дальше?
Уф, смогла! Решилась!
Всем видом стараюсь показать, что не думаю о фасоне свадебного платья, марш Мендельсона не прокручиваю, и имена нашим детям не придумываю. Просто мне нужна хоть какая-то определенность.
— Надь, было фантастически, отпускать я тебя не хочу, – я улыбнулась, услышав эти слова. — Мы можем попробовать встречаться.
Я немного помрачнела.
Можем попробовать…
— Я готов, – произнес он, глядя мне прямо в глаза, — но только при условии, что ты вернешься в офис. С Андреем, сама понимаешь, я не могу позволить тебе работать, он то еще дерьмо. Еще я предлагаю снять вам с Лизой квартиру в этом доме. И, разумеется, теперь все твои расходы я беру на себя.
Я зависла.
Это что вообще такое? И как реагировать?
Начиналось-то все хорошо, и разве нельзя было продолжить в том же духе? Сказать, что нравлюсь, предложить встречаться. Предложить!
Вместо этого я услышала черт знает что. Про офис, про деньги, квартиру. Про то, что он готов.
— Что-то не так? – Никита протянул руку, и накрыл своей ладонью мою. И легонько сжал.
— Ты меня в содержанки позвал? – выдохнула я, не соображая, что это вообще было за признание такое.
И признание ли это.
— Надь, мне, как мужчине, важно дать тебе… – начал мужчина, и в это время в дверь позвонили. Он отмахнулся, снова заговорил, и в дверь позвонили настойчивее. — Закончим на том, на чем остановились. Я сейчас выпровожу того, кто приперся, и поговорим нормально.
Так, мне нужно немного успокоиться. Разумеется, Никита не стал бы падать на колени, и клясться в вечной любви – я бы точно решила, что он псих, испугалась, и сбежала бы. Может, он неправильно выразился?
— Ты неправильно выразился? – выкрикнула я, пока он не успел открыть дверь.
Мне нужно знать сейчас-же, иначе я с ума сойду.
— Я выразился правильно. Успел сказать самое важное. Сейчас обсудим все остальное, – донеслось до меня.
Правильно, значит.
То есть, я возвращаюсь в офис, селюсь рядом, живу на деньги Никиты. Это отношения или содержание? Похоже на второе. Но с другой стороны… с другой стороны, тот же Сергей мне в уши лил нежные признания, а толку?!
Нет уж, мы поговорим, тогда и буду решать, что делать.
— Привет, хорошо, что ты дома! Я уж испугалась, что ты в офисе, – услышала я женское щебетание, и встала со стула. — Нам срочно нужно по магазинам проехаться, у меня целый список покупок. А еще подарки нужны, я не успела купить. Никит, ты чего застыл?
Я вышла в коридор, и увидела ту, кого сразу узнала.
Лиду.
НИКИТА
Еще когда мы были подростками, мой лучший друг сказал мне, что деньги – зло, и в некоторых моментах лишь мешают. Я не сразу понял, о чем он говорил. Потом дошло.
Оценки нам ставили просто так, потому что отцы обеспеченные, и школе помогали. Можно было послать учителя трехэтажным великим и могучим, но в дневнике нарисуют пятерку. Сначала это нравилось, потом начало раздражать, именно когда я начал понимать, в чем дело.
С девушками было также. Никогда не понимал, когда нужен я сам, а когда бабло. Со временем стало плевать, денег мне никогда не было жаль. Вполне честный обмен за постель, как мне казалось.
Не могу понять, что у меня к Наде. Она сидела напротив, вся – воплощение нежности и уязвимости, и я понимал – отпускать от себя нельзя.
Упускать нельзя.
Одна мысль об этом бесит.
И вроде бы влюблялся в прошлом, в двадцать лет все влюблялись, вот только хватало меня на пару недель. Быстро угасало. А когда юность прошла, во всем стали главенствовать расчет и удобство, в отношениях с женщинами тоже.
Вторая юность наступила? Похоже на то. Надя, несмотря на свои годы, еще девчонка, вот и я в мальчишку превратился.
Коротит меня от нее. Она почти не дышит, а я думаю, что ей ответить, и успеваю представить нас на этом самом столе, на подоконнике, в душе. В коридоре у стены.
А еще хочется позаботиться о ней.
— Ты меня в содержанки позвал? – спокойно, даже нежно спросила Надя, чуть расширив глаза.
Я чуть в голос не застонал.
Я ей отношения предлагаю, хочу обеспечить нормальную жизнь, защитить, а она про содержание.
Работает с кретином, к которому ушла из-за моего скотского поведения. Андрей выждет, и начнет играть с Надей, а этого допустить нельзя. Методы у него еще хуже тех, которыми я сам пользовался в юности, чтобы весело ночь провести.
И живет Надя не в самом нормальном районе, сам видел у лавочки использованные шприцы. А у Нади дочка. Мог предложить съехаться, мне дико приятно видеть именно эту девушку в своей квартире, но Надя бы отказалась. Рано. А позаботиться о ней нужно, чтобы не работала с кем попало, и не жила рядом с наркопритоном.
И чтобы ни в чем не нуждалась.
Впервые в жизни нет сомнений, что девушке от меня не нужны деньги. Просить не станет, значит я сам должен обеспечить. Без просьб.
— Куда? – рыкнул, поймав Надю.
Она смотрела на свое пальто, стараясь игнорировать и меня, и Лиду.
— Домой.
— Надя, вернись в комнату. Мы еще не поговорили.
— Разве?
Твою мать!
— Надя… – спокойно начал я, смутно представляя, что сейчас творится в хорошенькой головке этой девушки, но она перебила.
— Мне нужно побыть одной и подумать, – улыбнулась она. — Мы поговорим, но позже. Правда. А сейчас я пойду, такси сама вызову.
Мне это не нравится, выпускать из своей квартиры Надю не хочу. Уже успела накрутить себя, хотя вроде и поводов не давал. Ухаживал ведь? Пусть по-идиотски, но как умел. До этого я вообще ни за кем не бегал.
— Сегодня же поговорим, – с тихой угрозой пообещал я, решая отпустить Надю, чтобы она смогла выдохнуть. — Я приеду.
Она улыбнулась одними губами, и выскочила из квартиры, будто за ней гонятся.
Черт, сразу холоднее стало на пару градусов.
— Интересно у тебя, – недобро прокомментировала Лида. — Впустишь?
— Я так и не понял, с чего я должен катать тебя по магазинам, – не спешу впускать Лиду, чтобы снова не придумала себе то, чего между нами быть не может. — Не припомню, что обещал тебе.
— Твоя мать зато обещала, – скривилась Лида. — Они
