товарищем. Несмотря на то, что дружинник отказался от самоубийственной операции, он также остался в составе группы. Мы гуськом двинули к восточной части форта. Честно говоря, я не представлял, как мы будем пробираться через минное заграждение, и надеялся, что у Гюрзы есть какой-то план.
Внезапно бой стих. Не резко, конечно, однако автоматные и пулемётные трели звучали всё реже, пока наконец не заткнулись вовсе. К слову, за пару минут до этого перестали разрываться мины на улицах форта.
— Всё, что ли, победили? — непонятно кому адресовал вопрос дружинник.
Но нет, до победы было ещё очень далеко. А затишье буквально в ту же секунду нарушил голос, усиленный громкоговорителем.
— Жители и защитники форта, слушайте очень внимательно, потому что предлагаю один раз. Меня не интересуют ваши жизни. Отпустите моих людей и выдайте неких Гюрзу и Руля. В противном случае я вынужден буду нанести огонь по форту из системы «Град». В вашем регионе меня знают под кличкой Эскобар, надеюсь, мне не придётся доказывать, что слов на ветер я не бросаю. У вас десять минут на размышления, время пошло.
— А ну стоять! — тут же вскинул оружие дружинник.
— Эй, приятель, ты чего, кукухой поехал? — выпучив глаза, спросил Тубус. — Мы же тебе только что жизнь спасли.
— Из-за вас сейчас весь форт положат. Нужно было сразу вас сдать, — объяснил свой поступок тот и презрительно сплюнул в сторону.
Однако мы уже находились на стене, и под её основанием действительно было тихо. Ни врагов, ни тварей, лишь строительный мусор, на котором и без мин можно запросто переломать ноги. Но вот какое дело: дружинник держал нас под прицелом, полностью контролируя ситуацию. Стена слишком узкая, чтобы попытаться отвлечь огонь на одного из нас для контратаки со стороны другого. Мы все на линии огня, и дёргаться против «калаша» бессмысленно.
— Ну чё замерли, падлы? Руки в гору и вперёд по стен…
Договорить он не успел. Правая часть его головы внезапно взорвалась, разбрызгивая кровавые ошмётки, и страж порядка рухнул на пол, будто сломанная кукла.
— Хоба! — прозвучал задорный голос Гадюки в рации. — Ну чё встали, перебросьте его за стену!
— Вы слышали, — пожала плечами Гюрза и покосилась на Марио с Тубусом.
Ребята спорить не стали и, подхватив обмякшее тело за руки и ноги, на счёт «три» вышвырнули труп на строительный мусор. Мы тут же присели, прикрывая головы руками, ожидая серии взрывов, но ничего такого не произошло. Только Гюрза смотрела на нас с кривой ухмылкой.
— Вы чего это? — спросила она. — Не знаете, как мины работают?
— На меня не смотри, — сразу признался я. — Мне об этом знать неоткуда.
— И чё теперь? — приподнявшись, покосился на труп дружинника Марио.
— Ложитесь, мать вашу! — снова прохрипела рация.
На этот раз даже Гюрза мгновенно нырнула вниз и, открыв рот, зажала руками уши. Я последовал её примеру, а вот Марио обошёлся только ушами, за что и поплатился через секунду. С диким визгом на труп дежурного вылетел небольшой отряд тварей, который тёрся где-то поблизости. Мы его не видели, зато для Гадюки, наблюдавшей за округой через винтовочный прицел, ситуация была очевидной.
Пока рвались мины, мою голову посетила странная мысль: а если бы с нами не было дружинника? А что, если бы он не направлял на нас автомат? Судя по всему, без приманки мы бы отсюда не выбрались. Но ведь Гадюка уверенно задала направление на восточную стену, а значит, понимала, каким образом придётся обезвреживать минное поле. Получается, кто-то из нас должен был умереть, чтобы остальные выбрались на свободу.
— Чисто, — выдохнула Гюрза, бросая взгляд за стену.
— Вон они! — донеслось снизу, и почти одновременно затрещали автоматы.
— Да чтоб вас… — выругалась Гюрза, завершая фразу матерной тирадой.
— Я прикрою, — пообещал Тубус и принялся стрелять одиночными в сторону ближайшего переулка.
— Уходим! — поторопила меня Гюрза.
— Да мы здесь без ног останемся! — возмутился я, бросив взгляд вниз.
— Да твою же мать! — в очередной раз разразилась бранью подруга и первой полезла в бойницу.
Я внимательно наблюдал за каждым её действием и старался не отставать.
Девушка прошмыгнула между зубцов ногами вперёд, свесила тело с внешней стороны и, отпустив руки, ухнула вниз, а в момент приземления поджала колени и завалилась на спину и немного вбок.
Вроде несложно. Вот только я изначально полез в щель не той стороной. Пришлось возвращаться, переворачиваться, и всё это под огнём противника. Ну и естественно, уже в который раз за последние дни, в самый ответственный момент схлопотал пулю, когда уже начал сползать по стене. И вместо красивого приземления мешком полетел в битый кирпич.
Боли я не почувствовал, организм уже находился в шоке от прилёта пули, но то, как сломалась нога, услышал отчётливо. Спустя мгновение я уже орал во всю глотку. Гюрза взгромоздилась на меня верхом и хлопала по карманам в поисках заветного портсигара. Драгоценные секунды утекали, словно вода сквозь пальцы. Но микс, попавший в лёгкие, уже разжигал котёл адского пламени, что вскоре растёкся по венам.
— Уходите, я их задержу! — прокричал Тубус со стены.
— Да не высовывайся ты, придурок, — одёрнул приятеля Марио, но было уже поздно.
Пуля пробила парня насквозь и фонтанчиком крови вылетела из груди. Тубус резко замолчал, зачем-то потрогал себя в месте ранения и плавно скрылся за стеной.
— Валим, — вывела меня из оцепенения Гюрза и первой бросилась наутёк по развороченной взрывами дорожке.
Я поспешил за ней. А в голове словно набатом звучал голос Тубуса: «Мы всё пробили, пока за Лимоном ходили, царство ему небесное. Про вас много кто слышал. Говорят, вы с самого Пса поиметь умудрились. А ещё поговаривают, что люди вокруг вас мрут, как мухи. Нам вообще советовали от вас подальше держаться».
Глава 9
Дорога в никуда
Машина, поскрипывая подвеской на ухабах, наматывала километры, увозя нас подальше от горящего форта. Гюрза клевала носом на заднем сиденье, а её подруга внимательно следила за обстановкой справа от меня. Пленник тоже был с нами. Его спеленали по рукам и ногам, в рот вставили кляп и бросили в багажник. «Чтоб жизнь мёдом не казалась», — объяснила такой подход Гадюка. Да и мне, честно говоря, было на него совершенно
