в Орду, привозил подарки хану, его женам, золотоордынским вельможам, старался добиться мирных отношений с ханом и, казалось, даже не думал о борьбе с захватчиками.
«Тишина велика» объяснялась и тем, что при Калите не было межкняжеских усобиц в пределах великого княжения. Калита держал в твердых руках князей суздальских, рязанских, тверских, ростовских. В этих княжествах идет дальнейший процесс дробления. В Твери одно за другим появляются княжества Дорогобужское, Кашинское, Холмское, Старицкое, Телятевское, Микулинское и др. Распадается на уделы Ростовское княжество, выделяя из своего состава княжества Ростовское, Ярославское, Угличское, Белозерское и другие, в которых хозяйничают московские бояре, наместники Калиты. Князья галицкие, стародубские, юрьевские, белозерские, дмитровские со своими все более и более дробящимися уделами подпадают под власть Калиты и превращаются в «подручных» великого князя московского. В их землях московский князь скупает волости и села, передаваемые по наследству, собирает налоги, вербует рати.
К. Маркс отмечает: «Иван московский смог захватить много княжеств и получить верховную власть над остальными»[68]. При этом необходимо учесть, что речь идет не о прямом захвате отдельных княжеств, а об их включении в политическую систему Московского княжества.
К. Маркс в другой работе уточняет свою мысль о взаимоотношении московского князя Ивана Даниловича с другими князьями и о росте его влияния. Он пишет про Калиту: «Он не захватывает уделов, но незаметным образом поворачивает власть татар-завоевателей на служение исключительно его собственным интересам»[69].
Калита подкупает бояр своими обещаниями земель и доходов, и они, привлеченные силой и богатством московского князя, съезжаются в Москву отовсюду: из Смоленска, Чернигова, Киева, Волыни, Твери, Ростова, Суздаля и т. д. С ними вместе приходят их многочисленные слуги и дружинники. Прослышав о богатой Москве, «выезжают» служить московскому князю феодалы из-за «рубежа» — из Литвы, Орды, «Фрязей» (Италии).
Калита скупал земли у князей, вносил за них дань хану и этим превращал их в «служебных» князей, зависимых от московского князя.
Таким путем он распространил свою власть на Углич, Галич и Белоозеро, названные им «куплями» (т. е. «присовокуплениями»); их князья оставались на своих местах, но подпадали под власть Москвы. Калита не только «присовокуплял», но и скупал села и «волости» во Владимирском, Юрьевском, Костромском, Ростовском княжествах. Калита скупал земли повсеместно, а не только в пределах своего Московского княжения, будучи уверен в том, что великое княжение достанется его сыновьям. Земли московского князя были расположены чересполосно, между ними лежали пока еще «чужие» земли. Приобретения Москвы тянулись цепочкой к северу, как бы обозначая стремление захватить богатый ценной пушниной север. Сюда же, на север, шла колонизация из Московского княжества.
Привлекаемые «тишиной», в Московское княжество переселялись крестьяне и горожане из других мест. Калита привлекает новопоселенцев льготами и освобождением от уплаты податей.
Калита выкупает в Орде русских пленных и селит их в своих землях. Эти крестьяне носили название «ордынцев». Растут княжеское дворцовое хозяйство, княжеская вотчина, состоявшая из многих волостей и слобод, населенных закабаленными людьми и холопами, которые работали в княжем дворцовом хозяйстве. Крестьяне платили различные дани, несли ряд повинностей — повозную, кормовую, мостовую, дорожную и т. д. Растет монастырское землевладение и хозяйство, особыми жалованными грамотами освобождаемое Калитой от уплаты налогов. Так, например, в 1338 г. по его жалованной грамоте получил ряд льгот и освободился от уплаты налогов с земли и промыслов Юрьев монастырь. Растет боярское землевладение. Когда приехал на службу в Москву со своей челядью, насчитывающей 1700 человек, знатный черниговский боярин Родион Нестерович, ему пришлось дать половину Волоколамского уезда. Увеличиваются тяготы, падающие на крестьян, усиливается эксплуатация кабальных людей, холопов, «сирот» в монастырском и боярском хозяйстве. Все это способствует обогащению феодальной верхушки и князя. Калита борется с «разбоями» — выступлениями крестьян против феодальной собственности.
Много еще остается и свободного крестьянства, сидящего на государственной, «княжой», земле, много еще не захваченных и не освоенных феодалами земель, которые считаются княжими землями. Эти земли в качестве пожалования за службу служат князю для раздачи их боярам, «слугам вольным», и «слугам дворским» — дворянам. Так, по-видимому, некоему Борису Воркову пожаловано было Калитой во владение село под Ростовом.
Расширяется московский посад, увеличивается число купцов, ремесленников, крепнут торговые связи Москвы. Калита следит за безопасностью купцов на больших торговых дорогах, способствуя этим развитию торговых сношений. Меняется облик Москвы. В 1326 г. закладывается первая каменная церковь в Москве — Успенский собор, где был погребен митрополит Петр. В 1339 г. Москва обносится новыми дубовыми стенами, «боронившими» город вплоть до возведения Дмитрием Донским каменного Кремля. Новый «град» — Кремник (Кремль) — был значительно больше старого, сгоревшего в 1337 г. Одна за другой строятся новые каменные церкви. Растет посад. Увеличивается численность посадского люда — купцов и ремесленников.
Поборы с населения, с торговых операций, присваивание татарской дани сделали московского князя самым богатым из всех русских князей. «Сумой, а не мечом он прокладывал себе дорогу», — говорит о Калите К. Маркс. Калита не воюет. Один раз только серьезно воевал московский князь — это было во время «щелкановщины». Позже он предпочитает действовать более осторожно, прибегая к подкупам и «куплям». Власть его над другими князьями была очень велика и «насилие» его над ними вынуждало княжье отказаться от «свады и которы». В подвластных ему как великому князю землях, в землях Новгорода, Ростова и других, Калита собирал большую дань: «выход» и «царев запрос», «закамскую дань» и прочие поборы. И «наста насилование многое». Но это «насилование» он обращал в орудие укрепления финансовой базы московского князя — собирателя Руси.
Политика, намеченная Калитой, стала политикой его ближайших потомков. «Они следовали ей, — указывал К. Маркс, — старательно, последовательно и неизменно»[70].
«При нем, — подчеркивает К. Маркс, — была заложена основа могущества Москвы»[71].
Калита справедливо считается «первособирателем» земли Русской, заложившим основу могущества Москвы, с течением времени сплотившей все русские земли в единое государство.
Власть и авторитет Калиты были настолько сильны, что, когда он умер (31 марта 1341 г.), никто не оспаривал претензий на великокняжеский престол его старшего сына Семена. Князья съехались в Орду, и здесь, на съезде князей, хан признал права Семена Ивановича на великое княжение и выдал ему ярлык. 1 октября 1341 г. начал княжить Семен Иванович, прозванный «Гордым».
Московское княжество в середине XIV века
В своих духовных грамотах (их было две) Калита завещает сыновьям Андрею и Ивану слушаться старшего сына Семена. Каждому сыну Калита выделяет особые «уезды» (уделы) и «волости». Семену он дал Можайск и Коломну, пограничные и торговые пункты, и ряд волостей, Ивану —
