Пропустив удар кулаком по носу, Сарбо взревел как обезумевший дракон и бросился на соперника, но тот ловко ушел вправо, напоследок ткнув его в бок.
Зрителей собралось немало. Женщины, округлив глаза, требовали нюхательную соль. Мужчины даже не пытались вмешаться. Они криками подбадривали драчунов и, я уверена, делали ставки на победу одного из них.
Неподалеку на брусчатке валялся когда-то пышный букет из розовых пионов, по которому не потоптался только ленивый. Подруга, стоя рядом со мной, громко кричала, умоляя то Крейна, то мистера Сарбо прекратить «этот цирк». Но те или не слышали, или перешли черту, из-за которой уже нет возврата.
Внезапно появившиеся из-за угла трое стражников громким свистом обратили на себя внимание зевак. Подскочив к не прекращавшим драку мужчинам, они ударами рук и ног уложили обоих на землю, и дали им пару минут, чтобы остыть и прийти в себя.
Подхватив юбки, Симила спустилась с лестницы и, обогнув злобно сверкающего на нее глазами Доггера, опустилась на колени рядом с мистером Сарбо.
- Вильран, с вами все в порядке? – запричитала она, больше, однако, косясь на его противника.
- А у меня поинтересоваться не хочешь? – процедил Крейн и сплюнул, сочившуюся из разбитой губы кровь.
- С тобой я вообще больше не разговариваю! Варвар, дикарь, животное!
- Мисс, прекратите махать кулаками, а то мы и вас заберем, - предупредил мою разгоряченную подругу один из стражей, прежде чем подхватить мистера Сарбо и увести за собой. Такой же участи подвергся и Крейн, вслед за которым отправился Тэммон, намереваясь, по всей видимости, выручить приятеля из беды, а я, спустившись к Симиле, подхватила ее под руку и прижала к себе.
- Успокоилась?
- Угу, - всхлипнула она, уткнувшись в мое плечо.
- Тогда рассказывай, что это сейчас тут было?
- Мистер Сарбо он… он подкараулил меня рядом с издательством и подарил цветы. Мы раньше не общались. Были знакомы, но шапочно. Оказывается, все это время, он пылал ко мне определенными чувствами. А сегодня набрался храбрости и решил признаться. Создатель, вот зачем он сделал это на улице? При всех? Мог бы позвать в ресторан, пригласить в театр? Крейн уж точно по таким местам не ходок.
- То есть, он услышал, как мистер Сарбо признается тебе в любви и напал на него?
- Нет, дело не в этом.
- А в чем же тогда? - удивленно приподняла я брови.
- Он услышал, как мистер Сарбо описывал мне свои… странные способы ухаживания. Среди прочего, он признался, что записка, в которой мне обещали сенсацию на приеме в королевском замке, была написана им самим в попытке «хоть мельком на меня взглянуть». И именно после этих слов, появившийся как черт из табакерки Крейн, накинулся на беднягу.
- В смысле, написана им? Мы же думали, что это дел рук убийцы виконта…
- Поверь, я тоже очень сильно удивилась. Нужно будет завтра же съездить в казармы и сказать генералу, чтобы снимал охрану. Она мне больше ни к чему. Только… вот же странность, если адресованная мне записка, дело рук Вильрана. То, кто писал тебе?
- Эээ… я не знаю, - пожала я плечами, опустив взгляд. Врать ей с каждым разом становилось все сложнее, а сказать правду – значило разрушить нашу дружбу, - но обязательно выясню.
- А я помогу, - кивнула Симила, - кстати, ты подумала нам моим предложением по поводу совместной поездки на Дистрикт-Рю? Я заранее договорилась с приставленным ко мне стражем о транспорте, он с минуты на минуту должен быть здесь.
- Я думала ты откажешься от этой идеи, - нахмурилась я, вспомнив о нашем обеденном разговоре.
- Вот еще! Впервые в жизни у меня появился шанс доказать, что моя работа чего-то стоит. Я ни за что его не упущу, - стоило ей закончить, как рядом с нами притормозил экипаж, с впряженной в него двойкой молодых грифонов, - а вот и он. Ну так как, едешь?
Я хотела отказаться. Честное слово, хотела. И даже рот открыла, чтобы это сказать. Но вдруг перед глазами встало заплаканное лицо обманутой миссис Стоункарт, и сердце защемило от жалости.
- Еду
Глава 28. "Бериш Арка"
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Прекратившийся стук колес экипажа, как и утихнувший цокот когтей грифонов свидетельствовали о том, что мы с Симилой и Майло - приставленным к ней стражем – прибыли по нужному адресу.
Открыв дверь и спрыгнув на мостовую, воин помог нам по очереди выбраться наружу, затем бросил вознице золотую монету, и повел нас по освещенной тусклым светом газовых фонарей улице.
Дистрикт-Рю не зря носил звание самого неблагополучного квартала в Арентале. Он находился на отшибе, населялся бедными слоям драконьего общества, и славился рекордным количеством питейных заведений на один квадратный туаз.
Несмотря на частые рейды, в вечернее время суток жизнь здесь била как из ключа. Улицы заполнялись шумными пьяницами, наглыми бандитами и женщинами легкого нрава, что, не стесняясь нас с Симилой, наперебой предлагали Майло «бросить своих крошек, и уединиться на часочек».
Дождей в столице не было больше недели, но нам то и дело приходилось обходить глубокие лужи, от которых шел стойкий запах нечистот. Из открытых окон слышалась ругань и крики, а от непристойностей в наш с подругой адрес вяли уши.
Не знаю, чтобы мы с ней делали без стража, который, словно мать-наседка, охранял нас от косых взглядов, то и дело предлагая вернуться домой. И я бы не раздумывая согласилась с его словами, но Симила, закусив удила, твердым шагом неслась к видневшейся неподалеку деревянной вывеске, на которой корявым почерком было выведено – «Бериш Арка».
Таверна представляла собой мрачное двухэтажное здание, находящееся на возвышении. Рядом с крыльцом лежал и громко храпел человек. Осторожно ступая по прогнившим доскам, мы толкнули дверь и очутились в забитом людьми помещении.
В нос ударил противный запах потных, немытых тел и кислого пойла. За деревянными столами сидели мужчины и женщины. Какой-то парень фальшиво играл на лютне, но его изрядно набравшимся слушателям не было до чистоты звука никакого дела. Они притоптывали, пели скабрезные песенки, и весело хлопали в ладоши.
Посидеть бы дома мне, да заняться делом,
Нет, по бабам я бегу, или виноделам,
За работой, на руках натирать мозоли?
Ох, избавь меня, создатель, от несчастной доли!
Постояв с минуту у входа и оценив творящуюся внутри обстановку, мы с Симилой попросили Майло постоять у стены – уж больно устрашающей фигурой обладал страж - а сами, под молчаливо-неодобрительные взгляды посетителей прошли к стойке, за которой трудился рыжий, коренастый мужчина с жидкой бородой и рябым лицом.
- Любезный, - обратилась я к нему, - не знаете ли вы человека по имени - Гортензий ли Марш?
- А ежели и знаю, что с того? – послышался не очень вежливый ответ, и в меня впился алчный взгляд прищуренных глаз.
- Он назначил мне встречу в вашей таверне, но, судя по всему, куда-то запропастился, - вытащив из кармана платья монету, я положила ее на прилавок и пододвинула к мужчине. Тот схватил золото, попробовал на зуб, затем положил в карман, и тут же расплылся в пробирающей до дрожи улыбочке.
- Да куда денется этот хорек? Здесь где-то крутится. Поди на втором этаже с одной из моих девочек покувыркаться решил. Вы, ежели не торопитесь, присаживайтесь. Долго он их занимать точно не будет.
Да уж, с нашими нежными девичьими чувствами этот тип не церемонился. Казалось, ему доставляло несказанное удовольствие вводить нас с Симилой в краску, сообщая о своем дополнительном бизнесе и расписывая разгульную личную жизнь мистера ли Марша.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мерзкий мужичонка не понимал, что перед ним охочие до сенсации репортеры, которые, добравшись до своих рабочих мест, камня на камне не оставят от его таверны, да еще и королевскую стражу подключат к расследованию подозрительной смерти одной из местных девиц.
