Майкл уставился сыщику в спину, ожидая продолжения фразы. Гатц некоторое время не шевелился, о чем-то размышляя, затем обернулся к хранившему молчание полицейскому, терпеливо стоявшему рядом.
- Пусть Риццо поищет сведения о Чарльзе Чейзене, этой, как ее, миссис Кларк и, - он вопросительно взглянул на Майкла.
- Сестрах... Клоткин, вспомнил. Еще там была парочка лесбиянок, не помню, как их зовут... Ричардсон колебался:
- Но там никто не живет, это же ясно как день.
- Знаю, но все равно необходимо проверить. Может, они и не живут там, но зачем-то околачиваются в доме.
Полицейский кивнул.
- Как зовут домовладельца? Вылетело из головы.
- Карузо. Дэвид Карузо, - ответил Ричардсон.
- Велите Риццо проверить, нет ли какой связи между ним и всеми этими людьми.
- Слушаюсь, сэр, - сказал полицейский и вышел, оставив их втроем.
Гатц поправил шляпу и снова зашагал по комнате.
- Когда можно будет увидеть Элисон? - спросил Майкл.
- Медсестра сообщит. А пока можем немного поболтать, прямо как в старое доброе время. Майкл удержал себя в руках.
- Так вы говорите, ничто не указывает на то, что в доме что-то произошло?
- - Да, так я говорю. - Гатц ехидно улыбнулся и обернулся к Дженнифер. Как давно вы знакомы с мисс Паркер?
- Два года.
- Случались с ней прежде подобные припадки?
- Нет. Элисон - очень рассудительный и сдержанный человек.
- Да неужели? - скептически усмехнулся Гатц, по его тону можно было заключить, что он уверен в обратном.
- Недавно она перенесла нервное потрясение, - вмешался Майкл.
- Какое именно?
- Из-за отца. Болезнь его длилась почти четыре месяца. Со дня его смерти Элисон находилась в постоянном нервном напряжении. Никак не могла прийти в себя. Плохо ела и спала. Ее мучили кошмары. А два дня назад она потеряла сознание во время показа.
- Понятно. Возможно, этим все и объясняется. Кошмар. Галлюцинация. Или еще что-то в этом роде. - Последовала долгая пауза. - А возможно, и нет!
- Ищите тогда труп.
- Если он существует - а в этом я не сомневаюсь - мы отыщем его. А уж затем я позабочусь, чтобы веревочка, идущая от него, затянулась кое на чьей шее. И уж во второй-то раз я не оплошаю.
Майкл даже не шелохнулся.
- Где вы находились этой ночью, с трех до пяти?
- Дома. - Майкл побагровел от гнева.
- Не уверен, - с нажимом произнес Гатц. Майкл взорвался:
- Послушайте, вы! Мне не нравится тон, каким .
- Нет, это вы послушайте! Некая особа заявляет, что только что убила своего отца, заколола его ножом. Факты, а я люблю факты, говорят, что это невозможно. А что если она убила кого-то другого, думая, что это - ее отец? Это уже больше похоже на правду. Конечно, может случиться и так, что у особы этой просто не все дома и место ее в психушке. Но что-то говорит мне, что в этой мышеловке может оказаться большая жирная крыса, - наживка в ней так хорошо пахнет! Неужели бы вы на моем месте не сочли нужным задать несколько вопросиков? Тем более что действующие лица этой истории уже привлекались разок по подозрению в убийстве. И тем более, что крысой-то может оказаться небезызвестный Майкл Фармер.
Майкл промолчал. Гатц был прав по крайней мере в том, что касалось процедуры следствия. Но Майкл знал, что на самом деле было у того на уме. Независимо от того, каким честным и справедливым, каким бескорыстным хотел казаться Гатц, Майкл знал, что у него на уме.
- Как только появится возможность, я собираюсь получить у мисс Паркер некоторую информацию, благодаря которой вся эта история приобретет некий смысл.
Гатц принялся жевать очередную порцию Табака из измусоленной сигары; он был доволен собой. Он сделал все, что мог - пока тело не найдено и пока девица из 211-й палаты не в состоянии связно говорить. Но есть вероятность, что ни тела, ни свидетельств преступления не окажется. И тогда Фармер снова ускользнет. И он вновь упустит шанс прижать этого адвокатишку. Нет, этого допустить нельзя. Неважно, что все происшествие кажется лишенным всякого смысла. Легче отыскать здесь смысл, нежели признать, что человек может быть замешан в двух таинственных убийствах и оставаться чистым перед законом. Многолетний опыт Гатца подсказывал ему это. И еще - острая, режущая боль в кишечнике. Нет, Фармер убил свою жену и теперь затевает что-то еще. Гатц добьется успеха на этот раз - иначе быть не должно. Он будет действовать медленно, но наверняка.
И собрав всю необходимую информацию, прыгнет, подобно леопарду, на свою жертву. Он улыбнулся своим мыслям.
Зазвонил телефон. Гатц снял трубку.
- Да, Гатц у телефона. - Он внимательно послушал и положил трубку на место. - Она проснулась, - сообщил он. Снова сел и принялся изучать свои записи. - Можете навестить ее.
- С ней все в порядке? - спросила Дженнифер, все это время с интересом наблюдавшая за поединком между Майклом и Гатцем.
- Спросите у доктора, - сухо ответил сыщик. - Палата номер 211. Спуститесь в вестибюль, первый поворот налево. А после мы продолжим нашу беседу.
- У меня нет времени, - сказал Майкл, поднимаясь со скамьи.
- Весьма польщен, - ответствовал Гатц. Майкл повернулся и вышел вместе с Дженнифер.
- Что все это означает? - начала она, спускаясь по лестнице.
- Да так, ерунда.
- Не похоже. Он явно что-то имеет против тебя.
- Говорю тебе, ерунда. Это все было слишком давно, чтобы о чем-то беспокоиться.
- Как давно?
- До того, как ты приехала в Нью-Йорк.
- Когда? Некоторое время они спускались в молчании.
- Достаточно давно, - произнес наконец Майкл. Его это начинало раздражать. Дженнифер умолкла и тихо шла за ним к одному из боковых коридоров. В отличие от центрального вестибюля он был практически пуст. У входа стоял большой стол, за которым восседала сотрудница полиции.
- Чем могу вам помочь? - спросила она.
- Нам нужна палата 211, - ответил Майкл.
- Как ваши фамилии?
- Фармер и Лирсон.
- Идите вон туда, где сидит полицейский. Это и есть 211-я палата.
Майкл ваял Дженнифер за руку и повел ее вдоль по коридору. Женщина повернулась и махнула рукой полицейскому, глядящему на нее в ожидании указаний. Он встал и открыл дверь.
На пороге появилась медсестра.
- Как она? - спросил Майкл.
- Немножко вялая - это от большого количества лекарств Но в целом все нормально.
- Можно забрать ее домой?
- Пока нет.
- А поточнее?
- Поговорите с врачом. Он скажет больше, чем я. - Она помолчала и, улыбнувшись, добавила: - Думаю, еще дня два-три, пока она не оправится от шока и не улучшится общее состояние. У девушки жесточайшая ангина. Надо предотвратить возможные осложнения. Надеюсь, вы понимаете, насколько это может быть серьезно.
- Да.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
