На его лице появилось отвращение.
– Между мной и Бетси ничего не было. Наши отношения никогда не выходили за рамки дружбы.
– Ты хочешь сказать, что у вас не было романа? – не веря его словам, произнесла Бэль. – Я что, по-твоему, дура?
«Возможно, говорить правду не всегда во благо», – неожиданно эта мысль осенила Кристо. Он хотел быть с ней откровенным, предполагая, что это приведет к большему взаимопониманию, но на деле это только ухудшило ситуацию, вызвав ужасные подозрения. Он поднялся с кровати и быстро натянул на себя джинсы. Его глаза встретились с непреклонным взглядом Бэль, полным осуждения.
– Я никогда даже и не думал о том, чтобы заводить с ней роман. Она не догадывалась о моих чувствах, поэтому между нами и быть не могло интимной близости. Dio mio, она жена моего брата. Я бы никогда не позволил себе перейти эту черту.
– Но они разводятся! – злобно воскликнула Бэль.
– Ник всегда будет моим братом. Я бы все равно на это не пошел. Тем более я давно смирился с тем, что между нами никогда ничего не будет.
– И все же ты женился на мне, хотя любил ее! – с болью в голосе напомнила она ему. Из-за водоворота чувств, которые ее переполняли, ей было трудно даже говорить. Ее знобило, к горлу подступил ком. Еще никогда в своей жизни она не чувствовала себя настолько отвергнутой и обиженной. Ей казалось, что боль вот-вот задушит ее насмерть. Весь мир помрачнел для нее, а будущее потеряло всякий смысл.
– И что здесь такого? Как я относился к Бетси тогда, уже не имеет никакого значения. Я прекрасно понимал, что дальше дружбы у нас с ней никогда не зайдет, а наш с тобой брак был заключен из практических соображений.
Это бестактное напоминание заставило ее сердце сжаться от боли. Практичный брак. Как она умудрилась забыть об этом циничном описании его ожиданий от их брака и о том, что сама на это согласилась? Откуда у нее появилось желание чего-то большего и глубокого, чем просто брак по расчету? Какими бы ни были ответы на эти вопросы, они не значили для нее в тот момент ровным счетом ничего. Горечь обиды захлестнула ее настолько, что Бэль даже не могла смотреть на Кристо. Она была слишком взволнована, чтобы выяснять с ним отношения сейчас. Ей хотелось скрыться от него, чтобы не сказать того, что не следовало.
– Извини, – резко выдохнула она, обойдя Кристо и направившись в ванную.
Дверь захлопнулась, и он услышал звук закрывающегося замка.
В полном недоумении Кристо мысленно выругался. «Почему она так разозлилась? За что она так зла на меня? Чертовы отношения», – подумал он возмущенно. Он никогда в них не разбирался. Раньше все сводилось лишь к сексу и он всегда ретировался, когда отношения требовали от него чего-то большего. Но сейчас он не мог уйти от Бэль и наплевать на их брак, так же как не смог предугадать, во что выльется его желание быть откровенным с ней. Перед его глазами все еще стояло выражение ее лица, когда он честно ответил на ее вопрос. Она стала белее мела, глаза абсолютно ничего не выражали. Минуту назад она была в его объятиях, улыбалась, казалась счастливой, была такой ласковой и вдруг так разгневалась. От его глаз не скрылось, насколько она обижена и уязвлена. Он уныло поджал губы. Интуиция подсказывала ему, что он должен был солгать ей, придумав объяснение тому, почему в его бумажнике лежало фото Бетси. Ему явно не стоило рассказывать ей всей истории, касающейся его чувств к жене брата. Это был очень неподходящий момент для этого, ведь она была взвинчена и не поверила его словам.
Бэль умыла лицо холодной водой. Дрожь в ее теле все не унималась. Но слезы продолжали катиться по ее щекам. Она смыла их водой еще раз и наконец вытерлась мягким полотенцем. Кристо был влюблен в Бетси, и эта новость причинила ей невероятную боль. «Почему так? Почему я так на это реагирую, почему меня это задевает?» – спрашивала она саму себя.
Они поженились по расчету, и единственной причиной, заставившей Бэль пойти на это, была забота о благополучии ее братьев и сестер. Эта цель была достигнута более чем успешно, потому что теперь Кристо признал: эти дети были и его родственниками. Он уже не отвернется внезапно от детей и не бросит их. Он слишком благороден для подобного. И в течение всего этого времени он выполнял все обещания, данные Бэль. Кристо действительно относился к ней с уважением и даже теплотой.
Надеялась ли она, что он чувствует к ней что-то большее, чем предполагали их отношения? Бэль закусила нижнюю губу, она боялась посмотреть в собственные глаза в зеркальном отражении. Она не удержалась от того, чтобы не начать привязываться к нему на эмоциональном уровне. Уже через несколько дней после свадьбы она сама же и нарушила границы, подразумеваемые прагматичным фундаментом, на котором зижделся их союз. Она стала к нему небезразлична, ей нравилось находиться с ним рядом, ей нравилось его чувство юмора, его доброта по отношению к Франко, его забота о ней. За столь короткое время от изначального восхищения и уважения к нему ее чувства переросли в любовь к мужу, поэтому ей так больно было слышать, что он влюблен в другую. Глупый, глупый мужчина! Почему он ей все рассказал? И что еще хуже, почему он смотрел на нее как на умалишенную, когда она так отреагировала на его слова? Неужели он так плохо знает женщин? И конкретно ее? Возможно, ей надо попробовать лучше ему объяснить свое состояние, чтобы он наконец понял ее?
– Кристо! – Бэль распахнула дверь ванной комнаты.
Кристо появился из гардеробной, застегивая рубашку.
– Ты звала меня, bella mia? – с подчеркнутой вежливостью произнес он.
– Я накричала на тебя и прошу за это прощения, – сказала она, сильно покраснев. – Мне кажется, ты просто не понимаешь, как я себя чувствую. Я приведу теперь пример, и ты поймешь, о чем я говорю.
– Пример? – Его черная бровь удивленно вздернулась.
– Как бы ты чувствовал себя, если бы я заявила тебе, что влюблена в Марка Петри? – спросила Бэль.
Кристо вмиг превратился в неподвижную бронзовую статую.
– Это правда?
– Понимаешь теперь, о чем я? Конечно, это неправда. Но ты не в восторге от такой возможности, не так ли?
– Конечно, ведь ты моя жена, – ответил он. К нему начинало приходить осознание того, почему она так отреагировала на его признание. Он не сводил с нее своих проницательных глаз, но продолжал молчать, не желая вновь разозлить ее.
– Ни одна жена не захочет знать, что ее муж любил другую женщину, – заявила она с достоинством. – Здесь ничего личного, это вопрос того, что допустимо, а что нет. Ты мой муж. И я не могу не испытывать чувства собственничества по отношению к тебе.
– Мы оба собственники по натуре, – хриплым голосом сказал Кристо, радуясь, что буря миновала и она почти успокоилась.
