МАРГАРЕТ[112]
Что побудило, Маргарет, тебяОтречься от служенья Красоте?Источник чистой мудрости презреть,Поэзию оставить ради скверны?Писать — нелепость? Рифмовать — абсурд?Что ж, я не буду. Ежели писать —Удел людей, молчать — удел богов.
ОКТАВИИ[113]
Когда друзей веселых кругВеселье и вино венчали,Тебя, единственный мой друг,Не мог я позабыть в печали,Я сердцем был с тобой.
Октавия, не обкрадиЕдва утешенное сердце! —Пусть разрывается в грудиНадежда жить тобой!
ОДИН[114]
Иначе, чем другие дети,Я чувствовал и все на свете,Хотя совсем еще был мал,По-своему воспринимал.Мне даже душу омрачалиИные думы и печали,Ни чувств, ни мыслей дорогихНе занимал я у других.То, чем я жил, ценил не каждый.Всегда один. И вот однаждыИз тайников добра и злаПрирода тайну извлекла, —Из грядущих дней безумных,Из камней на речках шумных,Из сиянья над сквознойПредосенней желтизной,Из раскатов бури гневной,Из лазури в час полдневный,Где, тускла и тяжела,Туча с запада плыла,Набухала, приближалась —В демона преображалась.
АЙЗЕКУ ЛИ[115]
Добро свершилось или зло,Бог весть, но это ремеслоЯ посчитал своим уделом,Служа ему душой и телом.
ЭЛИЗАБЕТ Р. ХЕРРИНГ[116]
Элизабет, коль первым имя это,Листая твой альбом, увидят там,Иной педант начнет корить поэтаЗа сочиненье вирш по пустякам.
А зря!.. Хотя и фокус строки эти,Бранить меня за них причины нет:Едва ли был когда-нибудь на светеТаких забав не любящий поэт.
Размером трудным мысли излагаетХудожник не по прихоти своей —Ему игра созвучий помогаетРаскрыть себя в творении полней.
Раз у него есть дар, его работаИзвестным с детства правилом жива:«Не может в стих облечься то, чего тыГлубоко в сердце не обрел сперва».
АКРОСТИХ[117]
Элизабет, не мучь меня напрасно:Любовь мою ты гонишь слишком страстно,Играя роль Ксантиппы по примеру.Забытой поэтессы, злой не в меру.Ах, не смотри так нежно, так влюбленно! —Боюсь я участи Эндимиона:Его Селена от любви лечилаТак пылко, что от жизни отлучила.
СТРОКИ ДЖОЗЕФУ ЛОККУ[118]
Когда его черт приберет? —Вошло у педанта в привычкуВыскакивать вечно впередНа утреннюю перекличку.
Он выше для тысяч людей,Чем однофамилец-философ:Тот — гений по части идей,А этот — по части доносов.
ВСТУПЛЕНИЕ[119]
Покачивая головою,Маша крылами надо мною,В тени ветвей над озерцом,Поросшим тихим тростником,Как попугай, и день за днем,Романс учил меня азам.На мягких травах я лежал —И немладенческим глазам,Младенец верить начинал —И вслед за ним залепетал.
Настало время — не для пенья.Миров кровавое кипенье,Тропически-кричащий светНа небе исполинских бедВзошел — и годы, как пустыни,Объял кромешный мрак гордыни —И только молнии зигзагТерзал порой всеобщий мрак.
Анакреоном упоен,Я пил вино и пел, как он, —И слышал Страсти холодокВ согласии холодных строк;И — маг, алхимик, чародей —Он счастье делал все больней,Все невозможней, все желаннейВ реторте пламенных мечтаний, —И Меланхолию однуЯ возлюбил в мою весну,Отверг Доступное и — вместоПокоя — впал в безумье жеста,Любовь — мой вечный идеал —С дыханьем Смерти повенчал;Рок, Время, Узы Гименея —Все пропасть между мной и ею.Но годы Кондорами в небеКружили — и грозил полетГромами гулкими невзгод, —И мне глядеть не выпал жребийНа безмятежный небосвод.И если на крылах ПокояПарит мгновение иноеИ рифмы с лирой перезвонПорой овладевает мною,Преступно было б — если б онПроникся краткой тишиною!
Лишь ныне — для души простор:Пропала страсть, погас костер;Что было черным, стало серым;Конец и славе, и химерам!Бунтарь, я проклял тишину!Теперь безропотно усну.Я жаждал страсти понапрасну —Я успокоюсь и погасну,Избуду жизнь мою во сне;Не пир — похмелье любо мне.
Но прокляты, обреченыИ безысходны сами сны.Лишь мимолетная пораПрикосновения пераК бумаге — в Завтра и ВчераРазнообразье вносит. НоИ этого не суждено:Рисунок строк давно исчез —И лишь седобородый бес,На миг раскрыв тетрадку снов,Прочтет ее — и был таков.
К***[120]
Ни приказать, ни воспретитьЯ сердцу твоему не в силах,Монарха выбрав одногоИз тысячи монархов милых.У тихой пристани любвиПриют нашли мы безопасный,Но неужели, добрый друг,На меньшее мы не согласны?Любовь без гибельных страстей,Привязанность, где чувство свято,Где пламя нежности мужскойХранимо преданностью брата.Мы будем счастливы вдвойне,Любви закон единовластныйДушевной дружбой подкрепив, —На меньшее мы не согласны!
НЕТ КОРОЛЕЙ
ГОСПОДНЕЙ ВЛАСТЬЮ[121]
Нет королей господней властью,Но Эллен исключенье, к счастью, —Служа такому королю,Я сами цепи полюблю!
Из кости выстроен слоновойПрестол, где правит деспот новый,И не осмелится порокДержавный преступить порог.
Ах, Эллен, за твои объятьяМонаршью власть готов признать я,Бунтарский усмиряя нрав:Король не может быть не прав!
СТАНСЫ[122]
Звеня пророческой строкой,Мой стих небесной сини просит:Здоровье, счастье и покойТебе на крыльях он приносит.
Перед тобою долгий век —Высоких радостей свидетель —Завидных дней забвенный бег,Где незабвенна добродетель.
От скуки дольней охранитСкала небес твой путь счастливый, —Не разобьются о гранитСедого Времени приливы.
Твой выбор будет прозорлив —Живи мечтами дорогими! —Чужую радость разделив,Своею поделись с другими.
Столетьям мудрости живойВнимая с тонким наслажденьем,Смотри, чтоб ясный разум твойНе омрачился Заблужденьем.
Лукавством тайным не греша,Вобрав величье всей вселенной,Скользит свободная душаПод знаком Мудрости нетленной.
Веленьем неба и землиТак призван жить мыслитель гордый —От низменных страстей вдали,В мечтах упорный, в целях твердый.
МИСС ЛУИЗЕ ОЛИВИИ ХАНТЕР[123]
Прочь бегу, но знаю:От себя бегу.Тщетно заклинаю:Отпустить слугу.Как в цепях, тоскую,Силу колдовскуюСбросить не могу.
Так в древесной чащеХитрая змеяЧешуей блестящейМанит соловья.Над травой зеленойКружит он, влюбленный,Смертью ослепленный, —Так погибну я.
СТРОКИ В ЧЕСТЬ ЭЛЯ[124]
Янтарем наполни взбитымЗапотелое стекло! —По неведомым орбитамСнова мысли повело.
Разобрать причуды хмеляЯ уже не в силах сам —За веселой кружкой эляЗабываешь счет часам.
КОММЕНТАРИИ
ЛИРИКА ЭДГАРА ПО В ПЕРЕВОДАХ РУССКИХ ПОЭТОВТАМЕРЛАН
