включил фонарик и помигал им протистам. После, вспомнив поучения Долина, замахал руками и побежал трусцой.

— Сюда! Давайте, уроды, выходите по одному! – На бегу Платонов выхватил из кармана рацию и заорал в нее: – Акимов! Мать твою, Акимов, немедленно ответь!

— В чем дело? – мгновенно отозвался встревоженный голос главы.

— Эвакуируй общину, Игорек! У тебя пять минут! Все, конец связи!

Бросив рацию, Платонов припустил еще быстрее. Кряхтя от едкой боли в коленях, он бежал вдоль берега, когда из воды впереди него вышел здоровенный протист под два метра ростом.

Все, отбегался, понял Платонов и, остановившись, подобрал камень поувесистей.

— Ну, иди сюда, урод, – сквозь отдышку выдавил из себя комендант. – Черепушку‑то я тебе раскрою…

Из тьмы сбоку от коменданта беззвучно выбежал мертвец. Врезавшись в мужчину, он легко сбил его на землю, прыгнул на него сверху и одним рывком вырвал из его щеки кусок плоти.

Зарычав, Платонов двинул мертвеца камнем по голове, но тот, казалось, даже не заметил удара. Проглотив откушенный кусок, мертвец склонился к своей добыче и принялся с остервенением вгрызаться в лицо и горло коменданта.

Из леса донесся истошный девичий вопль. Принадлежать он мог только Наде.

Зазвучав, вопль почти сразу стих. Затем его сменили звуки коротких автоматных очередей – кто‑то из протистов добрался до поселка.

Но выстрелов Платонов уже не слышал. Теряя сознание, он был полностью уверен, что ему удалось увести протистов от поселка и дать людям время на спасение. Не всем, но хоть кому‑нибудь. В последний момент перед смертью по–настоящему он жалел об одном – не о гибели неминуемой общины, не о тысячах жертв, а лишь о том, что у него не получилось спасти всего одного человека – свою любимую…

Если бы Долин мог, он бы побежал вперед катера. К сожалению, это было не в его силах. Оставалось гнать на полную, невзирая на риск перевернуться. Подскакивая на волнах, с трудом удерживая вырывающийся из рук руль, Долин несся к едва–заметному островку света далеко впереди. А мимо катера время от времени проносились головы плывущих протистов, часть из которых уже почти наверняка добралась до Валаама.

Долин не знал, что будет делать, когда достигнет острова, и не понимал, с чего так рвется навстречу смерти. Для него было несвойственно подобное поведение. Хладнокровный циник, которым он стал, говорил, что разумнее притормозить и забрать людей, сумевших сбежать в лес. Самопожертвование и напрасный риск – удел глупцов, шептал внутри него вкрадчивый голос, однако другая его часть, проснувшись после пяти лет сна, громко повторяла: «Быстрее вперед! Быстрее вперед!». И в этот момент Долин слышал лишь себя прежнего, требовавшего от него защитить свой единственный дом и тех немногих людей, без которых он не представлял свою жизнь.

Когда до берега оставалось метров триста, за жужжанием надрывающегося мотора стали слышны звуки выстрелов. Еще через сотню метров донеслись крики людей. На последнем отрезке пути удалось наконец разглядеть, что творилось на берегу, и Долин понял, что опоздал – община еще не погибла, но уже билась в агонии.

Половина паромов спешно отчаливала от берега, другая заводила двигатели. Сходни к суше были сброшены в воду, лишь одно судно продолжало принимать на борт людей. Перед сходнями стояло с десяток автоматчиков из охраны поселка. Выстроившись полукругом на отдалении от трапа, они контролировали подходы к судну, а за их спинами толпились жители поселка, успевшие добраться до кораблей. Их было немного, человек пятьдесят. Часть уже бежала вверх по сходням, другая дожидалась своей очереди на берегу. Но несколько человек, не в силах ждать, просто бросились в ледяную воду и доплыли до судна, с которого, скинув им веревки, куртки и палки, их вытягивали люди на борту.

В общем и целом, эвакуация проходила успешно – паранойя Акимова наконец сослужила общине добрую службу. Поминая матом неугомонного главу, люди не раз отрабатывали действия при эвакуации и были готовы к нападению мертвецов и зимой, и летом.

Вот только эта атака стала чересчур неожиданной и слишком мощной. Никто не ждал, что мертвецы ринутся преодолевать естественное препятствие, воду, да еще и не поодиночке, а целой группой. Никто не готовился к подобному сценарию. Полагая, что мертвецам до них не добраться, жители общины сосредоточились на решении насущных бытовых вопросов, позабыв про безопасность. Пожалуй, люди стали слишком беспечны.

За что и поплатились – единственную улицу берегового поселка заполонили протисты. Пока их было немного, не больше полусотни, но их количество стремительно росло. Сея хаос, мертвецы носились между домами и бараками, преследуя приглянувшихся им жертв, а высыпавшие на улицу люди пытались вырваться из обреченного поселка. Они разбегались кто куда мог, но вырваться удавалось лишь единицам. Кто‑то бежал через поля в лес, кто‑то вдоль берега к монастырям, кто‑то предпочел запереться в домах. Лишь единицам удавалось проскользнуть мимо увлеченных охотой протистов и добраться до парома. Остальные же становились их добычей и пополняли число врагов.

Одна за другой в голове Долина замелькали картинки хаоса и смерти.

Из ближайшего к воде дома выбежала женщина, прижимая к себе кулек с пожитками. До трапа ей нужно было преодолеть каких‑то полсотни метров, но с крыши перед ней спрыгнул протист. Споткнувшись, женщина упала, попыталась отползти назад, но мертвец прыгнул на нее.