Младший офицер, которого уполномочили отправиться в опасное путешествие – в Гандамук, к Сэйлу, через территорию, захваченную афганцами, мужественно выслушал все инструкции.
– Рекомендую вам надеть афганскую одежду, – сказал Кит. – И вашим людям тоже. Так будет меньше шансов привлечь внимание.
Молодой человек принял совет со стоической улыбкой и отправился собирать свой отряд. А Кит вернулся домой, облачился в афганскую одежду, намазал лицо ваксой для сапог и накинул на плечи бурку из овчины, подбитую мехом. Денщик Харли наблюдал за ним с выражением крайнего неодобрения. Кит сел на лошадь и снова отправился в Кабул.
Добыть афганскую рубашку, тюрбан и широкие брюки, которые Кит заткнул в сапоги, было совсем несложно. Зато теперь, проезжая по городским улицам, он чувствовал себя намного спокойнее. Кругом не было ни одного европейца, да и местных маловато. В основном они стояли, сбившись в маленькие группы, на перекрестках или в дверях домов. В воздухе пахло бедой, и Кит ощущал, как уже знакомый холодок пробегает по его телу.
Оставив лошадь у резиденции Бернса, он пешком отправился к дому Акбар-хана. После той встречи на базаре Кит изо дня в день, всю неделю совершал это паломничество. Прятался в дверях дома на противоположной стороне улицы и молча нес свое дежурство, ломая голову над неразрешимой проблемой.
Задача, которую Кит взвалил на свои плечи, казалась ему единственно важной. Она поглотила его целиком. Он без конца обсуждал это с друзьями, но их энтузиазм и изобретательность иссякали по мере того, как приближался рассвет и убывало бренди в бутылке. Впрочем, Кит не мог их винить. Его собственную одержимость питали воспоминания об Айше, которую приятели и в глаза не видели. Кольцо вокруг англичан в Кабуле стягивалось все плотнее, но решимость Кита возрастала… В этом мире безумия и заблуждений только Айша оставалась реальностью.
Было первое ноября.
Айша стояла у окна и смотрела вниз, на улицу, где человек в афганской одежде наблюдал за ее домом. На что он рассчитывает? Всякий раз, увидев Кита, Айша задавала себе этот вопрос. И страстно желала одного: чтобы он ушел и позволил ей жить своей жизнью. Ей хотелось вновь обрести внутреннее спокойствие и гармонию, которые Кит нарушил, возмутив тихую заводь ее существования. Она боялась его.
– Мы должны изолировать Кабул от военного городка. – Голос Акбар-хана донесся из коридора. – Это будет первый наш шаг.
– А что делать с Бернсом и людьми в казначействе? – Айша узнала голос Бадар-хана.
Мужчины направлялись в зал заседаний, где собиралась очередная шура. Айша приникла к гобеленовому занавесу.
– Они будут отрезаны от своих товарищей в военном городке, – бросил Акбар-хан. – Лишив англичан свободы передвижения, мы разрушим их веру в себя и поселим страх в их сердца.
– А может быть, следует сделать нечто большее, – медленно произнес Бадар-хан.
– Что ты имеешь в виду?
– Продемонстрировать нашу силу.
– Мятеж?
– Люди неспокойны, – уклончиво ответил собеседник Акбар-хана.
Айша содрогнулась. Она знала, что Акбар-хан и его друзья – сирдары тщательно готовят бунт в Кабуле. И если толпа выплеснет свою ярость на врагов, то ужасные последствия этого представить нетрудно.
– Я думаю, что народ должен сам принять решение, – как бы ненароком бросил Акбар-хан. – Иди на шуру, друг мой. Я буду там через минуту.
Айша поспешно отскочила от занавеса, но в ту же секунду Акбар-хан вошел в переднюю и бросил на нее испытующий взгляд.
– Ты подслушивала.
– Я не могла не слышать, – вспыхнула Айша.
Акбар-хан задумчиво пригладил бородку:
– Я думаю, ты специально встала здесь.
– Зачем ты раздуваешь мятеж? – сказала она с неожиданным пылом, потому что думала сейчас о человеке, который стоял под окном. – Что ты выиграешь, устроив резню?
– А почему ты считаешь, что я раздуваю мятеж? – Акбар-хан беззаботно пожал плечами. – Что бы люди ни делали, меня это не касается.
– Ты же знаешь, что это не так! – Айша в волнении шагнула к Акбар-хану. – Ты можешь остановить их, если захочешь. Неужели тебе нравится играть людьми? Наблюдать, как они во имя тебя совершают убийства?
– Ты переходишь границы, Айша, – мягко предупредил он. – Феринге должны узнать характер афганцев, которые умеют мстить за оскорбления. Мы научим их бояться нас.
«Меня этому научили», – с грустью подумала Айша. Она боялась их. Боялась Акбар-хана. Он никогда не был жесток с ней, никогда не запугивал ее, разве что наказывал порой за детские капризы. Но Акбар-хан обладал абсолютной властью, и это страшило Айшу. Она грациозным движением приложила руки ко лбу в знак повиновения.
– Я пришел предупредить, чтобы ты не выходила из дома, – сказал он по обыкновению спокойно, словно между ними не было никакой стычки. – До тех пор, пока все не успокоится.
Акбар-хан, не сказав больше ни слова, ушел, и Айша вернулась к окну. Рэлстон исчез. На город падала ночь, зимний ветер носился по пустынным улицам, и под его порывами глухо хлопала дверь, как будто жалуясь на что-то.
Глава 7
– Наглые варвары, будь они прокляты! – взорвался Бернс. Дело происходило в тот же вечер, несколькими часами позже. – Что они о себе думают, черт побери? Перерезали все дороги между Кабулом и военным городком! – Бернс бросил взгляд на сипая, который должен был передать сообщение Бернса Макнотену, но вернулся в резиденцию, потому что его не пропустила враждебно настроенная толпа.
Умный сипай молчал, правильно полагая, что эти вопросы следует задавать вовсе не ему. Но Бернс уже готов был обрушить свой гнев на его голову, если бы не вмешался Вильям Бродфут, секретарь Бернса.
– Сэр Александр, он и вправду здесь ни при чем, – сказал Вильям и застенчиво кашлянул. – Его вынудили вернуться.
Сэр Александр негодующе покачал головой и взмахом руки отпустил сипая, который с чувством облегчения покинул комнату.
– Не думаю, что это серьезно, – произнес Бернс уже более спокойным тоном. – Просто легкое волнение. Все уляжется к утру. А если нет, Эльфинстон пришлет бригаду, и мы покажем, кто здесь главный.
– Но как же это сделать, Александр, если мы не можем доложить ему о ситуации? – вмешался младший брат Бернса, отвернувшись от окна, которое выходило в темный сад.
– О, Чарли, не беспокойся, – подбодрил его Бернс. – На рассвете мы передадим депешу. Не надо… – Он умолк, услышав голоса в холле. – Ад и все его дьяволы! Неужто Кит Рэлстон? – Бернс распахнул дверь библиотеки. – Кит, что ты здесь делаешь, черт побери? Я думал, ты давно уехал из города.
Кит вошел в комнату, согревая дыханием руки.
