– Я очень испугалась, – сказала она почти весело. – Но речь шла всего лишь о формальности, о каких-то бумагах… Всё в порядке, дети мои. Мы вышли из тени. Я думаю, мы можем заказать себе ликер по этому поводу.
Ликер был заказан и подан. Они подняли рюмки.
– За будущее! – воскликнула миссис Райс.
Гарольд улыбнулся Элси и произнес:
– За ваше счастье!
Она улыбнулась в ответ и сказала, поднимая свою рюмку:
– И за вас, за ваш успех! Я уверена, что вы станете очень большим человеком.
Это была реакция после страха, их охватило веселье, почти эйфория. Тень ушла! Все хорошо…
В дальнем конце террасы поднялись две женщины, похожие на птиц. Аккуратно свернули свое вышивание. И пошли по каменным плитам.
Слегка поклонившись, они сели возле миссис Райс. Одна из них заговорила. Вторая не отрывала взгляда от Элси и Гарольда. На ее губах играла легкая улыбка. Неприятная улыбка, подумал Гарольд…
Он взглянул на миссис Райс. Она слушала польскую даму, и хотя Уоринг не понимал ни слова, выражение лица миссис Райс было вполне понятным. Все прежнее страдание и отчаяние вернулись. Она слушала и время от времени вставляла короткие фразы.
Вскоре две женщины встали и с легким поклоном вошли в отель.
Гарольд наклонился вперед и хрипло спросил:
– В чем дело?
Миссис Райс ответила ему безнадежным тоном, полным отчаяния:
– Эти женщины собираются нас шантажировать. Они все слышали вчера ночью. И теперь, когда мы попытались все замять, все стало в тысячу раз хуже…
VIII
Гарольд спустился к озеру. Больше часа он лихорадочно шагал, пытаясь с помощью физических усилий заглушить отчаяние, охватившее его. В конце концов Уоринг пришел на то место, где впервые заметил двух суровых женщин, которые теперь держали жизни его и Элси в своих злобных когтях.
– Будь они прокляты! – громко воскликнул он. – Будь проклята эта пара дьявольских гарпий-кровопийц!
Легкое покашливание заставило его резко обернуться. И он оказался лицом к лицу с иностранцем с роскошными усами, который только что вышел из тени деревьев.
Гарольд обнаружил, что ему трудно заговорить, – ведь этот маленький человечек наверняка слышал то, что он только что сказал, – и от растерянности неуклюже произнес:
– О… э-э… добрый день.
Тот ответил на безупречном английском языке:
– Но для вас, боюсь, этот день не так уж хорош.
– Ну э-э… я… – Гарольд снова не знал, что сказать.
– Я думаю, у вас неприятности, месье? – спросил маленький человечек. – Могу я чем-то помочь вам?
– О нет, спасибо, нет, спасибо! Просто выпускаю пар, знаете ли.
Его собеседник мягко произнес:
– Но я думаю, что смог бы вам помочь. Я прав, не так ли, связывая ваши неприятности с двумя дамами, которые сейчас как раз сидят на террасе?
Гарольд уставился на него:
– Вы что-нибудь знаете о них? И кто вы такой, кстати? – прибавил он.
Словно признаваясь в королевском происхождении, маленький человечек скромно ответил:
– Я – Эркюль Пуаро. Давайте прогуляемся немного по лесу, и вы расскажете мне вашу историю. Как я уже сказал, думаю, что смогу вам помочь.
И по сей день Гарольд не вполне уверен, что заставило его вдруг выложить всю эту историю человеку, с которым он поговорил всего несколько минут. Возможно, сказалось огромное напряжение. Во всяком случае, это произошло: он все рассказал Эркюлю Пуаро.
Тот слушал его молча. Один или два раза он серьезно кивнул головой. Когда Гарольд закончил рассказ, Пуаро мечтательно сказал:
– Стимфалийские птицы с железными клювами, которые питаются человеческой плотью и обитают у Стимфалийского озера… Да, все совпадает в точности.
– Простите? – уставился на него Гарольд.
Возможно, подумал он, этот смешной человечек сумасшедший!
– Я размышляю, вот и всё, – улыбнулся Эркюль Пуаро. – У меня собственная точка зрения на вещи, как вы понимаете. Теперь что касается вашего дела. Вы попали в очень неприятное положение.
– Я и без вас это знаю, – нетерпеливо ответил Гарольд.
– Это серьезное дело – шантаж, – продолжал Эркюль Пуаро. – Эти гарпии заставят вас платить, платить и снова платить! А если вы окажете им сопротивление, что случится тогда?
– Все выйдет наружу, – с горечью ответил Гарольд. – Моя карьера будет погублена, а несчастная женщина, которая никогда никому не причинила зла, пройдет сквозь ад, и бог знает, чем это все закончится!
– Следовательно, – сказал Эркюль Пуаро, – нужно что-то сделать.
– Что? – напрямик спросил Уоринг.
Пуаро откинулся назад, прикрыв глаза, и сказал (и снова Гарольд усомнился в здравости его рассудка):
– Настал момент для бронзовых тимпанов[20].
– Вы совсем сошли с ума? – спросил Гарольд.
Пуаро покачал головой и ответил:
– Вовсе нет! Я только стараюсь поступать по примеру моего великого предшественника, Геракла. Потерпите еще несколько часов, мой друг. К завтрашнему дню, может быть, я смогу избавить вас от ваших преследователей.
IX
На следующее утро Гарольд спустился вниз и увидел сидящего на террасе Эркюля Пуаро. Вчера обещания маленького бельгийца почему-то произвели большое впечатление на Уоринга.
Он подошел к нему и с тревогой спросил:
– Ну?
Эркюль Пуаро широко улыбнулся ему:
– Все хорошо.
– Что вы имеете в виду?
– Все улажено вполне удовлетворительно.
– Но что произошло?
Эркюль Пуаро мечтательно ответил:
– Я применил бронзовые тимпаны. Или, выражаясь современным языком, заставил гудеть металлические провода; короче, я использовал телеграф! Ваши «стимфалийские птицы», месье, удалены туда, где они не смогут некоторое время применять свою изобретательность.
– Их разыскивала полиция? Их арестовали?
– Вот именно.
У Гарольда вырвался глубокий вздох:
– Как замечательно! Об этом я не подумал. – Он вскочил: – Я должен найти миссис Райс и Элси и рассказать им.
– Они уже знают.
– О, хорошо. – Гарольд снова сел. – Расскажите мне, что именно…
Он осекся.
По дорожке от озера приближались две фигуры в развевающихся плащах, в профиль похожие на птиц.
– По-моему, вы сказали, что их арестовали? – воскликнул Гарольд.
Эркюль Пуаро проследил за его взглядом.
– О, эти?.. Они совершенно безобидны. Дамы из хорошей польской семьи, как и сказал вам портье. Их внешность, возможно, не слишком приятна, но это всё.
– Но я не понимаю!..
– Да, вы не понимаете. Это других дам разыскивала полиция: изобретательную миссис Райс и плаксивую миссис Клейтон. Это они являются известными хищницами. Эти двое, они зарабатывают на жизнь шантажом, mon cher.
Гарольд почувствовал, что мир закружился вокруг него.
– Но тот мужчина, тот, которого убили… – произнес он слабым голосом.
– Никого не убили. Не было никакого мужчины.
– Но я его видел!
– О нет. Высокая миссис Райс с низким голосом очень успешно перевоплощается в мужчину. Это она играла роль мужа, без своего седого парика и соответственно загримированная для этой роли.
Он подался вперед и похлопал собеседника по колену:
– Вы не должны слишком доверчиво идти по жизни, мой друг. Полицию любой страны не так-то легко подкупить – возможно, ее вообще нельзя подкупить, – и уж конечно, не в деле об убийстве! Эти женщины пользуются тем, что средний англичанин не знает иностранных языков. Так как миссис Райс говорит по-французски и по-немецки, именно она всегда разговаривает с управляющим и руководит всей аферой. Прибывают полицейские и идут в ее номер, да! Но что происходит в действительности? Вы этого не знаете. Возможно, она говорит, что потеряла брошь, что-то в этом роде. Подходит любой предлог, чтобы приехали полицейские, и вы их увидели. В остальном – что происходит в действительности? Вы переводите деньги телеграфом, много денег, и передаете их миссис Райс, которая ведет все переговоры. И дело сделано! Но они жадные, эти хищницы. Они видели, что вы беспричинно питаете неприязнь к двум несчастным польским дамам. Эти дамы подходят и вступают в совершенно невинную беседу с миссис Райс, и она не может устоять, чтобы не повторить свою игру. Она знает, что вы не понимаете, о чем они говорят. Поэтому вам придется снова попросить прислать деньги, и миссис Райс сделает вид, будто отдает их уже другим людям.
