Она слышала, как обири сказал, что последует за выбором ее дочери. Усмешка искривила ее полные губы — словно, у него был выбор. Как будто, у них был выбор….
Она тихо встала, и покинула свой наблюдательный пост. Мавка знала, что ее наблюдение осталось незамеченным, это единственное умение, которое ей осталось — скрываться от Высших, все остальное она передала своей дочери, когда та родилась. Да, Роксолана была еще сильнее, чем она сама, когда-то, но в этом и заключался смысл всех событий…
— Хорошо, Кий, — Лана уткнулась ему в плечо. — Я рада, что ты так решил, потому что теперь, я не уверена, что поступила правильно. Может, нам стоит найти кого-то из моего народа, и выяснить, что побудило их заключить договор с марами? — Если быть честной, сейчас, ей уже не хотелось ничего, только отдохнуть от всех этих заговоров и интриг.
— Что ж, ты имеешь на это полное право. Возможно, мы должны были сделать это раньше. Но — лучше поздно, чем никогда. — Кий уже был спокоен, он знал, что в самой главной части своего выбора, Лана не сомневалась. Она не сомневалась в своей любви к нему, все остальное не имело для него большего значения. Он не солгал ей.
Они вернулись в гостиницу, решив, что завтра начнут искать кого-то из мавок.
*******
— Лана, ты же часть этой расы, для тебя нет никаких преград, чтобы найти их, тем более, твоя мать передала тебе свои полномочия, они послушают тебя. — Кий пытался успокоить Лану. — Ты вчера так хотела этого, а теперь — боишься просто отправить сообщение своему народу? Я тебе не верю. — И он покачал головой.
— Я не знаю, что мне делать, как я найду их? — Лана не смотрела на Кия, зная, что он сейчас рассмеется над ее глупыми страхами. Но были ли ее страхи глупы? Она, все же была предательницей своего народа. Вздохнув, она посмотрела на него. — Ладно, как мне это сделать?
— Вот, я знал, что ты не трусишка. Отпусти свою силу, просто пожелай почувствовать свой народ. Ты их предводитель, ты ощущаешь их, а они тебя. И ты сможешь найти их.
Лана подозрительно посмотрела на обири.
— А ты откуда знаешь об этом всем? Много знакомых верховных мавок было?
— Глупышка, — Кий мягко улыбнулся. — наша сила имеет одни истоки, у меня все точно так же. Я — потомок верховных обири, просто мой народ, как и волкодлаки, уже давно решили устранить единого руководителя, теперь нами руководит Совет. Но, связь осталась. Можешь спросить у Лекса, и у них, все так же. — Он увидел, что она раскрыла рот, чтобы задать очередной вопрос. — Да, Лекс, то же, потенциальный верховный. Вот такая у нас компания подобралась, все сплошь, верховные. — Он улыбнулся Лане. — А теперь, хватит отлынивать, ты сам захотела это сделать, я сказал, что помогу, значит помогу. Давай — работай. — Он чмокнул ее в лоб, чтобы она, хоть немного, расслабилась.
Лана бросила на него рассерженный взгляд, но сдалась. Вздохнув, она закрыла глаза. Обири чувствовал, как мавка призывает силу, теперь у них не было разделений между силами, ее сила — была его силой, и наоборот. Он ощущал, как Лана раскидывает тонкие лучи в пространство, знал, что все из ее народа услышат ее. Но, захочет ли кто-то откликнуться? Он не знал ответа на этот вопрос, как и на многие другие.
Сейчас, его беспокоил Велес. Он не ожидал, что тот будет на вчерашнем Совете. Велес чересчур хорошо знал его, знал его силу. Он не мог не почувствовать, что Кий стал гораздо сильнее, и, будучи неглупым, вскоре догадается, что послужило причиной этого усиления. Его не обманет то, что он не смог определить силу Ланы самостоятельно.
Это было досадно. Кий не представлял, как сможет это использовать его бывший друг. Зато, он прекрасно представлял себе, кем является Велес. Когда-то, они совершили ошибку — и поверили ему. Из-за этого погиб Хорив… Теперь, он не допустит такой ошибки, он не поверит больше Велесу.
Лана открыла глаза, и Кий знал, что она справилась со своей задачей. Теперь мавки знают, что она хочет встретится с ними. Он отложил свои сомнения на потом, и улыбнулся ей.
— Ну что, не сложно, ведь, правда? — Он тепло улыбнулся ей, и взял ее руку в свою. — Пошли, Лекс ждет нас внизу, думаю, ему уже скучно. — Кий подмигнул ей, мягко намекая на то, сколько времени она потратила на свои сомнения и страхи.
Лана улыбнулась ему в ответ, и пошла за ним. Будь, что будет, но она должна узнать, что толкнуло мавок заключить этот договор с марами.
Они спустились в кафе, где их ждал Лекс.
— Ну что, справилась? — Волкодлак с улыбкой посмотрел на Лану. — Наверное на линии были помехи, что вы так долго пытались связаться?
— Лекс, не нарывайся. — Лана бросила на него сердитый взгляд. — Посмотрела бы я на тебя, на моем месте.
— Все, замолкаю, о верховная, смиренно прошу простить недостойного волкодлака за то, что он забыл свое место. — И Лекс подобострастно склонил голову.
Лана запустила в него салфеткой, которую Лекс ловко поймал. Кий с улыбкой наблюдал за ними.
— Ну, как дети, честное слово. Ладно, Лана, она и, правда, почти ребенок, но ты — Лекс?! От тебя я такого не ждал. Я только что, так долго рассказывал Лане, какой ты серьезный, и что — все мои старания пошли прахом. — Кий поймал запущенную в него салфетку, и метнул ее обратно, попав Лексу по носу. — Будет тебе наука, как подставлять друга перед девушкой.
Лекс поднял руки, признавая поражение.
Они решили поехать домой, и там ждать ответа мавок. Выехали сразу после завтрака. Пока Кий и Лекс, по очереди, вели машину, Лана задумчиво смотрела в окно. Она отказалась от своей очереди за рулем- ей хотелось подумать, да и виды за окном были поразительными. Осень вступила в полные права. Все деревья, казалось, горели различными оттенками пламени: красным, желтым, багряным. Как же красиво. Теперь она знала, почему она так любит природу, она была ее дитем.
Это напомнило ей о том, как они получает энергию. Она посмотрела на Кия, подумала, что никогда не видела, как он пьет чью-то кровь. Да он и не пил ее, уже давно. Не опасно ли это для него? Надо будет спросить.
Лана не могла осуждать Кия за то, что он пил кровь, и не потому, что любила его, и оправдывала все его поступки. Нет, просто чем она сама отличалась от него, или от Лекса? Сейчас, когда она знала, что всегда, подсознательно, вызывала обожание в людях, питаясь их восхищением и любовью, разве имела она хоть какое-то право судить кого-то? Чем она была лучше их? Ничем. Она просто приняла эту, новую реальность своей жизни, и новые потребности — свои, и своих близких. Ей и Лексу было легче, им нужны были эмоции, им не нужно было вступать в физический контакт с людьми, но, ее любимому, это было необходимо. Когда он предложил ей стать его Спутницей, он раскрыл ей свое сознание. Она лучше поняла его, хоть, ее человеческому воспитанию, и было трудно не ужасаться такой потребности обири. Но, она, ведь, не человек — не так ли? Так чего же ей бояться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
