В конце экскурсии они оказались в кабинете покойного руководителя.
– Теперь это ваше место, – усмехнулась Татьяна, прищурив на Талу свои красивые глаза.
– Садись! – легко подпихнул ее в спину Юрий.
Она оказалась в кресле шефа и содрогнулась.
«Если бы я знала, к чему приведет меня обычная просьба убирать могилу Храмцовской…»
На столе стояла фотография женщины средних лет в кремовой блузке, с ниткой жемчуга на шее. Эстела узнала ее, это она была изображена на могильном памятнике.
«Здравствуйте, Софья, – мысленно сказала она ей, – простите, если что не так… Я, честное слово, не хотела занять место вашего мужа».
– А вы смотритесь в этом кресле, только что вы в нем будете делать? – спросила ее Татьяна то ли искренне, то ли с долей иронии.
– Разберемся, – осадил ее Юра.
В итоге они провели в «Прогрессе» целый день. Под конец Юра, взглянув на часы, заспешил:
– Мне надо попасть к себе на работу.
– Ну что же, тогда до свидания.
– Вот так просто, и я тебе больше не нужен? – удивился он.
– Ты мне очень нужен, но я не могу полностью тебя поработить. Дай мне совет, что делать с этой фирмой? Но учти пожелания Эрика Игоревича, это для меня важно.
– Над этим я обязательно подумаю, давай не будем торопиться с решением.
– А сейчас уезжай на свою работу, здесь рядом станция метро, я доберусь сама, – заверила Тала.
– Без обид?
– Какие обиды! Я благодарна тебе!
Глава 14
На этой радостной ноте Юрий покинул ее, на прощание сказав, что она может обращаться к нему с любым вопросом, какой бы ее ни беспокоил. Этим вечером он должен был встретиться с Надеждой и не мог снова подвести ее. Тала же осталась в кабинете Эрика Игоревича, здесь она чувствовала себя наиболее комфортно. Сев за стол, она стала перебирать бумаги. Чего здесь только не было – какие-то отчеты, письма, личные записи, химические формулы и даже стихи. В кабинет заглянула Татьяна, прервав ее размышления на тему: «И вправду, зачем мне все это надо…».
– Рабочий день закончился, шеф.
– Вы меня недолюбливаете? – в лоб спросила Тала, чувствуя колкость в каждой ее фразе.
– Простите, но моей любви вы требовать не можете, – хмыкнула Татьяна.
– Здесь много стихов… – зачем-то заметила Тала.
– Эрик Игоревич сам их писал.
– Так это его? Они чудесны!
– Я знаю… – Она посмотрела на часы. – Вас подвезти до метро? Автобусы здесь ходят крайне редко, а до станции идти неудобно.
– Не стоит беспокоиться, я доберусь сама.
– Как хотите.
«Интересно, почему Эрик Игоревич испытывал к ней симпатию? По идее, я должна доверять ей, но почему-то не хочется», – подумала Тала.
Она провела еще какое-то время, размышляя о жизни. Если прислушаться к сердцу, она не хотела быть хозяйкой этой фирмы, не хотела даже брать деньги за нее. Здесь все чужое, она очень остро это ощущала. Но не могла предать Эрика Игоревича… Тала посмотрела в окно. Похоже, потеплело, но собирался дождь.
«Мне тоже пора собираться… Юра обещал помочь, и у меня нет оснований не доверять ему».
Она вышла из кабинета, пройдя длинным пустым коридором, спустилась на первый этаж и, попрощавшись с охранником, вышла на улицу. Воздух был, как ни странно, свежим и чистым, несмотря на близость химического производства. Здание «Прогресса» одиноко возвышалось на фоне промышленной зоны: складов, ангаров, гаражей и сараев. Где-то вдалеке мелькнула молния.
«Ого! Первая гроза уже в апреле». – Взглянув в темное небо, Тала заспешила в сторону метро. Каблуки ее полусапожек одиноко застучали по асфальту, уже полностью освобожденному от снега. Проходя по пустынной улице мимо заброшенных ангаров с выбитыми окнами-глазищами, она пожалела, что отказалась от предложения Татьяны. А когда впереди замаячили ограды и памятники кладбища и раздались раскаты грома, она уже досадовала, что отпустила Юрия.
«Дорога мимо кладбища короче, но по ней я, пожалуй, не пойду… Интересно, с каких пор я стала бояться кладбищ?»
Вдруг неожиданно позади взвизгнули тормоза, Тала обернулась и увидела красные «Жигули» девятой модели, выскочившие на большой скорости из-за поворота. В сердце закралась тревога… Догнав ее, машина поехала медленней, тонированное стекло опустилось, и появилась черноволосая голова какого-то кавказца.
– Девушка, девушка, садись, подвезем!
– Красивая, поехали кататься! – вторил ему второй голос тоже с акцентом.
– Нет, спасибо! – резко отказалась Тала и ускорила шаг, что-то внутри оборвалось. В такие моменты особенно остро желаешь стать невидимкой.
– Эй, нет, так не пойдет! Зачем дерзишь, красавица?! Давай садись, не то силой втянем, – донеслась до нее угроза.
Тут Тала не выдержала и сорвалась с места, машина рванула следом.
– Стой, сука! Куда?! Объезжай ее! Лови!
Она неслась по кладбищу, найдя лаз в изгороди и ловко лавируя между могилами. Сердце ее билось как у загнанного зайца. Безмолвные и безучастные лица на могильных плитах мелькали мимо ее глаз. Не останавливаясь, она закашлялась и обернулась. Погони видно не было. Размышлять о том, что с ней могут сделать в той машине, ей не хотелось. Пробежав почти все кладбище, Тала подвернула ногу и на лету что есть силы ударилась головой о чугунную ограду и свалилась… в вырытую могилу.
«Вот и конец!» – успела она подумать, прежде чем потерять сознание. Между тем два кавказца, чертыхаясь, пробежали совсем рядом.
– Вот курва! Как сквозь землю провалилась! Как нам к ребятам возвращаться? Бабу догнать не смогли! Такой шанс упустили, встретили блондинку на пустыре! Вах-вах-вах… – разочарованно потянулись они назад, тяжело дыша.
Только потревоженная стая ворон продолжала кружить над кладбищем. Тала очнулась, когда уже вовсю бушевала гроза. Холодный дождь привел ее в чувство, она медленно открыла глаза и посмотрела прямо перед собой. Над ней простиралось бескрайнее темное небо, откуда стеной лилась вода, а по бокам виднелась темная сырая земля с висячими корнями, похожими на причудливых чудовищ.
«Где я?» – пришла первая мысль в голову, которая, казалось, разламывалась от пульсирующей боли. Постепенно память возвратилась, и Тала с ужасом поняла, что лежит в могиле как покойница, вытянувшись в струнку и сложив руки на груди. По размерам яма ей подходила.
– Прямо по моим меркам вырыли, – разлепив губы, произнесла она вслух, не узнавая своего голоса.
Несмотря на это «приятное» совпадение, уютно ей не было – руки и ноги онемели, тело погружалось в промозглую мерзкую жижу. Тала села, пытаясь унять головокружение, и ее сразу же вырвало. Удар об ограду она получила сокрушающий. Цепляясь за корни деревьев, она, качаясь, поднялась на ноги. Эта простая манипуляция удалась не сразу, а вот о том, чтобы выбраться наружу без посторонней помощи, не могло быть и речи.
«О боже, что же делать?» – Тала в задумчивости потерла затылок и наткнулась на твердый продолговатый предмет. Ладонь моментально окрасилась какой-то бурой жидкостью…
– Кровь… – выдохнула Тала. – А если бы не запутавшееся в волосах бигуди, я бы пробила голову! Спасибо моему ангелу-хранителю!
Она сделала еще несколько неудачных попыток вылезти из ямы, напоминая жука в скользкой банке. Только жуку в этой ситуации было проще, он, по крайней мере, не мок под проливным дождем и не падал в грязную жижу, хотя стеклянная банка для него тоже являлась своеобразной могилой. Тала посмотрела на часы.
«Двенадцать часов! Явно не дня! Я была без сознания почти четыре часа! Видимо, гроза не скоро добралась до этого района Москвы…»
Она вздохнула и подняла сумку. Скоро в ее руке оказался маленький симпатичный телефон.
«Как-то неудобно… полночь… а кому я еще позвоню?.. Но при чем здесь Юрий? Он мне не сват и не брат! Вызову-ка я службу спасения…» – решила она.
– Алло, служба спасения, оператор Ирина, слушаю вас.
– Здравствуйте, девушка. Тут такое дело… – замялась Тала. – Я в данный момент нахожусь в могиле и не могу из нее выбраться.
– В какой вы находитесь могиле? – оторопела оператор.
– Я этого не знаю, – честно призналась Тала.
– Не морочьте нам голову! Своими идиотскими звонками вы не даете людям, действительно попавшим в беду, дозвониться до нас.
– Я правду говорю! – воскликнула Тала.
– Еще раз позвоните на пульт – я заявлю о хулиганстве в милицию! Это подсудное дело!
Тала с удивлением услышала гудки в телефонной трубке.
«Вот тебе на… Служба спасения! Хотя кто поверит в этот бред?! Стоп! Поверит тот, кто сам был в подобной ситуации. Делать нечего, придется его побеспокоить…»
Ледяными пальцами она нажала на кнопку, вызывая «нахала».
«А я вот – зануда, – подумала она, – может быть, у него я так и значусь».
Телефон Юрий на ночь не выключил, и это было хорошей новостью. Неприятным же для Талы оказалось то, что ей ответил заспанный женский голос:
– Алло?
